Профессор магии на полставки. Том 5 (СИ)

Ладно, самое главное мы обсудили. Теперь же у меня был выбор — оставить студентов здесь дальше тренироваться, либо же возвращаться в Академию. Что ж, выбор для меня был очевиден.
Хватит с меня этой Африки. Это был интересный опыт, особенно для старшей группы, но смысла задерживаться здесь нет. С монстрами здесь и без нас справятся, а «младшую» группу надо ещё кому-то учить.
  
К тому же сами студенты уже находились на пределе. Ладно тот же Волков, он хотя бы пару раз в Аномалиях бывал. А вот остальным не помешало бы переварить полученные знания.
* * *
Возвращение в Академию далось без проблем. Своим студентам я дал пару дней выходных, чтобы полностью пришли в себя, и заодно отпраздновали победу. Тем более я сам думал, что небольшой отдых мне не помешает, но не тут то было.
Проблема пришла оттуда, откуда не ждали. Причём сообщил мне о ней граф Оболенский. Сначала поздравил меня с успешным рейдом, а затем сказал:
— Без вашего контроля, «младшая» группа совсем обленилась. На совместные тренировки с моими ребятами приходило от силы половина человек. Утром на площадке пара студентов тренировалась, и всё. Я их попытался взбодрить, замотивировать, но всё ни в какую. Почувствовали возможность расслабиться и всё.
— И это будущая элита Российской Империи, — покачал я головой. — Хоть круглосуточную слежку устраивай. Спасибо что рассказали, Дмитрий Александрович.
Я не стал в тот же день собирать студентов на площадке или читать им нотации. Зачем? Мне теперь за каждым студентом гоняться и уговаривать его обучаться? Вот мне буквально делать нечего. Моя задача учить тех, кто хочет обучаться. А если они не хотят, то какой в этом смысл?
Нет, надо определённо устраивать отсев, а то развели здесь детский сад, понимаешь. Один месяц показывали упорство и всё? Нет уж. Пора показать им, что за это место нужно держаться обеими руками, а не филонить при любой удобной возможности.
Конечно, с отрядами тогда выйдет небольшая заминка, но это мелочи. Распределить студентов можно всегда. Тем более такими темпами в следующем году добавится «свежая кровь». Так что ничего страшного. Правда, всё это лишь в том случае, если я действительно останусь.
Поэтому я собрал всю «младшую» группу на следующий день и коротко объявил:
— Вас сейчас пятьдесят пять человек. К концу первого семестра останется двадцать пять. Можете не приходить тренироваться, однако в провале можете винить только себя. Оставшихся допущу к походу в Аномалию. Вопросы не принимаются, жаловаться можете ректору. Он вас с радостью выслушает, я уверен.
Студенты само собой, были недовольны, но ничего поделать не могли. И что самое главное — в их глазах появился страх. Быть исключённым, пусть и с одного направления обучения в Академии, равно показать свою слабость перед другими. А кому хочется в глазах других выглядеть никчёмностью?
Они мне должны были спасибо сказать, что я вообще не оставил всего десятерых. На самом деле, так было бы правильнее поступить. В Аномалиях выигрывает не количество, а качество. Но тогда старшей группе было бы некого обучать и на ком тренироваться.
Также я изменил план тренировок. Теперь в один день студенты тренировались защищаться от огненной магии, в другой от тьмы, и так пока не пройдут по всем возможным сценариям, и так по кругу. Что примечательно, сам я в них не участвовал. Максимум только указывал, где кто допускал какие ошибки, и как их стоило исправить.
Про древнюю магию, которую до сих пор многие недооценивают, я тоже не забывал. Вот конкретно эти лекции я вёл с особым энтузиазмом, объясняя всю суть магического искусства. Ну и заодно наглядно показывал преимущества и недостатки этой магии.
Отдельно радовало, что студенты наконец-то стали готовить хоть что-то съедобное. Я теперь мог пробовать их блюда и не бояться отравиться. Следующим шагом стала как раз магическая готовка.
Что забавно, для большинства студентов всё равно не доходило, как эта вся готовка влияет на их магию. Но не для Белова с Ксенией. Вот эти двое стали воспринимать готовку не иначе как искусство. Причём Завьялова даже научилась обманывать вкусовые рецепторы.
Вот казалось бы, на вид простая варёная картошка. Пробуешь — а на вкус как сладкая клубника. И только через мгновение понимаешь, что это десерт. А ещё через секунду понимаешь, что оно тает у тебя во рту как мороженое.
И ведь этому блюду я её не учил. Сама рецепт нашла, сама изучила, ещё и Фролову попросила о помощи, чтобы добиться нужной консистенции. Вот она, самостоятельность. Я, без преуменьшения, только сильнее её зауважал. Да и другие тоже, поскольку стали брать пример.
Жизнь у меня вновь стало размеренной. Никто не пытался меня убить, уничтожить бизнес, перейти дорогу, исключить из Академии — да что угодно. Даже как-то непривычно.
Даже Яковлев перестал предпринимать хоть всяческие попытки испортить мне жизнь. Видимо решил, что под протекторатом императора делать этого не стоит. Ну или ждал, что студенты облажаются в Аномалиях, и моя репутация пострадает.
Однако жизнь как обычно, умела преподносить сюрпризы там, где ты их совсем не ожидаешь. Причём каждый раз она преподносит их настолько затейливо, что не устаёшь поражаться.
Так, в один из пасмурных осенних деньков, ко мне в дом постучал Белов.
— Какой бизнес в этот раз надо спасать? — вместо приветствия спросил я, впуская парня внутрь.
— К сожалению или счастью, я здесь не за этим, — покачал головой парень. — Игоря вчера лишили княжеского титула.
Левая бровь приподнялась сама собой. Соколова лишили княжеского титула? А за что, чёрт возьми? Даже от Фроловой отказываться не стали, хотя по меркам рода, она ой как накосячила.
— Поначалу мне было любопытно, но теперь вы полностью привлекли моё внимание, — сказал я парню, после чего сел на кресло, даже не удосужившись приготовить кофе. — Рассказывайте, раз уж затронули тему. Мне как минимум любопытно, почему вы вместо Игоря Александровича решили мне об этом сообщить. Насколько я знаю, ещё вчера он находился в столице.
Соколов в целом был довольно-таки скрытным и молчаливым студентом. Мне с ним редко доводилось разговаривать, да и он отличался от других только тем, что имел зоркий глаз на обнаружение ловушек. Ну и высокую чувствительность к ауре. С Морозовой в последнем он сравниться не мог, но как факт.
Однако тому же Новикову ничего не мешало поговорить со мной на личные темы. Или Орловой, например, если её что-то тревожило. Странная ситуация получилась, очень странная.
— Мой друг очень не хочет впутывать вас в этот конфликт. Не сочтите за наглость, я и так вам многим обязан, но прошу, поговорите с ним. Меня он ни в какую не слушает. Может хоть к вам прислушается.
— Это не наглость, — протянул я ладонь вперёд и покачал головой. — Наоборот, хорошо, что вы мне об этом сообщили. Поведение и действия студентов в том числе отражаются на моей репутации. Тем более я бы это сделал при любых обстоятельствах. Это уже вопрос принципов. Так что рассказывайте, из-за чего его лишили титула. Он поссорился с главой рода или убил кого-то из семьи?
Не рассказывать же пареньку, что я в их истории влипаю по сути просто из любопытства. Не помогай я им всем, то столько всего интересного прошло бы мимо меня. Да я даже будучи Искателем, постоянно искал места, в которых остальные плетут интриги, чтобы их разрушить — по своему опыту зная, что это приносит больше всего богатств и знаний.
— Про «поссорился» вы очень верно подметили, — кивнул Белов. — Он о своём отце теперь отзывается не иначе как о враге. А вся проблема началась с девушки, в которую он влюбился. Она оказалась из враждующего рода.
  
— Любовь зла, — пожал я плечами. — Это вся причина, по которой его исключили из рода?
— Можно сказать и так. Игорь настаивал, что она — любовь всей его жизни. Отец был сильно против их союза. После нескольких споров, он принял решение исключить сына из рода. Видимо думал просто припугнуть, но… всё зашло слишком далеко.