Несильно беременна (СИ)
Я мысленно посмеивалась про себя, зная наверняка, что выйду из кабинета в таком же состоянии, в котором и вошла. Небеременном. Разве что с потрепанными нервами. И воспоминаниями о жутком инциденте, участницей которого выдалось оказаться.
Пока лежала, передумала кучу всего разного. Особенно радовалась тому, что при всем варварстве бандитов, меня они не покалечили. Даже синяков не наставили. Обращались как с китайской вазой эпохи Мин. Бережно и нежно. А ведь могли. Кожа у меня чувствительная. Любой синяк проявляется в течение двух минут.
— Шеф приказал перевести ее вместе с доком в резиденцию. Там круглосуточная охрана, — поведал Серега, переминаясь с ноги на ногу.
— Все настолько серьезно? — напряженно спросил главарь, сверля подчиненного взглядом.
— Все очень серьезно, — трагическим голосом подтвердил Серега.
Я скептически посмотрела на мужчин. Естественно, ничего не сказала. Еще не время для выступлений.
Выступлений в суде. Уж там я все скажу все что думаю по их поводу.
— Ей вставать нельзя, — предупредил док, вскинув голову наподобие молодого петушка.
— Так мы ее лежа. На каталке, — нашелся Гога.
В голове амбала плавали здравые мысли.
Мужчине надоело лежать на кушетке. Он поднялся. Размял ноги. Покрутил кистями рук.
Сразу же представила его на бойцовском ринге. В одних спортивных трусах. Судя по фигуре, спрятавшейся под курткой, так и было на самом деле. Гога и спорт шли рука об руку.
— А где каталку найдем? — встрял Леха.
Он не отличался особой говорливостью, но за общее дело болел по-взрослому.
— Ты с доком и пойдешь. За каталкой, — обрадовал его Гога.
— А ты что делать будешь? Лежать? — огрызнулся Леха.
Похоже, не все так гладко внутри бандитской группировки. Собачатся по любому поводу и без. Как свора бешеных псов.
Сделала заключение, что их слабость следует обязательно использовать.
Я только и успевала переводить глаза с одного мужчины на другого, гадая когда же смогу совершить побег.
Пока мы все находились в одной комнате, это было нереально. До дверей не успела бы добежать. А на окнах решетки. Да и мы на третьем этаже. Я же не сумасшедшая, чтобы выпрыгивать наружу и ломать себе ноги. Чего бы там обо мне не думали бандиты.
А вот в коридорах, пока будут везти на улицу, можно попытать свое счастье. Поликлиника все же. Кругом люди. Врачи, пациенты, охрана, на крайний случай. Мне бы только получить шанс. Пока же его не было. Только пять озабоченных мужиков.
Самое интересное, что на меня они, как на женщину, не смотрели. Я для них являлась объектом. Средством для достижения неизвестной цели.
Это чем же их напугал страшный и ужасный шеф, что у бандитов мысли только об одном. Как спасти свою шкуру и не нарваться на гнев начальника.
Розгами он их лупит, что ли?
Представила ситуацию — здоровый лысый мужик в красной рубахе, подпоясанной кушаком, по утрам сечет розгами других здоровых мужиков. Прыснула со смеху. Не сдержалась.
Нервное напряжение дало о себе знать. Хоть я и гнала страх от себя. И храбрилась как могла. Но внутренне бояться не переставала.
— Чего это она, док? — Гога внимательно посмотрел на меня, прикрытую простынею до самых глаз.
— А ты у нее спроси, — огрызнулся Сычев. Похоже, что его у него нервы тоже понемногу сдавали. Не одна я находилась на грани нервного истощения.
— Эй, кто у нас тут по женской части?
Гога просто так не сдавался.
— Я по нижней женской, а по голове это не ко мне. Это к психиатру. Вот и везите ее к нему. Я свое дело сделал. Остальное не от меня зависит. Мне и так по вашей милости с кучей народа объясняться.
Сычеву пришлось прервать прием, отправив остальных пациенток к другим врачам.
— Слышь, ты, акушер-гинеколог! Ты мне мозги не компостируй. Они у меня и так всякой фигней загажены, — Гога схватил за грудки доктора, чуть приподнял над полом и тряхнул. Так, что у того зубы клацнули. Даже я услышала. — Кончай бунтовать. Я тебе шею сверну, как воробью, и не поморщусь. А потом скажу, что так и было. Понял? — грозно рыкнул с виду спокойный мужчина.
Я поежилась.
Атмосфера в кабинете накалялась со страшной силой.
— Гога, кончай пугать дока. Пусть идет за каталкой. Время. Шеф за опоздание по головке не погладит, — предупредил главарь.
Гога тут же отпустил дока. Поправил задравшийся воротник халата. Пригладил руками воротник.
— Док, действуй. А то я за себя не отвечаю, — предупредил напоследок.
Сычеву второй раз повторять не надо. Он тут же рванул из кабинета. Леха за ним.
— И машину раздобудьте. Карету скорой помощи с мигалками. Чтобы меньше привлекать внимание.
— Я за ними, — подорвался Серега. Его напрягали висящие на стенах плакаты с женскими внутренними органами. Он на них периодически косился, тут же отводя глаз в сторону. Пугали они его со страшной силой.
— Проследи, чтобы все было нормально, — крикнул вдогонку Гога, вновь устраиваясь на кушетке.
Глава 3
— Начальник, можно мне встать? Уже три часа прошло, — попросила жалобно, насколько могла.
Сереги с Лехой все не было. И дока вместе с ними.
Главарь сидел за столом врача и что-то листал в телефоне. Вчитывался. Опять листал. Время от времени замирал, вглядываясь куда-то в стену. Думу думал.
Гога лениво приоткрыл один глаз.
— Тебе лежать велено, — ответил за шефа.
— А у тебя не спрашивают, — огрызнулась, видя, что не реагирует тот, кто должен.
У меня вся спина затекла. И ноги. Я не могла ни сесть, ни пошевелиться в неудобном кресле. Прокляла все на свете. Всех придурков, которые решили с моей помощью обтяпать свои грязные делишки.
Ну ничего, будет и моей улице праздник. Всех в кутузку посажу. На каждого найду управу.
Я верила, что скоро все кончится и правда восторжествует.
— Бойкая, да? — Гога поднялся.
Я отвернулась в другую сторону, показывая всем своим видом, что не желаю разговаривать.
— Слышь ты, краля, — схватил за подбородок и против воли повернул к себе. Отчего мои глаза и глаза Гоги встретились. — Будешь помалкивать, будешь вся в шоколаде. А не будешь, сломаю тебе ноги и руки, — спокойно, словно само собой разумеющееся, заявил бандит, сверля меня злым взглядом.
— Да пошел ты! — ответила, дернув головой. Желая выбраться из железной хватки грубых пальцев.
— Да я тебя, — замахнулся Гога, явно собираясь ударить.
— Руку опустил, — главарь не дал довершить задуманное. — Не тронь девку. Она нам нужна живая … и здоровая. Шеф не одобрит. Сам знаешь что иначе будет.
— Шеф все поймет, — Гога попытался оправдаться. — Девка с норовом.
— Не тронь, я с-с-сказал.
Змеиное шипение, если бы оно прозвучало в данный момент, и то менее опасно, чем предупреждение главаря.
— Артик, ты чего? — я, наконец, узнала как зовут четвертого бандита.
Тяжелый взгляд главаря сказал больше, чем слова.
— Окей. Не трогаю я ее. Только пусть заткнется. Задолбала своими вопросами.
Вот придурок.
Я за столько времени сказала всего несколько слов. Да моей выдержкой можно гвозди забивать, а он возмущается. Сам дурак.
Когда же все это кончится? Скорее бы уже. Не будут же они меня держать тут вечно. И что там у них за страшный шеф, одно упоминание о котором вводит в ступор здоровых мужиков.
— Мы все организовали, — в кабинет ввалились довольные Леха с Серегой, следом за ними трусил доктор Сычев, с потухшим взглядом и в помятом халате.
— А конкретно? — Артик стоял посреди кабинета широко расставив ноги.
— Машина уже на мази, в ней каталка. На каталке девицу и повезем. Машина подъедет прямо к черному входу. Никто ничего не заметит.
Внутри меня все сжалось. Я прекрасно знала, черный вход находится на первом этаже под лестницей. Рядом с лифтом, что находился недалеко от кабинета. Я-то думала, что меня повезут через главный. А уж я по пути позову на помощь.