Порочные цели (ЛП)

— Если Вы не против, профессор, я провожу Вас… раз уж я иду в ту же сторону. У меня сейчас занятие, как Вы помните, — гладко сказал Маркус, каким-то образом умудрившись забрать мои папки у Уэйда, прежде чем тот успел возразить.
— Я... ну, я собиралась в…
— Английский факультет находится на другом конце кампуса; на Вашем месте я бы поторопился. Вы же не хотите разочаровать дам из курса «Введение в Харди» опозданием. Я слышал, что Ваше чтение «Мэра Кастербриджа» срывает трусики.
  
— Мистер Бэйли! — воскликнула я.
— Простите, я имел в виду «сражает наповал», — сказал Маркус и тяжело хлопнул Уэйда по плечу. — А теперь идите, сэр, и не беспокойтесь о профессоре Мур. Я позабочусь о ней. Будьте уверены, она в надежных руках.
Слегка сжав его плечо, он каким-то образом сумел развернуть Уэйда и направить в другую сторону. Тот обернулся, но Маркус уже шел по коридору, неся мои папки.
— Вы идете?
Я поспешила догнать его.
— Ты втянешь нас в неприятности, — пробормотала я, как только мы оказались вдали от всех.
— Тебе понравилось яблоко? — поинтересовался Маркус.
— Яркий пример, чего делать нельзя, — ответила я.
Он поднял бровь.
— А позволять главному бабнику университета провожать тебя до класса, когда он работает в другом стороне, можно?
— Он просто пытался помочь.
— Чушь, он хочет трахнуть тебя, и чем скорее станет ясно, что этого не произойдет, тем лучше.
— А чего хотела та чирлидерша за обедом, кроме как сесть тебе на колени? — вырвалось у меня.
Маркус улыбнулся так, будто я сделала его день.
— Я бы никогда не позволил ей прикоснуться ко мне, красавица. И чтобы было ясно, я разрешил ей сесть, потому что уже собирался уходить. Неважно, чего хочет она, важно лишь то, чего хочу я. А я хочу тебя, если это еще не понятно.
— Что ж, взаимно. Я имею в виду, я не хочу Уэйда, так что тебе не о чем беспокоиться.
Маркус обдумал мои слова и хмыкнул.
— Поверь, ты не хочешь, чтобы я ревновал, Ари… Признаюсь, я никогда раньше не испытывал этого конкретного чувства, но гарантирую… тебе оно не понравится.
— Не угрожай мне.
— Я угрожаю не тебе, детка, я угрожаю любому ублюдку, который посмеет посягнуть на то, что принадлежит мне. Учитывая твою сострадательность, тебе действительно стоит обзавестись поясом верности до конца семестра или носить кольцо на пальце и говорить людям, что ты замужем, чтобы уберечь своих коллег от несвоевременных несчастных случаев.
— Ты же обещал держаться подальше, — напомнила я ему.
— У меня сейчас занятие, профессор, если только ты не хочешь, чтобы я прогулял?
Я покраснела.
— Нет, конечно нет.
Маркус кивнул и подождал, пока я открою дверь в аудиторию. Он вошел следом, и я особенно остро осознала тишину вокруг и то, как близко он стоял за моей спиной. Я спустилась по ступенькам, после чего указала на небольшой приставной столик.
— Можешь оставить папки здесь, — сказала я, намеренно переместившись так, чтобы стол оказался между нами.
Он положил папки и повернулся, скрестив свои мощные мускулистые руки на груди и с весельем разглядывая мою оборонительную позу.
— Ты же понимаешь, что если я решу прикоснуться к тебе прямо сейчас, именинница, этот стол тебя не спасет.
— Маркус. Веди себя прилично, — сказала я как можно строже.
Он закрыл глаза и улыбнулся так, словно его пытали, но ему это нравилось.
— Черт, Ари... если бы ты знала, что этот тон со мной делает, ты бы не осмелилась использовать его здесь, когда сюда вот-вот войдет толпа студентов…
— Очень смешно. Прекрати, пожалуйста, — я понизила голос.
Он изучающе посмотрел на меня, а затем вздохнул.
— Ладно, но только потому, что ты так мило просишь. Я прекращу, но сначала дай мне что-нибудь, чтобы продержаться до конца лекции.
— Дать тебе что? — я запаниковала.
Он откинулся назад, расставив ноги так, что его член отчетливо проступил сквозь шорты. Его взгляд медленно скользнул по мне сверху вниз.
— Быстрый стриптиз на выбор. Какую часть тела покажешь – решать тебе.
— Маркус, — предостерегающе сказала я, чувствуя, как по венам разливается жар. Почему этот парень был таким раздражающим? И увлекательным. Я проигнорировала внутренний голос. — У нас нет на это времени.
— Тогда поторопись, детка, — он дернул подбородком, бросая мне вызов.
Не успела я опомниться, как мои руки уже лежали на подоле юбки. Я приподняла ее с одного бока, обнажив бедро. Раньше я, возможно, заколебалась бы при мысли показать свою самую нелюбимую часть тела. У меня с бедрами была долгая и сложная история: порой они казались врагами, но в последнее время это чувство отступило.
— Еще выше. Я хочу видеть кружево, — потребовал он.
Проглотив тугой комок желания, я подчинилась.
Он закрыл глаза, откинул голову назад, словно смакуя что-то особенно вкусное, и затем кивнул.
В верхней части аудитории раздался стук, и вошли первые студенты. Они громко болтали, расходясь по местам. Я расправила юбку и отвернулась, чтобы скрыть пылающие щеки.
Когда я обернулась, класс был полностью заполнен, а Маркус сидел по центру, прямо перед моим столом, его темные глаза сверкали весельем. Я прочистила горло, пытаясь привлечь внимание студентов.
Но разговоры почти не стихли, все продолжали болтали.
Громкий свист прорезал шум и заставил класс резко замолчать.
Маркус убрал пальцы изо рта и кивнул мне.
— Мы в Вашем распоряжении, профессор, — лукаво ухмыльнулся он.
До конца семестра предстояло два долгих месяца.
— Так в чем важность сегодняшнего матча? Он же не решающий, — спросила я, выходя из машины Кенны на парковке у ледовой арены.
Здесь уже было довольно людно, но несколько мест для сотрудников еще оставались. Кенна без проблем бросила свой пропуск на приборную панель и заняла одно из них.
Стадион «Геллионов» сиял огнями в вечерней темноте. Вереница машин тянулась, пока водители пытались найти место, а толпы фанатов двигались в направлении входа.
Мы перешли дорогу, и нам просигналил клаксон. Я оглянулась через плечо. Водитель автобуса команды гостей нетерпеливо ждал, пока мы дойдем до тротуара.
Кенна пренебрежительно махнула рукой в сторону автобуса и закатила глаза.
— Вот почему этот матч такой важный. «Рапторы». Между командами давняя вражда, и ходят слухи, что два ведущих игрока, Броуди и Каллахан Синклеры, рассматривают переход в УХХ. Их отец – крупный инвестор, и он просто помешан на хоккее.
— Они сегодня играют?
Кенна кивнула.
— Да, а когда они играют, это всегда грандиозное событие. Единственные игроки во всей лиге, которые могут сравниться с их харизмой, – это наши Ледяные Боги.
— То есть они хороши?
— Как я уже сказала… только Ледяным Богам под силу тягаться с ними.
Очередь медленно продвигалась вверх по лестнице к стеклянным дверям наверху.
Кенна фыркнула и вытянула шею, чтобы выглянуть поверх голов.
— К черту это. За мной, я знаю другой вход, — сказала она и схватила меня за руку. — Ты надела под куртку тот джерси, что я тебе дала?
Я кивнула. Она принесла мне джерси «Геллионов» со случайным номером на игру.
— Хорошо, со всеми этими студентами и персоналом из Нью-Йорка мы должны достойно выглядеть... В прошлом году я встречалась с помощником их тренера, и он кинул меня, когда узнал, что я работаю здесь, так что, сама понимаешь… мы должны выиграть.
— Понимаю.
Пожарный выход был приоткрыт и зафиксирован дорожным конусом. Кенна толкнула дверь и уверенно вошла внутрь, снимая пальто.
Я последовала ее примеру.
— Нам вообще можно здесь находиться?
  
Мы оказались на нижнем этаже здания, в зоне, где я раньше никогда не была. Здесь были раздевалки и кабинеты тренеров, а также тренажерный зал и несколько конференц-залов. Мы прошли по коридору. Дверь раздевалки открылась, и оттуда вывалились игроки в форме «Геллионов».