Тот самый сантехник 9 (СИ)

— А государство хоть как-то помогает? Ну… решает проблемы?
— Государство — это система, Боря. Система всегда несовершенна. Одна часть решает поставленные задачи, поставляя снаряды, технику, ГСМ, выделяя средства на материалы и распределяя зарплаты в срок, к ним вопросов нет. Но другая создаёт препоны, устраивая проверки на границе, задерживая конвои, утраивая проверки по согласованным грузам и требуя деньги за проезд на платных участках дорог, — вздохнула Лера и заявила чуть тише. — Но мы и есть это самое государство! Мы — народ. Глубинный там или прикопанный, уже толком и не понятно. Когда лопатой по голове бьют, поневоле встанешь на колени.
  
— Но главное, я считаю, утереться и дать бой! — тут же поднялся Боря и сам пошёл к раздевалке, откуда уже доносилось. — Забрать эту лопату и наковылять самому могильщику.
Лера, посчитав, что сантехник уже отбывает, снова взяла телефон и прочитала ему в спину.
— А ты слышал, что они пишут? Эти, которые требуют чеков? Ну или просто требуют и возмущаются? А ты послушай! «Пусть уезжают, если стреляют!», «Детей травмированных и нищету плодят!», «Пусть учатся пользоваться презервативами!», «Не собираюсь поддерживать тех, кто не пользуется контрацепцией!», «Не проще сделать аборт?», «А где правительство⁈».
Но Боря лишь взял куртку и пошёл обратно к столу. И Лера продолжила по инерции:
— Какая вообще контрацепция, если решаем демографический кризис? Но это так, присказка. А многие женщины ДНР узнали, что в положении вообще вскоре после того, как потеряли мужей и близких. И что я таким сказать должна? «Пусть учатся пользоваться презервативами?». Да кто я такая, чтобы их судить и давать советы? Нужны ли им сейчас вообще чьи-то комментарии? — Лера уже читала с телефона, не обращая внимания на сантехника, который встал рядом, хлопая куртку по карманам. — Я готова всей душой поддерживать, защищать, оказывать содействие в получении медицинской помощи и постараться дать опору до того момента, пока они не почувствуют землю под ногами. Все эти люди. Такова концепция благотворительного фонда. Помочь и защитить тех, кто защищает. Нам не престало бросать в беде слабого. Нам некогда давать непрошенных советов, но находим время защищать и любить. По-христиански, так. Всех людей любим. С их ошибками, трудностями, страхами, даже порой колкими фразами, которые слышу от недоверия в самом начале знакомства.
Боря, наконец, достал из внутреннего кармана две пачки пятитысячных по полмиллиона каждая и возложил рядом с телефоном.
— Вот. Бери.
Лера от удивления телефон уронила. Тот брякнулся о столешницу, но поскольку был простым и в противоударном корпусе, не обратил внимания. Одной трещиной на экране больше, одной меньше — какая разница?
— Что это? — не поняла их рыжий ангел этого дома, который ещё не проснулся, но уже разгребал дела с утра пораньше.
— Это миллион, — следом накинул на плечи куртку Боря. — В твой фонд. Хотя… давай так. Половину в фонд, а другую лично тебе.
— Как это? — подскочила со стола Лера. — В смысле мне?
— Ну… На… непредвиденные расходы, — улыбнулся Боря, застёгивая молнию. — Ты знаешь, как их потратить. Но если сама не доберёшься до нужного человека или вовремя не закроешь поставку, тоже хорошего мало. Организация простаивает. А вам ещё добро творить. Так что можешь считать меня инвестором в… общее дело.
— Погоди, Боря, — нервно улыбнулась она. — Я не могу принять от тебя эти деньги.
— Послушай, Лера. Ещё сутки назад я сам был должен шестьдесят миллионов и поблажек от жизни не ждал. Я не из тех, кто рассчитывает на мусульманскую беспроцентную ипотеку в банке или выигрыш в лотереи, не покупая билетика. Но Шац буквально обнулил мой долг… отцовский. Я за батю вписался, Матвей Алексеевич за меня. А ведь он сам ещё пару дней назад уже гроб себе заказывал. А потом явилась ты и вдохнула в него свет. Так что этот миллион я Ларисе в качестве первого взноса должен был вручить за этим завтраком… Бери! И не думай ни о чём. Всё в жизни относительно. Помоги тем, кому реально надо.
«Ну на самом деле ты два хотел отдать», — напомнил внутренний голос: «Но Шацу тоже какой-нибудь подгон надо сделать, да и Вику без внимания теперь не оставить».
Лера застыла напротив оранжевых пачек, а Боря уже собирался уходить, когда дверь в прихожую открылась и оттуда донеслось на кухню:
— Лер! Выйди на улицу, пожалуйста!
Это был голос Шаца. И пока Боцман забежал в дом, чтобы проверить тарелку, Лера с Борей вышли на улицу.
А у крыльца мотоцикл стоит. Японский. Красного цвета. Осторожно тряпочкой протёртый на сидушке и по спидометру.
— Вот, садись и лети! — заявил с довольным видом Шац и подул на шлем в руках. — Я помню, ты с таким азартом рассказывала про мотоциклы в реанимации. Так вот, он теперь твой… Ну же, садись. Дороги в посёлке уже избавились от снега и льда, можно кататься!
И он протянул Лере чёрный шлем. А она застыла, веря и не веря.
Глобальный не знал, сколько в мотоцикле кубиков и передач. Он ими никогда не увлекался. Времени не было. Но тот вроде бы стоял в гараже Лопырёва. Из-под тряпок колесо выглядывало. Обратил внимание, когда кузню делал и трубу выводил для переплавки золота. Его не трогал. А вот теперь — хозяину пригодился. А тот передарил, чтобы поддержать боевой дух человека.
Лера только молнию кожаной куртки под подбородок затянула. И тут же шлем подхватила, вскочила на мотоцикл как ковбой в седло лошади. Видно, что умеет, что ездила. Но по глазам видно — и не мечтала никогда о таком.
Думала — да. Мечтала? Нет!
Теперь же перед ней как будто дополнительные двери открывались в тёмной комнате, из которой уже не чаяла выбраться, коротая свой век как есть.
Шац только ворота успел распахнуть, как завела и рванула с места. Не на заднем колесе, конечно. Приноровиться ещё надо, привыкнуть. Но на мокрый, холодный асфальт выехала уверенно. Ещё и газанула, едва дорога ровная показалась. Шац уже собирался обратно ворота закрыть, как вдруг развернулась, и остановилась рядом с ним.
— Запрыгивай! — расслышал Боря предложение для её избранника.
Второго шлема у Шаца не было. Но была спортивная шапочка, берегущая уши. А по посёлку ездить кто запретит?
Не став спорить с повеселевшей избранницей, он тут же перекинул ногу и умостился позади. Ведь он точно знал, что хотя бы раз в квартал даже рыжему ангелу надо как следует расправлять крылья.
И оба укатили к КПП. Боря и сам собирался пойти к джипу. По делам надо ехать. Но в этот момент из-за двери выглянула сонная Алексашка. И тут же возмутилась:
— Я что, раздачу благ проспала?
— В смысле?
— Ну смотрю, тут мотоциклы дарят, а там вообще деньги на столе пачками валяются. А мне где расписаться?
Из кухни показалась Лариса, пробурчав сонно:
— Саша, ты ведёшь себя как падла. Прекращай.
— Это флирт! — тут же возмутилась Алексашка, в следующий раз обязательно собираясь встать как можно раньше. — Мне просто тяжело наблюдать, как мужчину моей мечты увозят куда-то на запад. Кто бы на моём месте такое выдержал?
И хихикает.
Боря улыбнулся из вежливости в ответ к охраннице, которая так и не торопилась выступать на смену на КПП, кивнул Ларисе и поспешил к автомобилю. На тут же доставая телефон. Нужно заранее с автомастерской договориться о ремонте бампера. Вдруг по записи? Платно или бесплатно, это уже другой вопрос. Но в первую очередь нужно быть вежливым.
Перед вежливыми людьми все двери в мире открыты.
«Крымчане не дадут соврать», — хмыкнул внутренний голос и тут же пообещал: «Слушай, однажды мы точно там побываем. И вдоль Азова по побережью на мотоцикле прокатимся. Вот это будет жизнь!»
  
За руль Глобальный садился с улыбкой и в хорошем настроении. Было стойкое ощущение, что всё правильно делает. Карма не даст соврать, что помогая людям — помогаешь себе. А в ответ тебя тоже за уши однажды вытянут.
«Мир круглый, за углом все встретимся», — снова напомнил о себе внутренний голос и Боря завёл мотор, выжидая пару минут на прогрев.