Идеальный мир для Химеролога 4 (СИ)

Он по-хозяйски огляделся. Его мутный взгляд зацепился за ноутбук на столе, за новую мебель.
— Ишь, богато живём… Насосала, поди?
Валерия вспыхнула. Страх сменился обидой.
— Выйдите отсюда немедленно! Я полицию вызову!
— Полицию? — он расхохотался. — Вызывай! Пока они приедут, я тебе тут такое устрою… Короче так. За моральный ущерб гони косарь. Прямо сейчас. И музыку вырубай навсегда. Или я заберу вон ту коробку, — он кивнул на ноутбук. — В качестве компенсации.
  
Он шагнул к ней.
Валерия вжалась в стену. Она искала глазами хоть что-то тяжёлое, но под рукой была только вешалка для одежды.
И тут её взгляд упал на полку для обуви.
Там, на самом краю, сидел хомяк.
Тот самый, из «спецотряда» Виктора, в чёрном костюмчике. Он сидел с абсолютно невозмутимым видом, жевал какую-то семечку, а в лапках держал маленький чёрный брелок с одной-единственной красной кнопкой.
Хомяк встретился взглядом с Валерией. Подмигнул. Дожевал семечку.
— Ты чё оглохла⁈ — орал сосед, наступая. — Я сказал — бабки гони! Я никогда с пустыми руками не ухожу! Я этот район держал, когда ты ещё под стол пешком ходила! Я авторитет, поняла⁈ Сказал — плати, значит, будешь платить!
Он уже протянул руку, чтобы схватить её за плечо.
— Я никогда не отступал! И сейчас не отступлю! Ты у меня…
Договорить он не успел.
На лестничной площадке послышался топот.
Дверь, которую сосед так и не закрыл, открылась шире.
В квартиру молча, без единого слова, вошли шестеро мужчин.
Валерия узнала их. Это были те самые ветераны из охраны клиники. Семён Петрович, Костыль, Кабан и ещё трое. Но сейчас они выглядели не как пенсионеры, а как расстрельная команда.
Они были в своей новой форме, спокойные, сосредоточенные и пугающе быстрые.
— Э! Вы кто такие⁈ — сосед обернулся, но было поздно.
Кабан и Костыль шагнули к нему. Четыре руки сомкнулись на локтях дебошира.
— Вы чё⁈ Да вы знаете, кто я такой⁈ Я…
Семён Петрович подошёл вплотную. Он просто посмотрел соседу в глаза. И в этом взгляде было столько всего, что мужик поперхнулся собственным криком.
— На выход.
Будучи здоровым мужиком, привыкшим решать вопросы силой, сосед попытался дёрнуться. Он напрягся, пытаясь стряхнуть с себя руки стариков.
Но с таким же успехом он мог пытаться вырваться из тисков. Хватка ветеранов была железной.
Его просто подняли. Оторвали от пола на пару сантиметров.
— Э! Э! Пустите! — заверещал он, дрыгая ногами в воздухе. — Я полицию вызову! Помогите! Кто-нибудь, на помощь!
Его вынесли из квартиры, как старый диван. Быстро и аккуратно, не задев косяки.
Семён Петрович задержался на пороге. Он подмигнул Валерии.
— Всё в порядке, дочка. Отдыхай. Музыка хорошая, одобряем, мы часто с мужиками слушаем.
Затем он перевёл взгляд на полку с обувью.
Там сидел хомяк и всё ещё держал в лапках пульт.
Беркут вытянулся, приложил руку к виску, отдавая воинское приветствие грызуну.
Хомяк деловито кивнул в ответ, спрятал пульт в кармашек своего жилета и спрыгнул на пол, скрывшись где-то в недрах квартиры.
Дверь мягко закрылась.
Валерия стояла посреди коридора, слушая, как на лестнице затихают вопли соседа:
— … Я — авторитет! Да я вас… ай! Больно же! Куда вы меня тащите⁈ Мама-а-а-а!!!
Через минуту всё стихло.
Валерия медленно сползла по стене на пол и нервно хихикнула. Потом посмотрела на котлеты, которые уже начали подгорать.
— Ой, ужин!
На утро следующего дня она вышла из подъезда, опасливо оглядываясь. Вдруг сосед подкараулит и решит отомстить за вчерашнее?
Но двор был тих и спокоен. Птички пели, дворник подметал асфальт…
Когда она увидела его, внутри снова всё сжалось. У лавочки действительно стоял тот самый сосед. Вид у него был помятый, но целый. Он стоял, засунув руки в карманы, в зубах дымилась папироса.
Валерия попыталась быстро прошмыгнуть мимо, чтобы он её не заметил. Но, на её беду, он как раз обернулся и их взгляды встретились.
Увидев Валерию, сосед вздрогнул, как от удара током. Папироса выпала из его рта.
Он побледнел. Втянул голову в плечи, закрыл лицо руками, как будто защищаясь от удара, и бочком, боясь даже смотреть в её сторону, побежал подъезду. Такое ощущение, что он изо всех сил пытался стать невидимым, слиться с окружающей обстановкой.
— Доброе утро! — весело крикнула ему Валерия.
Мужик споткнулся, издал сдавленный писк и с ускорением скрылся в дверях, чуть не оторвав ручку.
Валерия улыбнулась, поправила сумочку и бодрым шагом пошла в клинику.
Кажется, проблема с соседом решена окончательно.
* * *
Утро началось с того, что к крыльцу моей клиники подкатил знакомый чёрный броневик. Стекло плавно опустилось, и Агнесса Новикова, сияющая, как новенький имперский рубль (или как аристократка, у которой дела наконец-то пошли в гору), радостно махнула мне рукой.
— Садись, Виктор. Поедем, покажу тебе твои новые владения.
Я, предвкушая быструю поездку — всё-таки она сказала, что нашла место рядом, — запрыгнул на мягкое кожаное сиденье.
Дверь со щелчком захлопнулась, отрезая уличный шум. Водитель плавно тронул машину с места.
— Ну, как настроение? — светски поинтересовалась Агнесса. — Готов к расширению бизнеса?
— Всегда готов. Особенно если это не требует от меня беготни по лесам с ножом наперевес.
Мы ехали. Минуту, пять, десять…
Агнесса увлечённо рассказывала о том, как идут продажи моих препаратов, о новых контрактах с поставщиками, о том, что Миша чувствует себя прекрасно и уже просится в школу… Я слушал, кивал, иногда вставлял пару слов, но с каждой минутой моё удивление росло.
Двадцать минут. Мы всё ещё ехали.
Я попытался выглянуть в окно, чтобы понять, куда нас, чёрт возьми, везут. Но стёкла были наглухо затонированы. Причём не плёнкой, а какой-то хитрой артефактной системой. Изнутри — непроглядная темнота, улицы не видно.
— Слушай, — перебил я её на полуслове, когда мы ехали уже полчаса. — А мы не в другую страну едем? Ты же говорила «рядом».
— Почти приехали, — улыбнулась она.
Машина плавно затормозила. Дверь открылась.
Я вышел на улицу, щурясь от яркого солнца. Огляделся и задумчиво почесал затылок.
Прямо передо мной, через дорогу, красовалась вывеска: «Ветеринарная клиника „Добрый Доктор“». Моя клиника.
Я медленно повернул голову к Агнессе, которая грациозно выбиралась из салона.
— Слушай, ты… издеваешься?
— Что не так? — невинно хлопая ресницами, спросила она.
— Мы ехали тридцать минут! Тридцать! Чтобы переехать через дорогу⁈ Я пешком бы дошёл за пятнадцать секунд!
— Ну… — она пожала плечами, поправляя причёску. — Нам же нужно было поговорить. Обсудить дела, стратегию… В спокойной обстановке, без лишних ушей. А в машине такая хорошая звукоизоляция.
Я посмотрел на неё, потом на тонированные стёкла броневика.
Вот же гадство. Нужно срочно заняться своим зрением. Вживить себе какой-нибудь атрибут спектрального анализа или рентгена. А то так завезут в лес, а я буду думать, что мы в булочную едем, пока лопаты не достанут.
— Не ворчи, — Агнесса взяла меня под руку. — Пойдём, оценишь.
Мы подошли к зданию, которое раньше занимала булочная и какой-то захудалый магазинчик с продуктами. Теперь внутри всё изменилось.
— Неплохо, — признал я, оглядываясь.
Помещение было просторным — квадратов двести пятьдесят, а то и все триста. Стены выкрашены в приятные пастельные тона, на полу — дорогая плитка. Всё чистенько, красивенько, но пока абсолютно пусто. Ни мебели, ни оборудования. Только барная стойка в углу, где уже стояла кофемашина (это фетиш всех моих заведений) и холодильник с напитками.
  
— Это заготовка, — пояснила Агнесса. — Базовый ремонт сделан. Коммуникации заменены, вентиляция усилена — специально под животных, с мощными фильтрами. Звукоизоляция тоже на уровне, чтобы визги восторга не мешали соседям сверху. Остальное — на твой вкус.