Ренонс (СИ)

— Папотька! Можно я взьму коцёнка?
Задрав зарумянившуюся мордашку, Анечка вопросительно смотрела на меня синими, как летнее небо, глазами. Ребенок-ангелочек: белобрысенькая, в белом платьице в мелкий цветочек, с двумя залихватскими хвостиками на макушке. Его сокровище! Папина принцесса и смысл жизни.
Правда образ принцессы слегка портила расцарапанная коленка, заклеенная пластырем. Но вот взгляд… Такие живые, полные доверия голубые глазюки могут быть только у принцесс или у ангелов.
— Аня, — ласково улыбаясь дочке, я присел на корточки, — у тебя дома есть котик. Зачем тебе два?
— Этот ллыженький, — лучисто улыбалась в ответ моя принцесса.
— Котенок еще маленький. У него где-то мама есть, — ласково уговаривал я дочку. — Она расстроится, если мы его заберем.
Анечка наморщила лобик и внимательно посмотрела на пузатенького, рыжего, словно солнышко, котенка.
— Низя, маму забиллать, — уверенно произнесла дочь.
Вздохнув, Анечка понесла котенка обратно к раскидистому дереву, под кроной которого мы с ней спасались от палящего солнца. Котёнок радостно мяукнул и скрылся в небольшой норке между корнями.
— Пллащай, ллыжик! — Анечка энергично помахала на прощание убежавшему котенку.
Милый проснись… — в небесах прозвучал божественный голос дивной красоты.
  
1.2
 
Милый, проснись…
Милый, проснись…!
МИЛЫЙ, ПРОСНИСЬ!!!
Сначала ИИ, как я заказывал, сказал приятным голосом. Потом громче. Еще громче. И наконец последнее: «Милый, проснись!» прогрохотало, наверное, по всему кораблю.
— Сейчас… — я резко открыл глаза; в сознании таяли обрывки сна-воспоминания, унося дорогой образ дочери, царапая душу тревогой. — Уже! — уверенным, правда, хрипловатым со сна голосом, отозвался в пространство.
Переведя кресло в сидячее положение, удивленно уставился на экраны, прищурившись от яркого света, больно резавшего по глазам. Сердце пропустило удар и забилось с удвоенной силой.
Не понимаю, экраны не должны светиться белым. Там же космос! Темнота…
— Что происходит? — сон как рукой сняло, накрыла паника, вызвавшая нестерпимое желание действовать. — Откуда свет?
Солнце начало расширение. Повышенное излучение и солнечный ветер заставляют светиться щит. В космическое пространство выпущено много раскаленного звездного вещества. Оно сосредоточено в районе Венеры.
Радиационные пояса сместились и увеличились в размерах в несколько раз. Меркурий сошел с орбиты. Венера стремительно теряет атмосферу.
Нагрузка на щит 50%.
— Выключи экраны! — потребовал я в пространство, не веря своим ушам, паника захлестнула сознание. — Дай 3D карту.
В напряжении уставился на карту и не сразу понял, что вижу. Крупный объект, обозначенный маркером на карте как Меркурий, почти по прямой пересекал район орбиты Земли, словно это летела не планета, а корабль класса типа Титан. Причем ощутимо так двигался, неестественно быстро.
И Солнце реально стало больше.
— Началось в деревне утро… — я ошарашенно прокомментировал увиденное. — Он что, движется в нашу сторону? Как его вообще так прямо швырнуло? — мой мозг отказывался понимать и принимать действительность.
Расширение Солнца было взрывообразным. Гравитация Венеры немного изменила начальную траекторию Меркурия.
— Охренеть, — только и смог выдавить я.
Хорошо, что мы далеко! Гравитационным захватом нас не накроет, масса у Меркурия так себе. Хотя, конечно, такие «снаряды», летающие на огромных скоростях, несколько пугают. Все же Меркурий покрупней Луны будет.
Наш корабль разойдется с Меркурием траекториями в 3 миллиона километров.
Опасности не представляет.
— Ну, это утешает, да! — я криво усмехнулся. — Вообще, такими темпами он нас обгонит, и мы проиграем Меркурию. Хорошо, что он не участвует в игре.
Я улыбнулся собственной шутке, но на самом деле было жутко. Хаять симулятор расхотелось. Слишком реалистично выглядела игра. Пусть не зрелищно, пусть топорно: 3D карта показывала лишь основные параметры небесных тел, зато все очень правдоподобно, а потому и страшно. Воображение услужливо дорисовало картинку, делая её убедительно-живой, словно я смотрел на все это с орбиты матушки-Земли.
  
Видение пугало.
Логическая цепочка событий рассчитывалась лихорадочно работающим мозгом, прогноз приводил меня в ужас.
Земля ещё сохраняла атмосферу. Пока сохраняла… На полюсах сплошные сияния от солнечного ветра. О чем говорить, если он почти до Марса достает, заставляя светиться щиты корабля? Температура на планете резко увеличится, примерно вдвое. Точных данных нет, да и не важны они, когда снежные шапки на полюсах стремительно тают. Испаряется вода из рек и океанов, всплывая вверх облаками. Они закроют Землю от света, охладят на время атмосферу и дадут прожить людям еще немного времени. До первого шторма.
Ужасные штормы пронесутся по планете, сметая города.
Не к месту вспомнил картину «Всадники Апокалипсиса». Сознание прошил страх. Помотал головой, откидывая жуткие образы, поинтересовался у ИИ: «Мы можем предсказать, с какой скоростью Солнце будет расширяться?»
Процесс начался значительно раньше срока, назначенного учеными. Они предсказывали взрывной этап вначале и медленное, но довольно быстрое расширение после. Процесс расширения остановился день назад. Возможно, будут еще резкие пульсации. В целом развитие непредсказуемое. По прогнозам итоговый объем Солнца достигнет пределов главного кольца астероидов и сорвет верхние слои атмосферы Юпитера. За Юпитером мы будем в относительной безопасности.
— Ну, это немного утешает. Только до Юпитера еще нужно долететь.
Я энергично растер лицо. Так, что там у нас по сценарию? Юпитер — последний, самый сильный трамплин в цепи. После этого корабль разгонится достаточно, чтобы покинуть пределы солнечной системы. Это если ничего непредвиденного не случится. В случае неудачи придется лететь к Сатурну. Это запасной трамплин.
Третий запрашивает разрешение на связь.
Третий⁈ Наверное, это тот игрок, которого я окрестил «торопунькой». Интересно, чего он хочет.
— Дай связь, — скомандовал я и, как только загорелся индикатор соединения, представился: — Тринадцатый слушает.
— Привет «чертова дюжина», — раздался в эфире звонкий веселый голос. — Чем занят?
Голос принадлежал явно молодому игроку, слышалась запальчивость, присущая молодости. Невольно поморщился. Вот не люблю такие голоса. Преувеличенно бодрые. Самоуверенные.
— Теребонькаю сижу! — огрызнулся: бесят тупые вопросы не к месту. Мы к Марсу подходим, а он поболтать решил.
Вот что можно делать в компьютерной симуляции полета корабля? Тут выхода в общую сеть не предусмотрено. Ни новости почитать, ни видео посмотреть, ни даже в стрелялки не поиграть.
— А⁈ Эээ… — Третий задумался на минуту. — Ты откуда? Как тебя зовут? У меня переводчик похоже некорректно переводит.
— Данила Соколов. Я из России.
— А я Жан Дюбуа. Франция!
— И-и-и⁈ — я резко протянул, все еще ожидал предложения на миллион, зачем-то же Третьему понадобился.
— Ты с левой ноги сегодня встал? Чего такой злой? — легкое недоумение в голосе быстро сменилось приторной бодростью. — Слушай, я — Третий, ты — Тринадцатый. Мы прямо созданы быть напарниками! Не будь таким невежливым.
Вот же… Любитель поболтать на отвлеченные темы. Я начинал закипать.
— Что хотел? Говори конкретно, — грубо одернул я собеседника.
— Меркурий видишь как разогнался? — деловито спросил Третий.
— И что?
— Клянусь, он покинет систему быстрей нас. Как насчет прокатиться верхом?
Я задумчиво уставился на 3D-проекцию. Лететь Меркурию наперерез? Отклонение в принципе небольшое. Зацепит ли корабль в гравизахват, да еще на такой скорости? Да фиг знает… Должен вроде. Если что, тормозить придется резко. Но для этого есть расчеты ИИ.
В любом случае, это большой риск. Если и пройдет такой фокус, то на грани. Но к Марсу уже будет не вернуться. Солнце в любой момент может раздуться еще больше. Да и сохранит ли Меркурий заданную скорость? Это бабка надвое сказала. Если сближение корабля с планетой можно просчитать, то движение её самой идет на 3D-карте веером вероятностей. Слишком большой хаос начался в системе.