"Фантастика 2024-148". Компиляция. Книги 1-16 (СИ)
…Он тяжело дышал. Сегодня учитель разрешил ему использовать одну Гадюку. Посмотрев на его прыжки по двору с двумя мечами, Мечущий глубокомысленно заявил:
— А давай-ка мы лучше будем твой потенциал теперь раскрывать.
Ну что тут скажешь? Два года он учил его сражаться без Гадюк, наказывая каждый раз, когда Кедар неосознанно использовал их, а теперь требует учиться драться с ними.
— Запоминай, неуч, не они дерутся, ты дерешься, и не ими, а с ними. Понял?
Кедар в ответ попытался сделать Шаг Ветра и споткнулся о скамейку, неправильно сосредоточившись.
— Я же сказал — неуч, — прокомментировал учитель.
В последнее время он стал задумчив и часто смотрел на звездное небо, иногда из-за Пелены делающееся пурпурным.
Кедар встал и попытался напасть на него. Не переставая смотреть вверх, Меченый ткнул его палкой (он перешел с веточек на палки после того, как Кедар увернулся от четырех стрел Татгема), и Атан покатился по земле. Он даже не понял, куда учитель ударил его.
— Что я сделал неправильно? — спросил вдруг Меченый. Кедар взглянул на него, не совсем уверенный в том, что
услышал. Кожа повторила вопрос учителя.
— Не… знаю?
— Неуч, — констатировал учитель.
…Меч столкнулся с тремя выросшими перед ним Гадюками, клинок скользнул по дуге вниз, намереваясь ударить снизу, но там уже была Гадюка, которую Кедар приготовил заранее, ожидая нечто подобное. Учитель улыбнулся и треснул его кулаком в глаз. Гадюки встопорщили перья и открыли возможность мечу ударить в горло, легким касанием которого Меченый эту возможность и отметил.
— Почему не применил Шаг Ветра, когда увидел, что это делаю я?
— Думал, успею поставить ловушку. — Кедар после получасовой схватки даже не запыхался, дышал ровно. — Не успел.
— Балбес. Сделал бы половину этого в Шаге Ветра — мог бы меня и поймать. Вернее, задел бы мой рукав, но и это было бы неплохо.
Он окинул взглядом двор, после схватки напоминающий место недельной гулянки орков.
— Молодец, Кедар! Эволюционируешь.
Учитель начал называть его Кедаром три месяца назад, когда Атан полностью овладел Шагом Ветра.
— Теперь ты в бою меньше похож на пьяную свинью с топором, чем раньше.
Это практически комплимент.
— За четыре года ты научился тому, что некоторые не могут постигнуть за всю жизнь, — сказал учитель. — Я потратил на это восемь лет. Удивительно, правда? Иногда я думал, что в Школе с нами что-то во сне делали, но после тренировок с тобой я в этом уверен. Ни у кого из нас не было упыриной предрасположенности к физическим нагрузкам и развитию энергетики тела.
Кедар насторожился. К чему это он?
— Еще полгода — и мне нечему будет тебя учить. Ты должен пройти экзамен. — Учитель усмехнулся. — О, тебе понравится этот экзамен.
…Нет. Экзамен ему не понравился. Потому что Повелевающий клана Атан потребовал, чтобы Кедар убил Меченосца.
Учитель улыбался. Глядя на его улыбку, Кедар понял, что учитель давно знал об этом решении Повелевающего. Знал даже до того, как Повелевающий принял решение. Они стояли в кругу из песка, вокруг были стены с длинными шипами, в руках учитель вертел длинный меч.
— Помнишь, что я говорил тебе о границах? — спросил учитель.
— Помню, — процедил Кедар.
— Ты ведь уже выбрал себе границу. Я никогда не спрашивал какую. Но сейчас спрошу. Какая граница будет давать тебе силу? Что за рубеж ты не переступишь?
Кедар улыбнулся.
— Только не смейся, учитель.
— Постараюсь.
— Только не сердись, учитель.
— Постараюсь.
— Только не обижайся, учитель.
— Постараюсь.
— Я решил… я решил, что никогда не буду убивать женщин, детей и стариков.
Учитель рассмеялся:
— Прости. Но я не буду сердиться, хоть ты и подражаешь. И я не буду обижаться, хоть ты подражаешь не лучшему из смертных.
— Спасибо, учитель.
— А теперь докажи, — лицо учителя посуровело, — что ты поставил эту границу. Покажи мне свою силу. И помни — я не буду сдерживаться. Так что ты должен победить — или умрешь.
…Он не запомнил детали этого боя. Мелькание меча, молниеносные броски Гадюк. Пространство дрожало от Шагов Ветра. Учитель не щадил его. Он не щадил учителя.
Это продолжалось долго.
Когда Меченый споткнулся о специально брошенную на пол Гадюку, то Кедар не успел остановиться. Свесившаяся с его правой руки Нефритовая Гадюка вошла в шею и пошла дальше.
Но улыбка с лица Меченого так и не исчезла. Кедар победил.
…Никто так никогда и не узнал, что Меченый из Школы Меча совершил невозможное. Он стал частью «я» упыря с Порченой Кровью.
Потому что когда Кедар говорил «я» — он всегда имел в виду себя и учителя. Он так и не узнал, что такое «мы». Но его «я» уже не было таким одиноким.
Половина тела обгорела, другая половина была в рваных дырах, оставленных пробурившим его плоть ветром. Кедар падал, и это падение сопровождалось ужасной болью. Ломая верхушки деревьев, его тело, кувыркаясь, неслось по лесному полотну зелени. Следом летела вампирша, не успевая за скоростью Кедара, которую он приобрел после ее магического удара.
Он упал в центр колонны карлу-беженцев, которые уходили подальше от лесного гиганта. Они заполняли весь узкий тракт, на который его вынесло. Это были не те карлу, которых он спас недавно от упырей, это были другие Лесные эльфы, и их сопровождали хорошо вооруженные карлу и несколько з'ури с Заклинателями.
При падении он никого не задел, врезался в телегу с запасными стрелами для лучников и перевернул ее. Созданные из растений существа, везущие повозку, остановились, меланхолично подрагивая чем-то вроде ушей.
Крики и ругань перекрыли отрывистые команды. К нему уже спешили з'ури, прикрываемые арбалетчиками. Карлу обычно не использовали самострелы, но если уж и они пошли в дело…
Кожа слабо сообщила, что вокруг формируется магическое поле. Заклинатели создавали чары, волшебство выплескивалось на него, как пиво из перевернутой бочки, сейчас оно обратится во что-то рвущее, убивающее…
Зато я не переступил рубеж… Сохранил границу… Но почему я тогда умираю, учитель? Почему мне не помогла моя сила?
Снова крики. А следом свист арбалетных болтов. Но стреляли не в него.
Картинка, прерываемая помехами, возникла в сознании. Кожа старалась, даже потеряв почти половину действенных функций, помогать носителю.
Карлу стреляли по опускавшейся на них вампирше. Ей нужен был Кедар. А карлу мешали. Три огненных шара ударили в середину колонны, пламенными каплями задев разбегающихся. Те, на кого огонь попал, сгорели на месте. Пламя не пощадило никого: в оранжевых сполохах корчились воины и простые карлу, взрослые и дети, мужчины и женщины. У них не было Кожи, способной противостоять магии огнешаров.
Заклинателей, бросивших в вампиршу заклятия, зеленые полосы энергии, подернутые серым туманом, разметало ударом двух воздухошаров, оставивших после себя глубокую конусовидную воронку. Трех Заклинателей разорвало пополам, один упал рядом с Кедаром с перекрученной шеей. Синие глаза бессмысленно смотрели на Атана. Но зеленые полосы все же достали вампиршу, и лианы начали заключать ее в травяную сферу. На них выросли шипы, направленные внутрь. Вампирша вскрикнула, ее, наверное, ранило. Заклинание разлетелось под ударами рук и ног, и обозленная девушка махнула правым крылом, обрушив на бегущих к лесу карлу очередь огнешаров. Взрывы, гарь, запахи жареной плоти и древесины. По левому предплечью вампирши текла кровь, а ее разъяренный взгляд красноречиво говорил, что она никого не пощадит.