Опасные манипуляции 4 (СИ)

Пока Люда дулась, разыгрывая из себя «Мать Терезу», я набрал номер «Ноль три» на радиотелефоне «Панасоник», стоящем на тумбе у телевизора.
— Ты что делаешь?
— Спокойно, Маша. — я махнул приложил палец к губам, чтобы моя подруга помолчала, тем более, что на том конце провода, наконец подняли трубку.
— Третья, что у вас случилось.
— Здравствуйте, девушка. Это говорит Ваксин Петр Владимирович. Я из своего дома наблюдаю, что из подвала дома Хамзата Икрамовича дым идет. Боюсь, пожар у него, так что выезжайте немедленно.
— Вас поняла, Петр Владимирович, две машины немедленно высылаем. — отчеканила дежурная из пожарного депо и отключилась.
— Ты что творишь! — начала шипеть, то ли от боли в пострадавшей ноге, то ли от злости, Люда, когда я подхватил ее и потащил к выходу: — А это что такое?
— Милая, я вызвал пожарных, как положено. — Я пыхтя, распахнул дверь и вытащил девушку на крыльцо. Сама по себе девушка весила по силам, но мешалась сумка с деньгами и обрезом и чехол с винтовкой, который я просто не мог оставить в этом доме: — Они будут здесь через пять минут и обнаружат в подвале того бедолагу. И безногий не задохнется к их приезду, я облил и поджог только твою кровь на бетонном полу, она прогорит и потухнет. Я чемодан с деньгами я оставил в прихожей, как премию героям- пожарным, прикинь, как они обрадуются такому сюрпризу. Вот черт!
— Коля, что?
— Наш дружок нас засек — не поворачивай голову.
— Какой дружок? — несмотря не предупреждение Людмила сделала попытку завертеть головой, что я тут же пресек физически:
— Не верти головой, говорю. Ваксин –сука, на крыльцо выполз, и на нас смотрит. Сейчас, постой здесь, я решение трибунала приведу в исполнение.
— Какое решение?
— Стой, я сказал! — низко опустив голову, я, сбросив с себя чехол с «Тигром», как можно приветливее, закричал: — Петр Владимирович, тут Хамзат Икрамович просил вам передать!
Ваксин, хитрый сукин кот, очевидно, что-то почувствовал. Постояв несколько секунд в нерешительности, он принял какое-то решение и юркнул в дом, громко хлопнув металлической дверью за собой.
Вряд ли Петр Владимирович вбежал в дом срочно заварить мне чаю. Поняв, что привести приговор в исполнение сегодня не получится, я недоуменно развел руками и вернулся к своей половине, подставив ей крепкое плечо.
— Что случилось, какой трибунал?
— Наш с тобой. Изучив совокупность доказательств я приговорил Ваксина к исключительной мере революционной защиты. Но он в доме спрятался, а нам пока некогда его исполнять. Хорошо, что у него на нашу сторону окошки не выходят. Вряд ли он сейчас через щель в двери за нами наблюдает. Давай, любимая, шевели ножкой, а то скоро пожарные примчатся.
Когда я заволок Людмилу в сень соснового бора, снизу, со стороны города, стали слышны завывания пожарных сирен.
Мы расположились в бору, возле нашей машины, выпустив из нее истосковавшегося Никсона. Пережив прилив его бурной радости, я полез в багажник, где уже полгода у меня хранилась «усиленная» аптечка, собранная по советам знакомого хирурга, из первоначального набора от аптечки остался только чехол с красным крестом и пара упаковок стерильного бинта.
— Сейчас милая начнем тебе ногу бинтовать — я, расстегивая на ходу бокс с средствами скорой помощи подбежал к снимающей пакет с истерзанной ноги Людмиле. После чего сразу остановился. Да, нога была покрыта коркой крови, какими-то струпьями, места укусов бугрились краснотой, но зияющих ран, от, проникших до, клыков оборотня не было.
— Милая, а это что? — я с облегчением застегнул аптечку — большую часть медицинских манипуляций я знал только теоретически, с такими ранами, что нанесла моей любимой мохнатая тварь, я ранее один на один, не встречался.
— а это та мерзкая черная тряпочка, что ты все время вбросить хочешь, мне помогла! — сварливо пробубнила Люда, критически осматривая багровые опухлости на щиколотке: — Просто, теперь, меня с ее помощью, убить стало затруднительно.
— Я готов принести извинения твоей тряпочки. Чем еще могу вам с тряпочкой помочь?
 
— Извинения приняты. У нас есть вода, а то я такой грязной быть не хочу.
— Сейчас канистру принесу.
— И тряпку какую-нибудь, чистую захвати.
Когда ногу отмыли и вытерли, настроение повысилось у нас обоих. Учитывая обстоятельства, нога выглядела вполне прилично.
— Солнце, если тебе ничего не надо, я схожу, посмотрю, что там, в поселке творится.
— Сходи, только на обратном пути собери траву разную, какую встретишь. Мне надо будет взвар сделать, а то рубцы могут на месте укусов образоваться.
— Все сделаю, солнышко. Не скучай. — я подхватил верный обрез — брать с собой незнакомую винтовку я не видел смысла, и пошел в сторону дороги.
В коттеджном поселке шла нездоровая возня, очень нездоровая. Возле дома Хасаева стояли два потертых «ЗиЛа» в красных ливреях, чуть в стороне кучковался десяток огнеборцев, нервно затягиваясь сигаретами. Чуть в стороне присутствовала «РАФик» «скорой медицинской помощи», через приоткрытую дверь медицинской кареты было видно, что люди в голубой медицинской форме возятся с человеком, лежащим на носилках. Значит безногого обнаружили эвакуировали живого, и сейчас он не настолько плох, иначе бы его под сиреной, мчали бы в больницу — врачам «скорой» по фигу на любое начальство, даже на грозного Хамзата, они не будут оставлять под своей опекой критического больного, смерть в салоне «скорой» им не нужна. А вот кстати и сам Хамзат. Только вид у него какой-то необычный. Не так обычно выглядит полновластный Бокасса этих мест. Партийный лидер районного отделения партии «Медвежья сила» глава района сегодня выглядел как-то…испуганно? Напряженно? Он возвышался над группой, окруживших его мужчин, одетых в форму разных силовых ведомств, и о чем-то напряженно с ними шушукался. Причем силовые начальники обменивались недружелюбными взглядами с кучкой огнеборцев. Скорее всего мой план удался. Пожарные, подгоняемые своими нормативами, примчались тушить дом Самого, раньше всех, их никто не успел остановить. Наверное, ребята в брезентовых робах и касках надеялись получить денежную премию ранее, чем наступит их профессиональный праздник −30 апреля. И они получили эту премию — целый дипломат премий. Уверен, что пожарные что-то оставили хозяину, так как они сразу, после самополучения премии бросились в подвал, где обнаружили изуродованного узника и обезглавленное тело странного волка. Не знаю, в какой последовательности все происходило, но кроме бойцов со службы «ноль один», тут находится бригада медиков и несколько милиционеров, что хмуро стоят возле «УАЗа» и «Волги», перекрыв дорогу в поселок. Итого, как минимум два десятка свидетелей и очевидцев странной находки в доме Хлоева. И куда их теперь девать? Был бы один — два, глава города, скорее всего, организовал бы им «нападение на человека опасного животного с трагическим исходом». Но сейчас то ему что делать — кусать и жрать два десятка человек, шесть из которых вооружены и будут явно возражать. Да и пожарные, я уверен, парни не робкие и просто так свои закопченные шеи под зубы оборотня бы отказались подставить. Да и доктора на «скорой» сейчас народ отчаянный. Уверен, если бы Хамзат сейчас стал бы обращаться в свою звериную сущность, доктора бы тоже достали из своих саквояжей что-нибудь, колющее — режущее, и дорого бы отдали свои жизни. И стоит хоть одной машине оперативных служб отсюда уехать — через пол часа весь город будет знать о изуродованном «госте» из клетки в подвале главного начальника. И вот, сейчас, все местные «силовики» решали, как аккуратнее отмазать «дорогого руководителя». Возможно, завтра, они поймут, что поступили неверно, раз умолчали факт страшной находки, а не пытались, пользуясь случаем, скинуть «уважаемого» Хамзата с высокой должности. Ну, а пока они, инстинктивно, пытаются найти варианты заткнуть рты подчиненным и замести грязную и вонючую историю под ковер.
Не знаю, что они там нарешали, но через полчаса все машины покинули пределы коттеджного поселка, а я пошел назад.