Будни феодала (СИ)

Ну, значит, и сомневаться нечего. Если я хоть немного ориентируюсь на местности, примерно через весты две будет раздорожье, там и свернем направо.
— Дан приказ ему на запад, ей в другую сторону.
Уходили…
— Стоять!
Дикие земли, дикие люди и дикие нравы. Какую песню испортили. Понимаю, что я не Лев Лещенко, но зачем же так бурно реагировать? Сами-то чем лучше?
С завыванием и улюлюканьем, напрямки через луг, к нам неслась очередная ватага работников ножа и топора. В количестве аж девяти человек. Видимо, потому и набросились, что столь явный перевес в численности посчитали за преимущество. Ну, ну… Бежать-то вам еще метров двести. И хоть прыти разбойникам хватает, я тоже не в патоке по шею сижу.
  
«Мушкет!»
Выцеливать кого-то конкретного нет смысла. Далеко. Зато бегут кучно. Вот в толпу и жахнем.
— Бабах!
Ты гляди, попал. Есть один. Завалился. Быстро перезаряжаем.
— Бабах!
И опять удачно… Эх, ошибся я с выбором специализации своих воинов. В три ствола мы бы всю эту шайку-лейку завалили даже не подпустив на дистанцию ближнего боя.
— Бабах!
Минус три. И еще разок точно успеваю.
— Бабах!
«Сабля!»
Конем в самую гущу. Сбить грудью, смять…
Твою дивизию! Забыл, что конь хромой. Одного разбойника то он свалил с ног, но и сам встал, как вкопанный. А этим только и надо… Кинулись ко мне со всех сторон.
Самого прыткого я, конечно, срубил. Зато дальше пошло не по плану. Хорошо, оружие у них все тупое и ржавое. Но заколотили бандюганы им по мне с четырех сторон, как цепами по снопу.
Не то что саблей взмахнуть, вздохнуть некогда.
Тут бы мне и кердык приснился. К счастью, пикинеры очнулись. И сразу стало понятно, кто в поле хозяин. Сдвоенным ударом парни уложили наповал того, что колотил меня по спине. Потом дружно оттеснили в стороны еще двоих. Да и закололи в три выпада. Говорил же, пика в умелых руках — страшное оружие. Последнего разбойника я снова стоптал конем.
Пора, пора начинать брать пленников. Пока еще не знаю зачем, но раз есть такое умение у персонажа, то не для украшения же таблицы его там вписали.
— Куда?! Раскудрить твою через коромысло! Блин!
Опять забыл сказать дуболомам, чтобы не добивали пленников. Ну, сам виноват. Парни действуют, как учили при нападении на купеческий обоз. Хороший враг — мертвый враг. А главное, — никому не пожалуется.
«Победа. Вы получаете 264 талера. Вы получаете «186» очков опыта. С отрядом разделено «109» очков опыта».
Угу. Ну, с миру по нитке — голому катушка… Что у нас с добычей? О, сапоги яловые «к защите ног + 7». Годится. Остальное, в общую кучу и чешем дальше. А то мы с такими задержками и до Тулы неделю ползти будем.
А с другой стороны, какие проблемы? Лично я, в общем и целом, никуда не тороплюсь. Ведь разбойники это не только три-четыре килограмма тряпок и металлолома, а так же сотня-другая талеров и опыта. Но и увлекаться не стоит. Что-то я не так себя чувствую. Не всего…
«Персонаж…»
Вот, как и следовало ожидать. Совместными усилиями разбойники вытряхнули не только пыль с моей одежды, но и вполне серьезную часть здоровья. Почти всю… Осталось «12» пунктов из «54». Так что в ближайшее время резкие телодвижения на свежем воздухе мне явно противопоказаны. Придется воздержаться до полного восстановления. А для этого лучше всего попасть в Тулу еще засветло.
— Подъем, парни. Некогда рассиживаться. Доберемся до крепости, там и отдохнете. Обещаю. А теперь, за мной… Бегом, марш!
* * *
План мы выполнили, или просто разминулись с очередными лиходеями и прочими татями, но в этот день нас больше никто не беспокоил.
Как и предполагал, на перекрестке свернули направо. Именно туда указывала стрелка с надписью: «Крепость Тула. 25 верст». А вторая, та что прямо, подтверждала мои расчеты: «Город Смоленск. 86 верст».
Так что без вариантов. Мы от места сражения всего-то пару-тройку верст отмахали, а я уже готов был пристрелить лошадь… чтобы не мучила… меня. И если двадцать пять верст я еще смог бы кое-как потерпеть, то от одной мысли, что предстоит тащиться таким макаром почти сотню километров, меня бросило в дрожь.
В общем, повернули и потопали по накатанному пути. А поскольку молча шагать скучно, стали петь. Сперва я выступал сольно, Четвертак и Пятак лишь изредка поддерживали с хоровым «Ух!» или «Ох!». Но вскоре обнаружилось, что у парней отличный слух, а слова песен они запоминают влет. Особенно народных… Так что когда мой, весьма небогатый для тутошних реалий, репертуар пошел на второй заход, пели мы уже втроем. Может, не слишком мелодично, зато громко и с удовольствием. Убыстряя шаг, даже незаметно для себя самих.
Так что зубчатые стены крепости возникли на горизонте гораздо раньше, чем я рассчитывал.
Думал, дотопаем поздним вечером, а то и ночью. Заночуем неподалеку, а утром уже и наведаемся. Но оказалось — вполне успеваем дойти завидна. То есть, ворота будут еще открыты.
— Поднажми, братцы! — воодушевился я такой перспективой. — Немного осталось. Зато в кровати спать будем, а не в поле комаров кормить. И отужинаем не сухарями, а горячей кашей с мясной подливой.
Не знаю, что именно вдохновило парней, скорее второе. Поскольку комары хоть и не самое приятное в мире насекомое, но ничем не хуже клопов. Коими, наверняка, славятся здешние постоялые дворы. Впрочем, неважно, главное — наддали знатно. Я бы точно приотстал. Но, близость жилья даже лошадь вдохновила, и она затрусила гораздо веселее, на время позабыв о хромоте.
«Перед вами крепость Тула. Крепость принадлежит князю Семену Прозоровскому. Московское царство. Населению нет до вас дела».
Не слишком много информации. Ворота перед моим носом не закрывают и на том спасибо. Стражники слегка подобрались, но не излишне строго. Понятное дело, чем целому гарнизону могут угрожать трое путников. Еще и на хромом коне.
— Доброго здравия, служивые!
— И тебе не хворать, господин хороший. За какой надобностью пожаловал?
— Да так… Мир поглядеть хочу, себя показать. Сызмальства страсть к путешествиям имею… — что-то во взгляде стражников мне не понравилось, поэтому поднял глаза, перекрестил лоб (парни, дружно подхватили) и прибавил. — Святым местам поклониться, опять таки… Прежде чем семьей обрасту, да на одном подворье осяду.
— Благое дело.
Стражники тоже осенили себя крестным знамением. И как-то подобрели. Шпионов опасаются, что ли?
— Пустите в крепость?
— Ежели ничего супротив господина нашего, князя Семена не умышляешь и готов заплатить дорожную пошлину, то почему нет… — степенно ответил один из них.
— А большая пошлина?
— Один талер с отряда пешего количеством менее дюжины и два талера с такого же отряда, только конного. С тебя, стало быть, два талера…
— Два талера? — притворно возмутился я. Бедный путешественник, не торгующийся за каждый грош, вызовет подозрение у любого, даже самого снисходительного стража. Потому что нарушается целостность облика. — За что?
Стражники многозначительно переглянулись и еще больше расслабились.
— За это… — качнул копьем в направлении лошади второй воин.
— За это? — возмутился я. — С какой стати. Это же не конь, а ходячая колбаса. Просто она еще до бойни не доковыляла. А седло я на нее нахлобучил, чтобы не заподозрила свою судьбу и не убежала.
Стражники ухмыльнулись. И снова переглянулись. Одобрительно.
«Поздравляем. Вы заработали уважение. Ваши отношения с жителями Тулы улучшились до «1».
Отлично. Не зря корячился, значит. Как я уже говорил, уважение — дело в хозяйстве нужное. Сразу и проверим.
— Ну, так как? Сойдемся на одном талере? В конце концов, можете мою клячу за двоих посчитать. По ногам. Все равно я переплачиваю. Где нам до дюжины?
— Небось, купеческого роду будешь? — хмыкнул тот, что постарше. — Умеешь торговаться. Только у нас здесь не ярмарка. Сотник по ногам не считает, а по хребту колотит. Так что, господин хороший, либо два талера, либо ночуй за стенами.