"Фантастика 2024-148". Компиляция. Книги 1-16 (СИ)

Каазад-ум преградил путь рванувшему к врагу Сива.
— Не мешайте ему! Он умрет перед женщиной! Он слаб, его дух ничтожен, и он не представляет интереса ни для меня, ни для судьбы!
— Господин Уолт, — Нугаро (ни убога себе!) умоляюще посмотрел на мага, — прошу вас, если можете, уведите их отсюда и продолжайте преследование. Нам нельзя задерживаться.
— А ты… — Без сомнения, человек имел в виду Каазад-ума. — Ты… О да, а вот тебя я оставлю напоследок. Ты… Что-то есть в тебе. Думаю, ты сможешь меня позабавить.
  
— Понтей, он быстрый и сильный. Моя трансформа придаст мне быстроты и силы. Думаю, Клинки Ночи тоже помогут мне. — Каазад-ум задумчиво посмотрел на врага. — Кажется, я разгадал его секрет.
— Ну?
— Нет, Понтей. Я не скажу, иначе ты захочешь проверить. А это, повторяю, опасно. Слишком опасно. Господин Уолт, вы согласны?
— Я считаю, — осторожно подбирая слова, сказал Намина Ракура, — что Каазад-ум прав. Наша цель не сражения, наша цель — вернуть Рубиновое Ожерелье Керашата. Я думаю, что мы вполне сможем оторваться от этого… гм… смертного.
— Господин маг, главный в команде я, и мне решать, что мы будем делать. — Понтей сверкнул глазами, из-под его нижней губы неожиданно мелькнули клыки. — Мы уже потеряли одного члена команды, и я…
— Понтей, у нас мало времени, — прервал Сива Каазад-ум. — Он сейчас нападет. Ярость окружает его, и он как готовая порваться струна. Понтей, уходите. Не забывай, скоро взойдет солнце.
— Я…
— Понтей… — Каазад-ум выдвинулся вперед, оставив обзору лишь мощную спину. — Когда-то я поверил тебе. Пришло время, чтобы ты поверил мне.
И Понтей замолчал.
— Поверьте мне. — Молния разорвала темноту ночи, близкий гром заглушил слова Нугаро. — Уходите. Быстрее.
— Теперь я беру судьбу в свои руки! — Парень расхохотался. — И имя судьбы — смерть! — Он развел руки в стороны и закинул голову, глотая дождевые струи.
Вадлар и Уолт одновременно одинаково выругались.
Человек… хотя какой он человек… смертный снова менялся. Резко раскололась челюсть, блеснули огромные клыки, — и это не трансформа, да? — затем увеличились в размерах руки, снова покрывшиеся чешуей, ладони стали громадными, ноги обросли шипами, а вокруг туловища заблестел призрачный доспех.
— Быстрее! — крикнул Каазад-ум. И Уолт начал действовать.
Свиток Каменных Копий отвердел в мгновение ока, меняя реальность вокруг. Локусы Души слабо отозвались на сгусток Силы неподалеку. А затем десяток валунов завертелся в воздухе возле трансформирующегося смертного. Малейшее движение — и острые куски камня вонзились бы в него. Возможно, серьезных увечий они бы не нанесли, но врага задержали.
А потом активировался Свиток Глотки Неба.
Пространство дрожало над смертным, сжимаясь в одну точку. Уолт знал, что при свете дня можно разглядеть, как крутятся над ней всеми цветами радуги и октариново-декариновыми сполохами воздушные элементали, открывая Проход в Измерение Воздуха, вытягивая эфирный Ветер Равалона и вместо него выдыхая в метрику Равалона нечто такое, что гравитацией превосходило мировое притяжение раз в десять. Это должно было вдавить противника в землю и очень сильно затруднить движение.
По крайней мере, движение этого смертного.
Обычно этим Заклинанием уничтожали Горных Змей, гигантских многотонных тварей, покрытых непробиваемой обычным оружием чешуей. Даже как-то обидно, что приходится тратить его вот так.
— Теперь можно отступать! — крикнул Уолт. — В какую сторону нам двигаться?
Понтей повертел головой, а потом уверенно указал куда-то в ночной мрак:
— В ту.
— Разойдитесь. — Уолт вытряхнул из тубы очередной Свиток. С Хозяевами обычно трудно общаться, но сейчас их окружала Стихия, родная Водяному Хозяину: воды было более чем достаточно.
Свиток после активации мгновенно намок и красной струйкой стекал с руки Уолта. А потом начался дождь наоборот — капли воды поднимались вверх, сбиваясь в более крупные образования. Те, в свою очередь, объединились в высокую худую фигуру, у которой были только торс, руки и постоянно изменяющееся лицо.
— Кто?! — пророкотал Водяной Хозяин, с удовольствием подставляя тело дождю.
— Я, — ответил Ракура, по традиции преклонив колено перед Младшим Владыкой Элементалей. Стоять приходилось в грязи, но маг ведь и не собирался брать первое место в эльфийском конкурсе красоты.
— Имя?!
— Уолт Намина Ракура, человек.
— Чего ты хочешь, человек?!
— Неси нас в нужном направлении до тех пор, пока можешь.
— И это все?!
— И это все.
— Хорошо.
Водяной Хозяин завертелся, намочив всех еще интенсивнее, чем непрекращающийся небесный плач. Октариновая вспышка, на секунду ослепившая всех и заставившая Иукену прошипеть что-то недоброе в адрес Хозяина (или Уолта, маг не успел разобрать), скрыла превращение Хозяина, который обернулся крупным полупузырем.
— Залезайте скорее внутрь. — И боевой маг первым показал пример.
Живущие в Ночи не заставили себя ждать и забились в полупузырь, как хоббиты в таверну с дармовой выпивкой.
— Каазад, — не глядя на Нугаро, произнес Понтей, — нам не нужен враг, способный нанести удар в спину. И нам нужен союзник, который может появиться в минуту нашей слабости. Ты понял меня?
— Не беспокойся. — Каазад-ум снова был немногословен. — Я не дам ему уйти.
— Я… — Понтей не успел договорить, потому что Водяной Хозяин, повинуясь безмолвному приказу Уолта, обернулся теперь уже крупным водяным пузырем и рванул с места, направляясь в ту сторону, куда указал Сива.
Понтей сжал кулаки и молча уставился себе под ноги. В пузыре было достаточно места, и они сели друг напротив друга, приходя в себя и думая каждый о своем.
Первое столкновение вышло совсем не таким, как ожидалось.
Каазад-ум Шанэ не любил дождь. Впрочем, клан Нугаро вообще отличался определенной нелюбовью к воде. И причина этого…
— Эй-эй-эй-эй! А куда же все подевались?
Каазад промолчал. Он внимательно следил, как враг, поначалу приплюснутый к земле магией Намина Ракуры, неторопливо выпрямился, поморщился, когда круговорот валунов разорвался на десятки кусков и в дополнение к потокам воды с небес обрушился на него каменным дождем. Своими ручищами человек отбросил камни в стороны, даже не поранившись, и двинулся к одинокому Живущему в Ночи, застывшему с опущенными клинками. Шел он легко, словно не сам передвигался, а всю эту тушу, сделав ее невесомой, несло каким-то волшебством.
— Неужели, осознав, кто они, они все-таки нашли в себе смелость сбежать и испортить свою смерть?
Каазад молчал. Однажды отец сказал ему, что слова нужны лишь как костыли для души. Если душа здорова, костыли ей не понадобятся.
— Ты не такой, как они, правда? — Голос смертного стал вкрадчивым.
Кстати, еще одно отличие, которое не учел маг: голоса Живущих в Ночи всегда меняются после трансформы, а этот смертный говорит точно так же, как и до изменения. Но не хотелось признавать, что в чем-то чародей был прав, уж слишком начало изменений смертного напомнило начало трансформы Ирха…
— Ты, мертвяк, умрешь быстро, но мне нравится твоя сила духа.
Каазад не собирался умирать. И поэтому он внимательно следил за врагом. Многоугольники на эфесах мерцали равномерно, в такт сердцебиению Живущего в Ночи.
— Ты не носферату. На что надеешься?
Каазад улыбнулся. Когда-то… Когда-то почти такой же вопрос ему задавали. И тогда он проиграл. Но сейчас…
— Можешь не отвечать. Однако чтобы оказать тебе почтение, мертвяк, я назову тебе свое имя.
Смертный был уже достаточно близко, чтобы напасть, но Каазад ждал. Пусть думает, что он все контролирует. Пусть думает, что упырь надеется на удачу.
Ну, впрочем, на удачу Каазад надеялся.
— Мое имя — Олекс— Смертный вяло занес правую руку, готовясь ударить. — А твое имя…
Блеснули в веерной атаке сабли, поймав свет одинокой луны и на мгновение скрыв от Олекса доступную взору действительность. Резануло по руке. Из раны потекла кровь, тут же перемешиваясь с дождем. Но это не означало серьезного ранения.