Тот самый сантехник 9 (СИ)

А Рая только сидит и глазами на него влюблёнными смотрит. Глаза те ясные и искорка совсем не потухла, только подугасла, но буквально до вечера. А ночью такое ему устроит, что страшно представить.
«Тогда уже Стасян покурить выйдет», — тут же добавил внутренний голос и Боря вдруг замер.
Глядя на Раю, он понял, что не может больше ничего от неё скрывать. Вот вообще ничего.
  
— Рая, нам надо поговорить, — начал он издалека.
А она только кивнула:
— Говори.
— У меня будут дети…
— У нас будут дети, — поправила она легко, не меняя лёгкой улыбки.
— У нас — тоже. Наверное. Но ты не понимаешь. От меня беременны… ещё несколько женщин.
«Плюс-минус две», — тут же напомнил внутренний голос.
— И я… должен быть отцом. До последнего, — стойко добавил Боря, морально приготовившись к истерике или получить поварёжкой по лбу.
Тут Рая снова кивнула, чуть вздохнула и ответила неожиданно тихо и почти смиренно:
— Я понимаю, что у тебя в городе и до меня жизнь была. Ни ты, ни я не можем на это повлиять. Ты ведь не сегодня детей нажил?
— Не сегодня! — ответил Боря, едва слезу не пустив.
Мало того, что выслушали спокойно, ещё и поняли, а судя по виду, даже — приняли. А что с ним сегодня было, лучше вообще не рассказывать. И это только до обеда. А день ещё не закончился.
— Ну вот и хорошо, — так же спокойно добавила Раиса. — Тогда доедай и дуй по своим делам. А вечером мы продолжим наш разговор.
— Рая, я не могу от тебя ничего скрывать! — снова взвизгнул он, готовый руки этой женщине целовать и ноги заодно, но уже вечером. Сразу всё не успеет. —
— И какие у тебя ещё секреты?
Глобальный кивнул и выложил:
— Батя на меня такие долги повесил, что хоть каждый год по миллиону отдавать, а расплачусь только в том случае, если доживу до Макара Берёзовича лет.
— Вот уж уда два ведра, интеллигент на босу ногу! — тут же донеслось из зала. — Я-то ещё царизм застал и помню времена, когда крестьян на лечение в Париж от бешенства всей областью отправляли. Отец рассказывал. Его-то волки не кусали. Боялись. Но соседей — случалось. Потом, правда, поближе направлять стали покушенных, в Одессу. А нынче у вас экология не та. Шансов — ноль.
— Так уж и не та? — крикнула ему Рая в комнату.
— Но что ни говори, а с такой женой — шанс увеличивается! — крикнул в ответ прадед. — Держись Раи, Боря. И не пропадёшь!
«А хорошие сейчас слуховые аппараты выпускают», — невольно отметил внутренний голос.
Девушка тут же взяла его за руку и добавила:
— А как иначе? Ведь у каждого есть право на счастье.
— Но я же в долгах как в шелках! — никак не понимал, почему она не отступает, сантехник. — Без права на банкротство.
— Ну, не ты, а мы, получается, — ответила она, не отнимая руки. — Да, Борь?
— Ну… так выходит.
— Не горюнься! Я с тобой. Что-нибудь, да придумаем.
«Да она — святая-я-я!» — едва не перешёл на ультразвук внутренний голос.
Доедал Боря в молчании и тяжёлых размышлениях. Может действительно — Та Самая? А он тут бегает по городу, суету наводит.
«Да с такой реально в деревню можно свалить и телефон отключить, чтобы мордовороты Ларисы не нашли. Много ли счастливым людям в быту надо?»
Додумать Боря в коридор вышел, затем на лестничную площадку выглянул. А там Стасян стоит, раздетый по пояс и счастливый на вид. Так в одних тапках и трениках и курит.
Глаза светятся, душа поёт, а девчонки в коротких халатиках только хихикают стоят рядом. То под руку его возьмут, то прижмутся. Сразу видно — не равнодушны.
«Задел им струны души. До сих пор звенят. Или на кнопку какую внутреннюю нажал, да так и вдавил», — тут же прикинул внутренний голос и первым подытожил: «не пойдёт такой жениться на постороннем человеке, кого в постели ещё не проверил».
— Станислав, — начал холодным, почти безжалостным голосом Боря, пока последняя уверенность не улетучилась. — Поговорить надо… с глазу на глаз.
— А чего не поговорить? Можно и поговорить, братан, — тут же отозвался крановщик, как истинный рубаха-парень.
Боря аж зубы стиснул от этого слова. Братан уже и квартиру у него купил, чтобы с долгом помочь рассчитаться. И на работу любую готов. А если попросит, то ещё и свадьбу сыграет наперекор деду. И тоже — ради него.
«Может это и есть истинная мужская дружба?» — обронил внутренний голос таким тоном, что Боря готов был сквозь землю провалиться.
Снова приходилось выбирать: родне помочь или друзей не подвести.
Что лучше, уже не понятно. Жизнь — вилы, да все натыкаются на них с разбегу. И как ни крути, так или иначе будут пострадавшие.
Только один вопрос в голове застрял — разве Стасян не имеет право на счастье?
 Глава 9 
 Восьмое Марта: день чудес и сбывшихся надежд 
Боря так и не смог ничего сказать Стасяну. Раз человек счастлив, то просить его отойти от этого увлекательного процесса и довериться чуйке друга ради каких-то меркантильных муток — поступок низкого человека.
После всего, что Стасян пережил за последний год, Глобальный понял, что не может поженить его против воли. Нужно было искать другой подход к Лесе. Возможно даже через постель. Но тут уже перед глазами вставала Раиса и крутила пальчиком. И ситуация снова давила на совесть, только добавляя килограмм.
Оставив кореша развлекаться с парой девчонок хоть до самого Конца Света, сам сантехник вскоре прибыл к дому Валетовых. Покупатель уже вился вокруг автомобиля, замеряя толщину краски и засыпая терминами Соню, от чего хозяйка только краснела и отвечала:
— Я не знаю, — так как всё, что она знала об автомобиле это то, что он — белый.
Когда прибыл Боря, Соня кинулась к нему как к единственному возможному спасению. Потому что результат предыдущих десяти минут обзора говорил женщине лишь о том, что ТАКОЙ автомобиль надо отдать бесплатно. И лучше доплатить. За утилизацию.
— Это ж рухлядь! — уверял покупатель и вдруг вывернул резинку за дверью. — О, она ещё и утопленник. Тут же соль!
На что Боря только усмехнулся и принялся за работу контрэксперта:
— Это остаточные реагенты со снега. Засыпало зимой. Вон какие сугробы наметало! Что-то могло и попасть.
— Так она ещё и «подснежник»! — тут же уцепился за слова покупатель и Боря понял, что перед ним «перекуп».
— Она же не всю зиму так стояла, а пару дней всего, — снова заспорил Глобальный с удвоенным рвением.
— Переворачивалась?
— Нет.
— А краски на боку почему слой?
— Потому что дно подваривали, грунтовали и красили, чтобы как новая была, а на боку прогнило малость, но теперь — сущий порядок.
— Мотор еле дышит, обороты слабые, — тут же завёл мотор перекуп и отметил тот факт, что капает с выхлопной трубы.
— Зато свечи новые. И бронепровода только с магазина. Масло поменяли и все жижи новые залили. Прокладка не выдавливает, масло не капает. А что тяги не хватает, так сейчас газу поддадим, «продышится», всё лишнее выплеснет и будет работать как миленькая, — ответил Боря и педальку притопил, от чего мотор зарычал как у гоночного болида. — Ну вот, полный порядок! Ещё миллион проездит.
— Ещё? Значит уже проехала миллион? — прищурился перекуп, не собираясь сдаваться, но и уходить тоже не собираясь.
— Смотрите километраж, — парировал Боря. — В чём проблема?
— Скручен же пробег!
— Я ничего не скручивал, — отметил Глобальный, понятия не имея как использовать шуруповёрт для этой цели, чтобы отмотать километры обратно. Это ж инструкции надо смотреть в интернете, вникать, а у него и так каждый день как последний.
  
— Так другие скрутили, — заявил покупатель, сам не раз используя подобный приём, чтобы продать подороже. А один раз даже так увлёкся, что на ноль отмотал. Чисто — только с завода. Даже снова пришлось проехать десяток километров, которые положены для тест-драйва перед выставкой на продажу компанией-производителем.