"Фантастика 2024-148". Компиляция. Книги 1-16 (СИ)
— Сумма золотых монет сто восемь тысяч пятьсот двадцать пять. — сообщил вспотевший от натуги Власик.
Ну вот и всё стало на свои места. Не вор, но предатель.
Глава тринадцатая. Неотложные мероприятия
Москва. Кремль.
12 марта 1932 года
Политбюро было назначено на полдень. Сталин вошел в свой кабинет в девять часов утра, был предельно сосредоточенным, на столе материалы, подготовленные к заседанию. К одиннадцати он практически закончил с бумагами. Оставался один документ. Иосиф Виссарионович просмотрел его, сделал несколько правок, так стало значительно лучше, более четко и без каких-либо недомолвок.
В ряде районов наблюдается практика обобществления коров и мелкого скота у отдельных колхозников фактически принудительными способами, что самым грубым образом нарушает неоднократные указания Центрального Комитета партии и устав с.х. артели.
Центральный Комитет ВКП(б) со всей решительностью подчеркивает, что только враги колхозов могут допускать принудительное обобществление коров и мелкого скота у отдельных колхозников.
Центральный Комитет разъясняет, что практика принудительного отбора у колхозников коровы и мелкого скота не имеет ничего общего с политикой партии. Задача партии состоит в том, чтобы у каждого колхозника были своя корова, мелкий скот, птица. Дальнейшее расширение и развитие колхозных ферм должно идти лишь путем выращивания фермами молодняка или покупки ими скота.
Центральный Комитет ВКП(б) предлагает всем партийным, советским и колхозным организациям: 1) Пресечь всякие попытки принудительного обобществления коров и мелкого скота у колхозников, а виновных в нарушении директивы ЦК исключить из партии; 2) Организовать помощь и содействие колхозникам, не имеющим коровы или мелкого скота, в покупке и выращивании молодняка для личных надобностей.
Проект постановления «О принудительном обобществлении скота» был готов. На это заседание выносилось еще несколько постановлений: «О приостановке экспортных поставок зерна и создание резервного продовольственного фонда», «Об отмене встречных планов», «О введении единых норм на поставку зерна колхозными и частными хозяйствами», «Об укреплении социалистической законности и усиление ответственности за подачу ложных статистических данных».
Надо было только приоткрыть клапан, и поток информации, сведений, фактов которая блокировалась на уровне кабинетов партийных бюрократов очень быстро стал доходить до руководства страны. И это означало одно: ему нужна своя собственная информационная служба, потому что каналы государственной власти, партийные и ОГПУ не справлялись, зачастую поставляя ложные сведения, приукрашивали, озвучивали липовые успехи, не давали объективной картины. Ну да, ему необходима небольшая группа особо доверенных и неподкупных. Поэтому постановление о создании наркомата Государственного контроля провести будет сложнее всего. Сейчас есть Рабкрин. Он сам с двадцатого по двадцать второй годы возглавлял этот орган контроля, так и не ставший тем самым молотком, которым пролетариат будет вбивать гвозди в наше гнилое прошлое. Сейчас там руководит Ян Рудзутак. Откровенно слабый работник, ленивый, компромиссный, слишком безынициативный. Ни на одном из занимаемых постов не показал себя, а в феврале его даже вынуждены были вывести из состава Политбюро. Его заместитель, Саша Криницкий был введен на место Рудзутака в Политбюро, но, как Сталину казалось, он тоже был недостаточно инициативным и слишком осторожным. Однозначно, на такой работе нужен такой человек, как Мехлис. Поэтому пока что И.О. главреда «Правды» станет Кольцов, как только вернется из заграничной командировки.
Сталин усмехнулся, ему Артузов доложил о разговоре с журналистом, фраза про то, что инициатива имеет инициатора вождю понравилась. В конце-то, почему не Кольцов? Подвести к Троцкому профессионального ликвидатора будет намного сложнее, намного. От Миши никто такого не ждёт. Вот и отлично! А если этот пророк хренов не вернётся из этой поездки, значит мы его и на том свете найдём! Иосиф Виссарионович словил себя на мысли, что разговор с Кольцовым вызывал в нём чувство какого-то напряжения, неприятное чувство, всё идёт вроде как надо, но тут появляется человек, который говорит, что ему «приснилось» КАК надо. И самое паршивое то, что он оказывается в каких-то делах прав! Правда, Сталин играл по-честному, там лежал еще один конверт, который он обязался вскрыть в начале апреля. Там были описаны события в СССР, которые произойдут, если ничего кардинально не измениться. Тоже из снов Михаила Кольцова. Еще одна Вера Павловна на голову русской революции. Но вот ощущение того, что, если наглый журналюга погибнет, так сразу же станет легче, никак вождя не покидало. Может быть, поэтому и предложена ему была эта очень опасная миссия? Впрочем, идея-то была не Сталина, а Артузова, надо отдать Артуру Христиановичу должное, человек с фантазией и способный посмотреть на проблему под очень интересным углом.
И тут же Сталин вспомнил свой разговор с Акуловым.
Иван Алексеевич был проверенным товарищем, который всегда поддерживал линию Сталина. Член президиума ЦКК, оргбюро партии, первый заместитель Менжинского. Противовес Ягоде. Иосиф Виссарионович Акулову верил. Это был честный и принципиальный товарищ. И вождь думал о том, как сделать из Акулова более серьезный противовес даже не Ягоде, а самой системе ОГПУ, которая начала забирать себе слишком много власти.
— Иван Алексеевич! Есть тебе важное задание. Очень важное. И такое же секретное. Ни Менжинский, ни, тем более, Ягода про него знать не должны, ни слухом, ни духом. Вообще.
— Понял, товарищ Сталин. Сделаю.
— У меня был такой Михаил Кольцов, он же Миша Фридлянд. Мне нужно знать о нём всё. Но сделать это надо очень-очень аккуратно. Он не должен и почувствовать слежки. Но жизнь его перетрясти, не по дням, так по месяцам. Всё интересное, что не укладывается в обычные рамки — фиксировать. И никаких активных действий не предпринимать. Изучать на расстоянии.
— Ясно.
— Привлеки для этого людей, не связанных ни с Коминтерном, ни с ОГПУ. Есть у тебя такие?
— Немного есть, товарищ Сталин. Подумаю, кого привлечь. Тут нужен профессионал. Думаю, возьму из бывших.
— Хм… Точно из бывших?
— Ну, если понадобиться какую-то акцию провести в отношении объекта, так лучше из них.
— Тоже верно. Журналиста работать очень аккуратно. Но и энергично. Время не ждёт.
— Всё понял, товарищ Сталин.
— И вот что, Иван Алексеевич! Думаю я тебя вскоре из ОГПУ забрать.
Акулов вздрогнул. Такого он от вождя не ожидал.
— Нам надо поднимать уровень социалистической законности. Никаких внесудебных арестов. Никаких расправ с инакомыслящими силами органов следствия. Ты сам сигнализировал, что такое состояние дел неприемлемо. И я с тобой согласен. Надо разделить органы следствия, судебные инстанции и органы наказания. И они не должны быть одним целым. Потому что возникнет такой соблазн: больше дел состряпать, больше врагов народа выловить. Дай таким «работникам» волю, они весь народ во враги народа запишут! Только чтобы очередной орден себе на грудь и должность повыше и власти побольше! И так быть не должно. Значит что? Нам нужен надзирающий за законностью орган. Прокуратура Советского Союза. Подумай над этим, предложения свои напиши, как сделать лучше нашу, рабочекрестьянскую, советскую прокуратуру. И как сделать так, чтобы она была лучше прокуратуры буржуазной! Тебе задача партии понятна? Готовься стать первым прокурором СССР. Больше поручить это некому.
— Понял, буду работать.
— Я жду по прокуратуре предложений через две недели. Справишься? И если считаешь, что нужно, привлекай к этой работе любых специалистов. Даю тебе такое разрешение. Да!
Власть — это поиск постоянных компромиссов. Сейчас надо настроиться на то, что разговор в Политбюро пойдет очень сложный. Мыслимое ли дело — ликвидировать Ленинский Рабкрин! Опять будут лаять, опять будут сопротивляться, объявлять наследство Ильича священным, как будто кому-то нужен инертный орган, непонятно чем занимающийся. И тут мысли его вернулись к тому, что надо всё-таки иметь свою собственную информационную службу, именно что свою собственную… Хм, а ведь золото и драгоценности Романовых, собранные товарищем Свердловым, чем не финансовая основа маленькой такой секретной организации, о создании которой и следа не будет, потому что деньги на ее содержание пойдут из вот этого фонда (на первое время). Кто знает об этих деньгах? Молотов и Ворошилов? Эти будут молчать. Но кого же назначить ее руководителем? Кого?