Порочные цели (ЛП)

— Мы… мы не можем просто так съехаться! — слабо возразила я.
— Почему нет?
— Что скажут люди? — произнесла я и была вознаграждена его смешком.
Как и ожидалось, Маркусу было абсолютно плевать.
— Все будут говорить, что я слишком стара для тебя.
— Черт, — прорычал Маркус, встал, резко наклонился вперед и закинул меня себе на плечо. — Я же говорил тебе, женщина: твои моральные терзания делают меня твердым.
  
— Маркус! Прекрати! — вскрикнула я, когда он начал подниматься по лестнице и отвесил звонкий шлепок по моей заднице.
— Даа... говори со мной строго, красавица.
Он прошел по коридору в главную спальню. Старая кровать исчезла, ее сменила огромная – с кованым изголовьем и греховно мягким матрасом.
— Знаю, не водяная, но думаю, мы привыкнем, — поддразнил Маркус, опуская меня на кровать.
Я встала на колени и посмотрела на него снизу вверх. Он перебирал мои волосы, слегка дергая за пряди, от чего у меня кружилась голова. Всё мое тело дрожало, отчаянно жаждая его прикосновений.
Затем он навалился на меня, прижав к матрасу, и начал стягивать с меня одежду.
— Мне нужна твоя кожа на моей, сейчас же. Знаешь, сколько раз я останавливал себя от того, чтобы поехать обратно на север, влезть в окно к твоей невестке, и разбудить тебя трахом?
— И как бы ты меня нашел?
— Думаешь, я не поставил тебе новый маячок, именинница? Преследовать тебя – мое новое любимое хобби, разве ты не знала?
— Это тревожно, но в твоем стиле, — съязвила я.
Я ахнула, когда Маркус лег рядом со мной абсолютно голый и рывком перекинул меня через себя. Я оказалась где-то у него на животе, головой вниз, в сторону его ног.
— Двигайся, детка. Я хочу утонуть в твоей киске, прежде чем наполнить ее.
— Подожди, что?
— Сядь на мое лицо, пока я не заставил тебя, — потребовал он.
Он так резко потянул меня назад, что я потеряла опору и приземлилась лицом на его напряженный член.
— Вау, двух зайцев одним выстрелом, — усмехнулся Маркус, его голос звучал приглушенно между моих бедер.
Я попыталась приподняться, чтобы не давить ему на лицо, но он сжал мои бедра руками, удерживая именно там, где хотел.
Его язык скользнул по моей щели, вышибая из головы все разумные мысли.
Господи, как же это приятно.
Он вылизывал меня так, будто я была его последней трапезой. Я хотела свести его с ума так же. Наклонилась вперед и взяла твердый член в рот, принимая его так глубоко, как только смогла. Головка коснулась горла, и я подавилась. Я отпустила его и повторила движение, пока Маркус стонал между моих ног.
Когда ощущения стали слишком сильными, я отстранилась, но он был неумолим. Куда бы я ни извивалась, он был там, яростно кружил языком вокруг клитора, давая именно то трение, которое нужно, чтобы свести меня с ума.
Я кончила с протяжным криком, все еще держа во рту член Маркуса, а он продолжал ласкать клитор, растягивая наслаждение до тех пор, пока я не почувствовала, что могу потерять сознание.
Когда киска перестала сжиматься и пульсировать, Маркус снова сел, без труда приподнял меня к своей груди и страстно поцеловал.
— Скажи, что выйдешь за меня, Ари, — приказал он.
— Люди скажут, что это безумие, — выдохнула я.
Он покачал головой, приставил член к моему входу и толкнулся в меня.
— Это не отказ. Кажется, я тебя переубеждаю.
Я рассмеялась над его дразнящим тоном. С тех пор как Дейл появился в мотеле, я почти только и делала, что нервничала и плакала. Теперь, впервые за несколько недель, я снова смеялась, и всё благодаря Маркусу.
Он размеренно двигался внутри меня, лаская мое лицо. Я выгибалась навстречу его прикосновениям.
— Давай сходить с ума вместе. Быть безрассудными, безумно влюбленными – вот уровень жизни, к которому я стремлюсь, — прошептал Маркус.
Он опустил руку на набухший клитор и стал тереть его, почти сразу доведя меня до края.
— Пока я с тобой, я живу мечтой.
Он вошел в меня резче, и я вцепилась в его руки, чувствуя, что могу раствориться под ним.
— А теперь скажи, что любишь меня и выйдешь за меня замуж. Скажи это, — потребовал он, подчеркивая каждое слово толчком. — Скажи, красавица, — повторил он.
Он проник глубже, чем когда-либо, попав точно в мою точку G.
— Я выйду за тебя! — выдохнула я и кончила, сжимаясь всем телом и обхватывая его член внутри. Он прорычал мне на ухо и последовал за мной, изливая горячую влажную сперму в мою киску.
— А теперь скажи, что любишь меня, — продолжил он.
— Я люблю тебя! — выкрикнула я.
Маркус жадно поцеловал меня, его член оставался твердым внутри меня, несмотря на то, что он только что кончил.
— Я знаю, детка. Я знаю, так же как ты знаешь, что я люблю тебя. — Он улыбнулся и ненадолго выскользнул, чтобы выпустить сперму, которой наполнил меня, а затем снова толкнулся, готовый к новому раунду. — Так же как ты знаешь, что я никогда тебя не отпущу.
Я рассмеялась, сердце наполнилось чистой радостью и любовью.
— Значит, ты не хочешь, чтобы я даже пыталась? — я усмехнулась. — Больше никаких игр?
Маркус покачал головой и снова начал трахать меня.
— Черта с два, именинница. Я с нетерпением жду, как буду играть с тобой… до самой нашей смерти.
  
Эпилог
 
Маркус
Мы снова встретились с «Рапторами» в финальном матче сезона. Лига, казалось, не могла перестать сталкивать нас лбами, и я был только рад этому. Пришло время показать Броуди Синклеру, что «Геллионы» – сила, с которой нужно считаться.
— Сегодня играем чисто, Маркус, — предупредил меня тренер Уильямс.
— Вы же в курсе, что это хоккей, да? — я усмехнулся в ответ.
Он вздохнул.
— Ладно, но пусть драки затевает твоя команда, а не ты. Мне надоело выпускать запасного вратаря. — Его гримаса ясно давала понять, как он скучал по команде в полном составе.
— Не волнуйтесь, тренер, я снова в форме. — Я хлопнул его по плечу – фамильярность, которую он позволял только мне.
Я обернулся и увидел, как другая команда высыпала на лед, готовая к разминке.
Броуди окинул взглядом каток и кивнул, как только наши глаза встретились.
Я неспешно подкатил к нему.
— Синклер, готов к тому, что тебе надерут зад?
Он прищурился.
— Это я должен тебя спросить. Жду повторения нашей последней встречи. Уверен, ты всё такой же вспыльчивый и ревнивый.
Я приложил руку к груди с видом полного недоверия.
— Я? Ревнивый? Не понимаю, о чем ты.
Губы Броуди изогнулись в ухмылке.
— Неужели? Ну, в таком случае, ты выдал блестящую игру. Тебе стоит подумать об актерстве, раз уж с хоккеем, похоже, не складывается..
— О, у меня все отлично и с хоккеем, и с ревностью. Я с нетерпением жду, чтобы показать тебе это.
— Так ты больше не психуешь из-за своей пухленькой профессорши?
Я вздохнул.
— Палки и камни могут сломать мне кости, но ложь никогда не ранит меня. И она больше не просто профессор – она моя невеста, так что, когда будешь пытаться вывести меня из себя, обращайся к ней подобающим образом. Ты же знаешь, что игроки, прибегающие к подлым трюкам вроде отвлечения внимания, просто компенсируют отсутствие таланта?
Мышца на скуле Броуди дернулась. Я разозлил его. Хорошо.
— Ты женишься? Что за женщина согласиться выйти за отброса с братом-байкером?
Я цокнул языком.
— Ну и ну, уже меняешь тактику, чтобы разозлить меня. Позор. Похоже, ты понимаешь, какой ты дерьмовый игрок – — и вся твоя команда тоже. Я покажу это сегодня каждому зрителю на трибунах.
— Давай, Бэйли.
— С радостью, Синклер.
С самодовольной ухмылкой я откатился к своим парням, присоединившись к разминке.
  
Это будет так весело.
Игра была быстрой и напряженной, до самого конца. Несмотря на мои колкие слова Броуди ранее, «Рапторы» были хорошей командой. Очень хорошей, а братья Синклер – лучшими в ней. Но когда Кейден забил в начале третьего периода, атмосфера на льду изменилась, и «Геллионы» воспользовались этим моментом, чтобы прорваться к победе.