Адепт теней. (Не)случайная встреча (СИ)

Выйдя к воротам кладбища, достал телефон, чтобы вызвать такси, и вспомнил про Фирин.
Обернулся.
Напарница шла следом, задумчиво разглядывая меня и тут же отвела взгляд, когда увидела, что я обернулся.
— Вызываю такси, и мы едем в морг, — буднично сказал я, делая вид, что не заметил её растерянности.
Машинально скользнул взглядом по её рукам и коленям и с удивлением понял, что они не расцарапанные. Ну да, я же лупил по траве, как полоумный. И сам успокоился, и девушке не надо магию применять для исцеления. Какой я молодец!
  
Вызвав такси, набрал ещё один номер.
— Привет, служивый. Ну чё? Как у вас там? Тихо? — поинтересовался у недовольного собеседника. — Мы с напарницей приедем минут через сорок. Разрешения на осмотр трупа у тебя уже должны лежать на столе.
И только услышав радостное гоготание в трубке, понял, как лохонулся. «Напарница». Да сейчас весь морг выстроится, чтобы поглядеть с кем я приеду. Ещё и следственному отделу раструбят. Ну теперь уже всё, слово не воробей.
Пока ждали такси, потом ехали по плавящемуся от жары городу, я углубился в переписку с подружками и ни разу не взглянул на напарницу.
Выйдя из такси, недовольно цыкнул и закатил глаза. На крыльце морга толпился весь цвет судебно-медицинской экспертизы. Курили, балагурили, ждали.
— Кудесник! Ну даёшь! Ты теперь свидание в морге устраиваешь?
— Да иди ты, — незлобно буркнул я, понимая, что, оказавшись на их месте, зубоскалил бы не меньше.
Мы прошли внутрь под перекрестьем масленых взглядов, раздевающих Фирин. Но девочка держалась молодцом. Я даже зауважал. Открыл перед ней дверь, пропуская вперёд и удерживая дверь открытой, приобнял за шею вредного Михея — зачинщика этих смотрин.
— Ты нам всё приготовил?
Тот кивнул, продолжая придурковато лыбится.
— Покури ещё. Вы же мне не все кости перемыли. Такой повод грех упускать, да? — чуть сильнее сжал его шею.
— Понял. Принял. Записал, — продолжил тот глумливо скалится.
Я легонько ударил его в живот. Михей показно запричитал. Парни у нас за спиной заржали. Шагнув за дверь морга, я плотно её закрыл. Знал, что никто не сунется, пока я отсюда не выйду, такова репутация и она меня часто выручала. Но стоя́щей в ярко освещённом коридоре девушке всё же решил пояснить:
— Никто не зайдёт сюда, пока я не выйду. Они привыкли.
— К чему? — удивилась Фирин.
— К тому, что, когда меня приглашают на консультацию, труп я всегда осматриваю в одиночестве.
Фирин кивнула. Я обогнул её и пошёл вперёд, вышагивая по свежевымытому, пахнущему хлоркой шахматному кафелю. Стены, покрытые бежевой краской, отражали свет люминесцентных ламп. Иногда мне казалось, что души, уходящие за грань, принимали этот коридор за тоннель на тот свет. Я и сам так подумал, оказавшись здесь впервые.
Нужная дверь. Мы зашли. Михей не обманул, мёртвая девушка уже лежала на столе, готовая к осмотру. Как я и просил, с неё ничего не сняли. То же лёгкое белое платье, что и на фотографии, босоножки на плоской подошве были сняты, но лежали рядом, в распущенных чёрных волосах поблёскивала красивая белая заколка. Я не стал проходить дальше двери — не я шаманю, не моё задание. Разглядывал её издалека и присматривался к тому, что появится вокруг. Души обычно выходи́ли ко мне очень быстро. Я ведь занимался только криминальными смертями, а значит, души убитых были не готовы уходить и крутились рядом с телом. Я просто ждал. Ещё было интересно наблюдать за Фирин. Как работают некроманты, я знал только по фэнтезийным книгам.
Моя напарница подошла к столу и, не прикасаясь, внимательно осмотрела ступни убитой. Они были чистые. Потом Фирин медленно пошла вдоль тела, ведя над ним раскрытой ладонью. Дойдя до головы, она обошла стол и склонилась над заколкой.
— Любопытно, — тихо проговорила Фирин.
В этот момент девушка на столе открыла глаза. Фирин отпрянула, а я дёрнулся вперёд, потому что увидел душу и от этой картины волосы на теле встали дыбом. Душа девушки была связана толстыми путами на манер восточной техники шибари — бесконечные узелки и перекрестья. И на этих же путах она была подвешена, да так, что одна из нитей тянулась к заколке.
— Не делай ничего! — крикнул я напарнице, но было поздно.
Мёртвая девушка скинула ноги со стола и дотронулась до заколки. Мы застыли истуканами, глядя на эту картину. Девушка соскочила со стола и виляя бёдрами босиком двинулась к выходу. То есть прямо на меня. Я выставил вперёд руки, глядя в застывшие, словно слепые, глаза и заговорил:
— Ты мертва. Я вижу твою душу, она связана. Останься здесь.
Девушка склонила голову, словно прислушивалась к моим словам, а потом резко ударила меня кулаком по голове.
«Погуляли», — успел подумать я, падая в личную беспросветную темноту.
  
8.2. Кудесник. Что это было 
 
В себя я пришёл на столе патологоанатома. Холод металла ощущался даже через рубашку. Первое, что я увидел — два озадаченных, склонившихся надо мной лица. Яркий свет лампы, который они загораживали своими головами, создавал иллюзию нимбов. Они склонились надо мной, как нашкодившие ангелы над чужой люлькой. И выражение лиц у них было соответствующее: как это здесь оказалось?
— Вы вконец охренели, — прохрипел я, пробуя голосовые связки.
— Он ругается! — воскликнул «ангел» справа и восторженно посмотрел на своего собрата.
Второе виде́ние захлопало глазами и, молитвенно сложив руки на груди, пропело мелодичным голосом:
— Может быть, это просто рефлекс? Я не совсем уверена в значении этого слова, просто оно такое красивое.
— Да нет же, милая барышня, Кудесника ни так просто пришибить. Даже отвязаться от него сложно, а уж прибить, даже если ударить тяжёлым — совершенно невозможно. У него не голова, а чугунный котёл и мне тоже периодически хочется его ударить, вот только я не настолько прекрасен, чтобы подобное сошло мне с рук.
— Думаете, он не обиделся? — небесное создание добавило толику паники, и голос чуть-чуть задрожал.
— Нет, нет! Вам не следует расстраиваться. Утрите свои жемчужные слёзы или позвольте мне. Нет? Хорошо. Если вдруг этот ужасный человек посмеет проявить малейшую негативную эмоцию в ваш адрес, приходите сюда. Я сумею вас утешать.
— Вы так милы, такой рыцарь! Я восхищена вами!
— Ну что вы, что вы. Просто я такой человек. Отзывчивый.
Я закрыл глаза, отказываясь слушать этот бред. Я бы и уши закрыл! Верните всё как было! Кстати… Я пошевелил пальцами ног. Работают. Сжал и разжал кулаки. Работают. Согнул правую руку и резко выбросив её вперёд, поймал в захват шею правого собеседника. Притянул его к себе и чуть повернув голову, открыл глаза, чтобы уставиться на ухмыляющегося Михея.
— Что за бред вы здесь несёте?
— Я же говорю, Фирин! Он жив, здоров и всё ещё функционален. Даже слишком. Я имею в виду, что… — прохрипел сослуживец и попытался вырваться из захвата.
— Не надо объяснять, — игриво пропел голос слева и принадлежал он действительно Фирин. — Я знаю, что значит «функционален». Это очень возбуждающие слово.
Я оторопел и медленно перевёл взгляд на Фирин. Девушка больше не склонялась надо мной, и теперь свет от лампы падал так, что лицо напарницы было очень хорошо видно. Восторженно-глупый взгляд, пухлые губы, вытянутые у́точкой, тонкие ладошки, сложенные крест-накрест на груди — мои брови поползли вверх от удивления. Фирин слегка кивнула на притянутого за шею Михея, беззвучно проговорив: «Потом». От неожиданности я выпустил из захвата свою жертву. Тот выпрямился, потирая шею, и проворчал:
  
— Ты чё такой резкий?
— Поговори у меня ещё, — машинально огрызнулся я.
— Спасибо большое, Миша, — продолжила лилейным голосом Фирин, попутно взяв меня за руку и довольно сильно потянув со стола. — Вы так помогли! Я просто не знаю, чтобы я делала, если бы не вы. Думаю, что если Витенька может встать, то нам лучше поехать домой. Правда, милый? Я буду ухаживать за тобой, я умею.