Будни феодала (СИ)
Так что ближе к концу дня я решил отправлять Федота с пополнением в Замошье. Обоз из сотни переселенцев под охраной почти двух десятков казаков, да еще и с огромным стадом в придачу, производил впечатление весьма внушительное. Глядя на пыль, поднятую ногами и колесами, я всерьез призадумался над тем, что село мое не резиновое. И надо, либо прекращать сгонять в него народ, либо срочно прибирать к рукам еще одну деревеньку по соседству. Или, хотя бы землю под застройку…
Вспомнив о стройке, даже взгрустнул немного. Интересно, что там без меня уже нагородили? По докладам — ров уже закончили, ну и оборонный вал (куда ж вынутую землю девать?) тоже. Теперь вплотную занимаются частоколом и угловыми башнями. Только материала не хватает. Постоянно приходится выделять лес на жилье новоприбывшим. А денег, закупить побольше, катастрофически не хватает. Даже по самых скромных прикидках, срочно надо еще не меньше пятнадцати тысяч.
Во, хомут я себе на шею надел! Сколько талеров уже, в прямом смысле, в землю зарыл. Буратино, да и только. Особенно, если не забывать намеки Мелиссы, что я здесь не задержусь, поскольку в других землях меня уже буквально заждались и судьба, и предназначение. Так может, пора начинать копить на дорогу, а не в ипотеку вкладывать?
Ночь прошла без происшествий. Только татарский табор мешал спать, галдел, словно потревоженный улей.
Сафар-бей вместе с ханом устанавливали железную дисциплину, воинский порядок, формировали отряды и вообще, утрясали эту разномастную массу народа, получившей весьма емкое определение — орда. А с утра карусель завертелась с новым размахом.
Только к обеду накрыли три обоза. Саин-булат теперь тоже не стоял в стороне. Разумно рассудив, что лучше всего сплотить воинов может общая победа. Заодно, придать им уверенности, что Аллах на стороне нового хана.
Теперь и нам повезло. Во всех обозах обнаружилось по паре панцирных казаков. А по совокупности набранных балов, часть войска оказалось достойно повышения. Что я немедля и проделал. Это существенно повышало недельное содержание отряда, но увеличенное здоровье, мощь удара и очки владения оружием того стоили. Не зря приговаривают, что за одного битого (опытного) двух не битых дают.
Здесь различия были не столь радикальные, но все же существенные. Опытный боец лучше рекрута на четверть. Ветеран — на столько же лучше опытного. А вот элита — уже ровно вдвое. По всем показателям. Плюс лучшие кони и броня.
До вечера Саин-булат хан уже имел в своем войске сто двадцать бойцов и, помимо Сафар-бея, на верность ему присягнул Керим-ага. Последний значительно улучшил качество татарского отряда. Приведя с собой полтора десятка нукеров и дюжину янычар.
От столь стремительного перехода: вчера тюрьма — сегодня бунчук, Булат буквально места себе не находил, готовый прямо сейчас мчаться в Ак-Кермен. Хорошо, его новые военачальники были опытными командирами, прекрасно понимали, что крепость не штурмуют с сотней едва обученных пастухов, и помогали мне сдерживать порывы принца.
Ночью поспать не удалось. Охрана заметила движение со стороны Ак-Кермена, и я распорядился выслать им навстречу отряд отборной конницы. На самых быстрых лошадях. Чтоб ни один не ушел.
Догнали и схватили весь десяток.
Правда, как позже выяснилось, они и не удирали. Дозорных выслал не Махмед-Гирей, а Кара-мурза. Чтобы известить нас, что теперь старый хан, узнав о побеге племянника, казнил, как он считал, то ли упустившего важного пленника, то ли устроившего ему побег Сабудай-мурзу, а сам — с отрядом личной охраны ускакал в Перекоп. И теперь в Ак-Кермене новый начальник гарнизона. Кто б мог подумать — Кара-мурза.
Просто так открыть ворота и сдать город он не сможет, но если Саин-булат хан придет под стены крепости с большим войском, то коменданту придется вывесить белый флаг, чтобы спасти жизни жителей и город от разорения.
А еще Кара-мурза велел передать, что гарнизон Ак-Кермена сейчас насчитывает почти двести воинов. В основном — байраков. Но имеется так же и орта янычар. Старший офицер которой подчиняется только наместнику или хану. И если байраков Кара-мурза сможет уговорить сдаться, то с янычарами это не получится.
Ценная информация и вовремя получена. Теперь царевичу проще будет еще денек «поискать» сторонников. А вот ближе к вечеру, можно попробовать наведаться в город. Если я не ошибаюсь, янычары не только держаться особняком от татар, но и живут отдельно. И этот факт надо непременно использовать с умом.
План сложился как бы сам собой. Простой и изящный, как все гениальное. Гораздо сложнее оказалось убедить, в этой самой гениальности, остальных.
Уму не постижимо, насколько каждый считает себя мудрее или хитрее другого. Так что и часа не прошло, как я прекратил попытки убедить товарищей при помощи логики и авторитета, а начал примитивно пользоваться властью. То есть — приказывать. Ну, а чего, не понимают по-доброму, будет как всегда.
Сложнее всего оказалось отделаться от Мелиссы. Черная сестричка чуть за ноги не хватала, умоляя и требуя взять ее с собой. Хорошо — Иридия оказалась мудрее. Отцепила от меня добровольного телохранителя и утащила прочь. Приговаривая, что не дело женщинам в мужские заботы лезть. Тем более, в мусульманском крае. Здесь у каждого своя половина дома и отдельный путь.
Насчет пути я не очень понял. Вроде, женщинам не запрещается ходить по тем же улицам, что и мужчинам, но голову морочить не стал. Мало ли чего сгоряча брякнуть можно?
Короче, все дружно посоветовались, и я постановил следующее: Булат, Мамай и де ла Буссенор продолжают «вербовать» пополнение. Аж до позднего вечера. Потом, скрытно, но так чтобі успеть задолго до рассвета, выдвигаются к стенам крепости, вместе со всем захваченным добром. А именно — рабоче-крестьянским ясырем и скотом. Оказавшись на расстоянии двух-трех полетов стрелы, разбивают лагерь. Не экономя места. Чем больше разожгут огней, тем лучше. Надо чтобы защитникам спросонку показалось, что к Ак-Кермену подошла многотысячная армия.
Соответственно, суматоху надо поддерживать тоже активную. Для чего тревожить скот, гоняя его взад-вперед. Скрипеть телегами, и орать что кому взбредет в голову… Ровно до рассвета. А как только забрезжит — спектакль свернуть и убраться за пределы видимости. У крепости оставить лишь несколько конных патрулей.
Зачем такие сложности? Я и сам толком объяснить не мог. Может, потому что не верю в легкие пути и бесконечное везение? А с того момента, как наследный принц Крымского Ханства оказался на свободе, трон вместе с короной или что там у них полагается, буквально сам лез в руки. Попутно нарезаясь ломтями и намазываясь маслом.
Ну, не бывает так. Не в сказке живем… Значит, стоит подстраховаться. И чем непонятнее будут мои действия для предполагаемого противника, тем эффективнее воздействие.
Если ошибаюсь — ничего страшного, потом, когда все закончится, посмеемся вместе. За пиршественным столом. Зато, если прав … В общем, одно из двух. Всех построил, задания раздал, проверяющих и отвечающих назначил, а сам подался в обоз искать подходящую, для своей задумки одежду. Порылся немного в барахле и выбрал вполне приличную рясу с капюшоном. Как раз для паломника. Под рясу, на всякий пожарный, помимо льняного белья поддел кожаную безрукавку. Не ахти какая защита, а все ж не голый торс. Подпоясался арканом сплетенным из конского волоса. Для чего пришлось лезть в петлю, а свободный конец обмотать вокруг себя раз пять. А для завершения образа, подобрал себе увесистый посох. Что за паломник без посоха? Ни разбойников благословить, ни от бродячих собак отбиться. Единственное, что несколько выбивалось из типажа странствующего богомольца — крепкие сапоги с высокими голенищами, за каждым из которых я пристроил по острому кинжалу. Ну, так паломники тоже разные бывают. Одни возвращаются из святых мест, а другие только грехи копят. Чтобы отмолить потом. Все скопом…
Глава 18