Продайся мне (СИ)

Дамир идёт ко мне, и я встаю, делаю шаг ему навстречу. Оказываюсь в родных объятиях, втягиваю древесный аромат его парфюма, смешанный с едкой горечью сигарет. Но мне это даже нравится.
— Не смей ни в чём себя винить. Никогда не бери на себя ответственность за скотское поведение других людей, — произносит он командным тоном.
— Но как же?..
— Тут не может быть никаких «но», Илана, — его голос немного смягчается. — Я горжусь тобой.
— Чем тут можно гордиться? — жалобно спрашиваю я.
— Ты отбрила этого подонка, заставила его трусливо сбежать, поджав хвост. Илана, ты нашла правильные слова, чтобы запугать того, кто раньше пугал тебя. Понимаешь, что это значит? — он обхватывает ладонями моё лицо, наклоняется так близко, что я вижу пылающие искорки на дне его янтарной радужки.
— Я стала сильнее?
— Да. И смелее, и увереннее в себе.
— Значит, ты во мне не разочарован?
Дамир отрицательно мотает головой, его пальцы ласково гладят мои скулы, обрисовывают линию подбородка, трогают губы.
— Конечно, нет. Ты не можешь меня разочаровать, потому что я знаю, какая ты.
— Врушка и трусиха? — нервно смеюсь я.
— Не без этого, конечно, — усмехается Дамир. Как всегда, он рубит правду-матку, но я ничуть на него не обижаюсь. — Но мне не нужна идеальная девушка.
Он целует меня. Осторожно и нежно, словно боится напугать. Спустя несколько секунд он отстраняется, и я разочарованно выдыхаю, прячу лицо на его груди, мну пальцами рубашку.
— Ты говорил, что не терпишь ложь. Почему же меня прощаешь? — наглею я, желая вытянуть из него признание. О любви он, конечно, не вспомнит, ещё слишком мало времени прошло, но что-нибудь о чувствах сказать может.
— А ты сама как думаешь?
— Думаю, что ты серьёзно мною увлечён.
Ну а чем ещё объяснить его поступки? Он не ругает меня, не обвиняет в том, что я сама впустила Назара, не кричит и не повышает голос, не говорит обидные слова. Я вижу тепло в его взгляде, чувствую поддержку в каждом жесте и прикосновении, и моё сердце наполняется любовью и нежностью.
— Ты права, — подтверждает Дамир мои догадки.
Сама тянусь к нему за поцелуем, не чувствую больше страха и скованности, лишь безграничное доверие. Я хочу забыть, как отталкивала Дамира, перепутав его с бывшим. Мне необходимо как можно скорее переступить через это дурное воспоминание.
— Хочу тебя, — шепчу, прижимаясь к нему теснее, превращая лёгкие поцелуи в глубокие, тягучие, жадные.
Дамир тяжело дышит, знаю, что тоже хочет меня, но всё равно отстраняется.
— Не уверен, что это хорошая идея. Тебе стоит отдохнуть, Илана. Ты опустошена эмоционально.
— Ну почему ты такой правильный, а? — тяжело вздыхаю, признавая, что в его словах есть доля правды. Я еле на ногах стою, какой тут может быть секс?
Дамир подхватывает меня и несёт в спальню. Веки тяжелеют, как только я оказываюсь на кровати. Закрываю глаза и спрашиваю:
— Так о чём ты думал, когда курил?
В спальне гаснет свет. Дамир ложится рядом и притягивает меня к себе. Обнимает за талию, целует в плечо, шепчет:
— Поговорим об этом завтра. Спокойной ночи, Илана.
Я хочу возразить, сказать, что не намерена дрыхнуть, что могу обсудить с ним любую тему, но Дамир прижимается ко мне своим сильным телом, согревает, убаюкивает. Чувствую себя в безопасности, расслабляюсь — и засыпаю со счастливой улыбкой на губах.
***
Я полчаса наматываю круги по кабинету, не в силах побороть волнение. Выхожу на пять минут к Веронике, выслушиваю её восторги по поводу долгожданного свидания с Антоном. По глазам вижу, что она влюблена. Говорит, что простила Антону трёхдневный игнор, и сегодня они снова встречаются. Я очень за неё рада, Вероника мне нравится.
Возвращаюсь к себе, проверяю время на телефоне, открываю рабочую почту, но сконцентрироваться не могу. Почему так долго? О чём Дамир разговаривает с Назаром? Или они дерутся? Боже, как невыносимо сидеть и просто ждать!
Наконец дверь распахивается, и я тут же бросаюсь к Дамиру. Смотрю в любимые карие глаза, ощупываю взглядом напряжённое лицо — он цел и невредим, значит, Назар не рискнул дать сдачи. Это на него похоже. Ничтожество и трус.
 
— Как всё прошло? — я продолжаю рассматривать Дамира, пока не замечаю его сбитые костяшки. Ойкаю, закрываю ладонью рот. Всё хорошо. Так и должно быть после драки.
— Нормально, — в его голосе слышен отзвук гнева. — Назар больше тебя не побеспокоит.
Понимаю, что расспрашивать Дамира не имеет никакого смысла. Он хочет скрыть от меня неприглядные подробности.
— Спасибо, — я беру его руку, подношу к губам и целую раненые костяшки. Прижимаю широкую ладонь к лицу и снова повторяю: — Спасибо за это, Дамир. Я даже не знаю, как тебя отблагодарить.
— Зато я знаю. Поехали домой, — он мягко убирает руку, на короткий миг задевает кончиками пальцев мою щеку. Так пронзительно нежно и безумно мало!
— А как же работа?
Будет странно вот так просто уйти с Дамиром посреди трудового дня. Тем более через полчаса у него назначено совещание.
— Отмени мои встречи на сегодня, — произносит он требовательно, за секунду включая начальника. — Через двадцать минут жду тебя внизу.
Я делаю как он велит, и в назначенное время запрыгиваю в его машину. Вдыхаю привычный запах кожи и древесного парфюма, застёгиваю ремень безопасности. Дамир выглядит лучше: его черты лица расслаблены, взгляд спокойный, губы кривятся в лёгкой улыбке.
Кажется, я знаю, что ему нужно. Да и мне, если честно, тоже. Я боялась, что с близостью возникнут проблемы, но всё обошлось. На следующее же утро после нашего откровенного разговора мы занялись сексом, а потом вместе поехали на работу. Назар ни на секунду не потревожил моё сознание, вот уже пятый день мне не снятся кошмары. Стоило рассказать правду, освободить внутренних демонов — и всё дурное испарилось, я надеюсь, навсегда. Хотя Дамир предупредил, что откаты ещё будут. И кошмары могут вернуться, и плохие воспоминания. Но рядом с любимым мне ничего не страшно. Переживём.
Как только мы заходим в дом, я сразу бросаюсь в атаку: обнимаю Дамира, целую, пытаюсь расстегнуть пуговицы на его рубашке.
— Подожди, я хотя бы в душ схожу, — смеётся он.
— Буду ждать с нетерпением, — говорю игривым тоном и подмигиваю Дамиру.
Пока он в душе, я полностью раздеваюсь, думаю над тем, какую позу лучше принять. В итоге просто ложусь на бок, подпираю голову рукой и жду, пока Дамир вернется в спальню.
Сглатываю, когда он заходит в комнату в одном полотенце, обмотанном вокруг бёдер. Глаза Дамира моментально темнеют, он смотрит на мою грудь с напряжёнными сосками, усмехается:
— Заждалась?
— Ещё как! — киваю я и спрыгиваю с кровати. Хочу сделать то, чего раньше всегда избегала. Просто верю, что с Дамиром всё будет иначе. Без давления и грубости.
Подхожу к нему, дотрагиваюсь ладонями до широких плеч, слизываю капельку воды с его груди. Веду рукой вниз, развязываю полотенце и обхватываю пальцами возбуждённый член. Рот наполняется слюной, вижу, что Дамир собирается меня поцеловать, но не позволяю. Качаю головой, сглотнув, медленно опускаюсь на колени. Слышу, как Дамир с шумом втягивает воздух, и улыбаюсь. Его это возбуждает.
Подавшись вперёд, я касаюсь языком бархатной головки, а затем смелею — беру член в рот, слегка посасываю, смакую. В ушах гудит, низ живота простреливает огненными молниями, грудь ноет. Запах и вкус Дамира сводят с ума, пытаюсь взять его глубже, мне жарко и не хватает кислорода. Возбуждение зашкаливает, я чувствую, как по внутренней стороне бедра течёт горячая влага. Происходящее настолько захватывает меня, что я начинаю постанывать, выпускаю член изо рта, перевожу дыхание и снова сосу.
Дамир касается моих волос, пропускает их сквозь пальцы, гладит меня. Это невероятным образом заводит ещё больше. Кажется, я сейчас взорвусь — так сильно возбуждена.
Дамир подхватывает меня за руки, его глаза горят диким огнём, дыхание тяжёлое, рваное. Не задумываясь, я сажусь на подоконник, раздвигаю ноги и громко вскрикиваю, когда чувствую первый желанный толчок.