Между королями (ЛП)

Дэниел недоверчиво спросил:
- С каких это пор трон За признаёт оборотней? Мы всю жизнь были вне закона, потому что трон не признаёт наших прав и нашего гражданства!
- У меня чёрная карточка, - сказал Пять, скрестив руки на груди. - Позеленей твоё золото, ты меня вышвырнул! Я не предан трону За.
- Понятно, - сказал король, его пристальный взгляд остановился на каждом из нас по очереди. С таким же успехом он мог бы достать блокнот и начать записывать имена, столько угрозы было в его глазах. - Вы дорого заплатите за свою измену, я обещаю вам. Не думайте, что я не убью вас, не задумываясь, если вы действительно поднимете на меня руку.
  
- Руки, зубы. - Джин Ён пожал плечами. - Всё равно. Ты старый пёс, которого многие хотели бы видеть повешенным. Твоё время подходит к концу.
Думаю, это было первое, что действительно произвело впечатление. Я не заметила, чтобы выражение лица короля изменилось - разве что, может быть, оно стало чуть менее добродушным, - но он быстро шагнул вперёд, разведя руки в стороны, прежде чем край круга из соли и железа остановил его.
Я заметила непроизвольную гримасу, искривившую его верхнюю губу, когда он осознал реальность своей ловушки, и испытала глубокое удовлетворение.
- Небольшие проблемы с передвижением, не? - поинтересовалась я.
Он уставился на меня.
- У тебя хватает наглости заключить меня в железный круг?
- Это ж я, - сказала я. - Стопроцентная наглость. И что ты собираешься с этим делать? С моей точки зрения, у тебя не так уж много вариантов, и как бы ты ни пытался угрожать нам, толку от этого будет немного.
- Подумай ещё раз, Пэт, - сказал король. - Подумай в последний раз, прежде чем решиться на это нападение. Не так давно я знал ребёнка, который прошёл через Между и подошёл ко мне без страха. Этот ребёнок обладал огромной долей человеческой магии, но, как и все люди, похоже, не подозревал об этом.
- Чушь собачья, - сказала я. - Я и так это прекрасно знала. Просто мне не позволили вспомнить, что я это знала.
Он пожал плечами.
- Возможно, ты знала немного, но я-то знал больше. Не думаю, что ты можешь разбираться в каком-либо виде магии так же хорошо, как я, или что ты знаешь мою магию так же хорошо, как я знаю твою.
- Слишком много слов для человека, который действительно верит в то, что говорит, - сказала я. Если раньше я блефовала, то теперь блефовал король. Он пытался вывести меня из игры.
- Очень хорошо, - сказал он. - Если тебя не предупредят, мы начнём. Давай посмотрим, насколько хорошо ты научилась пользоваться своей магией.
***
Я всегда ненавидела пословицы. Они самодовольные, самоуверенные и слишком содержательные.
Ну знаете: будьте осторожны в своих желаниях, вы можете их получить. Не кладите все яйца в одну корзину. Даже обезьяна иногда падает с дерева.
Соус для гуся - соус для гусака.
Другими словами, я забыла, что даже если бы король не смог привести с собой своих маленьких приспешников, он был так же свободен, как и я, черпать из окружающего нас мира всё, что в его силах. И я определённо забыла, что он знал мир За намного лучше меня - во всяком случае, достаточно хорошо, чтобы знать, что находится в воде здесь, под городом.
И не то чтобы он меня не предупреждал. Это было приятно. Я почувствовала притяжение Между у наших ног, призыв, исходящий из ловушки, в которой находился король, - неуклюжий призыв, который устремлялся прямо в речку и требовал чего-то большого и мягкого.
Я была права в том, что ему нелегко было создать что-то из Между или дотянуться до чего-то и вытащить что-то оттуда. Я не предполагала, что он всё ещё может управлять чем-то в Между и что он по-прежнему король. Что бы он ни вызывал, оно выполняло его приказы.
- Что-то приближается из воды! - закричала я, моё сердце забилось быстрее.
Дэниел выругался и яростно пробормотал себе под нос:
- Он не должен был уметь пользоваться магией, когда был закован в железо!
- Он не использует магию, - сказала я. - Он вызывает что-то из Между. Мы знали, что он сможет использовать Между; с этим ничего не поделаешь.
- Ты знаешь, что он способен вызывать гигантских пиявок? - спросил Дэниел, и у него зачесались волосы вокруг ушей.
Он выругался ещё раз и превратился в настоящего волка, сбрасывая одежду и меняя голос. Остальные ликантропы вокруг меня сделали то же самое, и я услышала, как Пять воскликнул:
- Позеленей твоё золото, что это за чудовище? - когда тёмные, кошмарные существа поднялись из реки.
Это были блестящие, похожие на пиявок существа, слишком крупные, чтобы прятаться на человеческом берегу речки, и сочащиеся какой-то вязкостью, из-за которой казалось, что они тают, выплескиваясь на бетон. По меньшей мере пятеро из них разделяли нашу группу, у каждого из них была круглая пасть, полная зубов, с которых капала та же жидкость, что и с их кожи.
- Вот же блин, - сказала я, и тут в каждой моей руке оказалось по мечу, хотя я не взяла ничего, что могло бы превратить их в шпаги. Это были мои собственные мечи, и я раздобыла их где-то в своей спальне.
У меня не было времени удивляться этому, потому что зубы и скользкие, жёсткие шкуры скользили слишком близко, чтобы чувствовать себя комфортно. Пиявки первыми набросились на оборотней, и я услышала визг, когда бросилась за ними; я не понимала почему, пока не перепрыгнула через речушку, и первая капля пиявочной слизи не попала мне на предплечье, спалив там волосы.
Я зашипела сквозь зубы, на бегу лихорадочно вытирая её о рубашку, и услышала крик Туату:
- Осторожно, слизь ядовитая!
- Вот же блин! - прорычала я и вонзила меч в ближайшую пиявку.
Плоть поддалась, стала пухлой и податливой, но отскочила назад почти сразу же, как только я выдернула меч, и слизь, растёкшаяся по ямочке на ране, казалось, запечатала её.
- Отлично! - огрызнулась я. - Они самовосстанавливаются!
Я разговаривала с Джин Ёном, но его там не было. У меня было лишь короткое мгновение на то, чтобы испытать шок от потери, вызванный этим открытием, а затем ещё одно, полное ужаса, беспокойство, прежде чем ароматное пушечное ядро пролетело мимо меня на конце заострённой цепи, подвешенной к сводчатому потолку, и вонзилось в бок пиявки, которую я только что проткнула.
Джин Ён, оттолкнувшись от металлического стержня, которым он проткнул пиявку, вскочил ей на спину, а из его правой руки вылетел ещё один кусок цепи и исчез за спиной - предположительно, чтобы прикрепить его к металлическому стержню с другой стороны.
Я услышала, как он закричал: «Chigeum, chigeum!» - и цепь туго натянулась, оттаскивая пиявку назад. Он поднялся в воздух, борясь с натиском, а затем, с ужасающей внезапностью, металлический стержень прорвался сквозь плоть, как нож для нарезки сыра задом наперёд. Джин Ён скатился с него и, перекатившись, ударился о землю, избегая падающей половины пиявки, которая шлепнулась передо мной.
В результате я осталась смотреть на раздвоенный труп пиявки, из которого сочилась слизь, - хороший способ начать схватку и, вероятно, своего рода безумное предзнаменование того, чем всё закончится. Пока я смотрела, что-то огромное и тёмное пронеслось по воздуху, и я пригнулась как раз вовремя, чтобы избежать пиявки, принесённой ветром, но не от поднявшегося воздуха, который поднялся с пола и отбросил меня в сторону.
Кто-то схватил меня за руку, когда я чуть не нырнула носом в речку, и потянул обратно, подальше от воды. Я мельком увидела напряжённое, испуганное лицо детектива Туату и выдохнула:
  
- Спасибки! Не колите их, а режьте!
Он, казалось, немного поперхнулся, затем указал через моё плечо.
- Что он делает?
Я поспешно обернулась, потому что Туату указывал на заключённого короля, и это определённо было не к добру. Я подоспела как раз вовремя, чтобы увидеть, как пиявка во всю длину тяжело плюхнулась на толстый барьер из соли и железных опилок, следуя за едва заметной ниточкой Между, которая отвлекла её от битвы.