Красавчик. Часть 3 (СИ)

Юрий Григорьевич кашлянул.
— Лебедева и Сергей вчера… расстались, — сообщил он.
— Да ладно! — воскликнула Варвара Юрьевна.
Она стукнула ладонью по столу и повернула в мою сторону лицо.
— Братец, неужто она тебя бросила? — спросила Варвара Юрьевна. — С чего это вдруг? А это тогда что?
Варвара Юрьевна припечатала театральный билет пальцем к столешнице.
— Прощальный подарок? — сказала она. — Откупиться от тебя решила? Ленка для этого и приезжала?
  
Бабушка Варя хмыкнула и заявила:
— Вот же пакость такая! Мне она вчера показалась хорошей девчонкой. А она, значит… вот как? Стерва избалованная! Все они эти… эти знаменитости такие! Стервозные. Лучше бы она с этим билетом знаете что сделала⁈
Варвара Юрьевна сжала кулаки.
Будто от испуга притихли за окном птицы.
Мой прадед покачал головой.
— Лена Лебедева вчера плакала, — тихим голосом сообщил он. — Кхм. Леночка ни в чём не виновата. Это Сергей её вчера бросил.
Юрий Григорьевич вздохнул.
Варвара Юрьевна посмотрела на него, затем перевела взгляд на моё лицо.
— В каком смысле… бросил? — спросила она. — Это как так-то?
Бабушка Варя прикрыла театральный билет ладонью.
— Каком кверху, — сказал я. — Как обычно.
Усмехнулся и сообщил:
— Прошла любовь, завяли помидоры; и разошлись, как в море корабли. Вот так. Разве не понятно? Мы с Еленой Лебедевой расстались. Если это можно так назвать. Потому что у нас и была-то… просто обычная интрижка.
Я взмахнул рукой.
Варвара Юрьевна переспросила:
— Интрижка?
Она вновь пошевелила бровями.
Я пожал плечами и заявил:
— Курортный роман остаётся на курорте. Это всем известно. Поэтому ничего странного в том, что он не продолжится здесь, в Москве. Мы не поссорились и не поругались. Всё завершилось тихо и мирно. Как у всех нормальных людей.
Я развёл руками.
— Это Лебедева так решила? — спросила Варвара Юрьевна.
Она вновь прикоснулась к моему плечу.
— Это я так решил. И Алёна со мной согласилась. Так что тут без вариантов.
Я рубанул столешницу ребром ладони — звякнула о край сахарницы ложка.
Юрий Григорьевич кашлянул.
— Без каких ещё вариантов? — спросила Варвара Юрьевна. — Ведь ты же, братец, её любишь. А она любит тебя. Это я вчера у неё на лице прочла. Я такие вещи всегда замечаю и распознаю. Ни разу ещё не ошиблась. Без каких вариантов, братец⁈
Последнюю фразу бабашка Варя произнесла в повышенном тоне. Мне почудилось: её глаза гневно сверкнули.
Юрий Григорьевич прикоснулся к руке своей дочери.
— Успокойся, Варенька, — сказал он. — Сергей всё правильно сделал.
— Правильно⁈
— Да, правильно, — сказал Юрий Григорьевич.
Он посмотрел дочери в глаза. Примерно пять секунд они «бодались» взглядами.
— Папа, — сказала Варвара Юрьевна, — что же в его поступке правильного? То, что мой братец идиот, я уже поняла. Но ладно бы он вредил только себе. Лену-то он зачем обидел? Папа, тебе эту девочку совсем не жаль?
— Я ей сочувствую, — ответил прадед. — И Сергею тоже. Но таковы обстоятельства. Сергей поступил правильно. Как настоящий мужчина. Я поддержал его выбор. При этом искренне ему сочувствую. Понимаю, как ему сейчас тяжело.
Варвара Юрьевна растерянно улыбнулась.
— Мужчины, вы сошли с ума? — спросила она.
Я услышал в её голосе нотки обиды.
— Папа, тебе жаль Сергея? — переспросила Варвара Юрьевна. — Серьёзно? Ты пожалел Сергея, который отвернулся от своих чувств и растоптал чувства хорошей девочки? Он же самовлюблённый болван! Папа, ты в своём уме?
Варвара Юрьевна отгородилась от нас скрещенными на груди руками.
— Да, я в своём уме, дочка, — ответил Юрий Григорьевич. — Кхм. Лену мне тоже очень жаль. Но таковы обстоятельства.
— Какие обстоятельства, папа⁈
У меня за спиной вздрогнуло оконное стекло (то ли от порыва ветра, то ли от резких звуков бабушкиного голоса). Я взял из тарелки печенье, уронил с него на столешницу крошки и кристаллики сахара. Сунул печенье в рот.
Юрий Григорьевич свёл у переносицы брови.
— Сергей через два месяца уедет, — сказал он. — Очень далеко. Надолго. Кхм. Поэтому с Леночкой он всё равно бы расстался. Подумай сама, дочка. Стало бы Леночке легче, если бы расставание случилось позже? А оно непременно случилось бы. Поверь мне. Было бы нечестно со стороны Сергея, дай он Леночке надежду, а потом… случилось бы то же само, что и сейчас.
Варвара Юрьевна тоже нахмурилась.
— Куда это он собрался? — спросила она.
Повернулась ко мне и поинтересовалась:
— Вернёшься в свой Владивосток?
Я похрустел печеньем.
— Он уедет ещё дальше, Варюша, — сказал Юрий Григорьевич. — Но только это секретная информация.
Варвара Юрьевна встрепенулась, расправила плечи.
Спросила:
— Секретная? Куда это Сан Саныч его втянул?
Юрий Григорьевич покачал головой.
Бабушка Варя вскинула руку.
— Только не ври мне, папа! — воскликнула она. — Если поездка секретная, то это явно проделки Сан Саныча. У него эти секретные командировки теперь случаются одна за другой. Что он на этот раз придумал? Во что он втянул моего братца?
Я проглотил печенье и сказал:
— Сан Саныч тут ни при чём, сестрёнка. Я сам создал свои проблемы. Уже с ними приехал в Москву. Приехал… потому что в следующий раз сделаю это нескоро. Решил, что повидаю отца и тебя. С тобой мы в будущем ещё встретимся. А вот…
Я взглядом указал на Юрия Григорьевича.
Варвара Юрьевна взмахнула ресницами.
— Что… вот? — спросила она.
— Старый я уже, — ответил Юрий Григорьевич. — До возвращения Сергея вряд ли доживу. Если он вообще вернётся в Москву. Повидал его сейчас — и то хорошо. Да и вас познакомил. Кхм. Или ты, Варюша, считаешь, что Лебедева его дождётся?
Прадед покачал головой.
— Пусть уж Леночка живёт спокойно, — сказал он. — Ей детей рожать нужно. Чай, не девчонка уже. Да и работы у неё в Москве много. Поплачет в подушку день-два и успокоится. Кхм. Она и знала-то твоего брата — всего ничего. Переживёт.
Юрий Григорьевич опустил взгляд в чашку.
Бабушка Варя шумно вздохнула.
— Ничего не понимаю, — призналась она.
Спросила:
— Эта ваша поездка… она действительно нужна?
Юрий Григорьевич кивнул.
— Нужна.
Варвара Юрьевна взглянула на меня.
— Без вариантов, — ответил я.
* * *
В театр Варвара Юрьевна не пошла. Сказала: не высидит вечер спокойно на предназначенном для меня месте. Заявила, что лучше уж кресло в зале будет пустым, чем Лена увидит на нём не меня, а другого человека. Я её логику не понял. Но в споры не вступил. Бросил билет на журнальный столик. Посматривал на него, когда в ночь с субботы на воскресенье пережидал вспышку головной боли (после четырёх вчерашних обращений к внутреннему компасу). В воскресенье бабушка Варя пришла снова. Вновь разбудила меня и в ультимативном тоне заявила: сегодня мы пойдём в кино.
Шестнадцатого августа мы посмотрели «Возвращение 'Святого Луки». Всё в том же кинотеатре «Художественный». На этот раз в кинотеатре не было аншлага. Хотя зал не выглядел и пустым: большую часть мест зрители всё же заняли. Советский детектив (на мой взгляд) смотрелся бледно и скучно на фоне тех голливудских боевиков, которые я просмотрел в девяностых годах. Сюжет фильма мне показался банальным, а игра актёров неубедительной. Я наблюдал за игрой Натальи Рычаговой (которой досталась Алёнина роль в фильме «Офицеры») и представлял на её месте Елену Лебедеву.
* * *
Понедельник, вторник, среда и четверг — все эти дни прошли для меня по единому шаблону: утренняя тренировка, дневной сон, четыре «поиска» и много головной боли. Плюсом к этому я добавил работу с тетрадью Порошиных (которую мысленно называл «спортивным альманахом»). На прогулки по городу и походы в рестораны или кинотеатры у меня не оставалось ни времени, ни сил, ни желания. Только в пятницу в моё расписание вклинилось изменение: вернулся из командировки Сан Саныч. Он явился в квартиру моего прадеда вечером, до начала моих тренировок. Поставил на кухонный стол банку с окровавленным платком и потребовал кофе.