Адепт теней. (Не)случайная встреча (СИ)

— А как упокоит? — я подошёл к ребятам поближе.
— У меня есть теория, — потёр руками глаза Эмиль, а после взъерошил свои волосы. — Такая же стрёмная, как и оживший амулет. Надо перерубить нити.
— Но девочка их не видит, — вставил своё слово Марк.
— Зато я вижу, — буркнул себе под нос я, подходя к входной двери и резко дёргая её на себя.
  
12.3. Кудесник. Потанцуем? 
   
Не слушая, что мне кричали в спину, я сделал шаг вперёд и защитные руны на руках припекло и отпустило. Я ещё ни разу не чувствовал на себе полную активизацию защиты, придуманной мне Эмилем, но предполагал нечто похожее. Тут же вспомнил, как чесалась кожа в склепе, но там я это чувство списал на излишнюю чувствительность к остаткам магии. Но каким образом защита послужит мне сейчас? Плюс пять к удаче? Придётся выяснять в поле.
Тем временем моё появление заметили. Полностью вставшие на ноги мертвяки, повернули головы ко мне и издали такой истошный вой в три глотки, что я пожалел, что не ношу с собой беруши.
— Ты зачем вышел? — голос Фирин звучал спокойно, но голову в мою сторону она не повернула.
Неотрывно наблюдая за жертвами амулета, она держала меч перед собой, но с места, как в прошлые разы, не двигалась.
— Они связаны, — сказал я.
Фирин дёрнула плечом.
— Знаю… Поняла уже. Будь это просто поднятые мертвецы, всё уже было бы кончено, и мы бы пили чай… — Она замолчала, поудобнее перехватывая рукоять меча. — Только я нитей не вижу.
— Я вижу, — подошёл я к ней сбоку.
Мертвецы качнулись в мою сторону, но Фирин тут же сделала плавный шаг и закрыла меня спиной.
— Из-за спины моей не выходи! — сосредоточенно произнесла некромантка. — А то… я могу их не удержать… и ты будешь следующей жертвой.
— Принято, — быстро согласился я, становиться в этот скорбный ряд мне не хотелось.
Из-за плеча Фирин я разглядывал наших несчастных, пытался увидеть точное переплетение призрачных нитей.
— Давай отсекать по одному. Эмиль с Марком считают, что первой была девушка, да и я вижу только её душу. Потом бывший владелец амулета и последний — бомж. С него и начнём.
— Мы должны двигаться синхронно, чтобы они, — Фирин мотнула головой в сторону мертвецов. — Считали нас единым целым.
— Единым целым, — усмехнулся я. — Мне подходит.
Фирин чуть слышно фыркнула и, я не видел её лица, но ясно представил, что она улыбается. Я положил свои руки ей на талию, словно мы готовились к показательным выступлениям. Вот только какой мы будем танцевать танец? Определённо победный.
— Ого! — встрепенулась Фирин. — Это руны твои так стараются или ты сам умеешь?
— Что конкретно? — уточнил я, непонятно отчего напрягаясь.
Не то, чтобы я планировал скрывать от неё значение своих татуировок, но видела она их только один раз. И, как мне показалось, мельком. Успела разглядеть? Или сейчас что-то почувствовала?
— Ты качаешь в меня силу, — доверительно проговорила Фирин и помолчав добавила. — Много силы.
— Это руны, — я выдохнул с облегчением. — Сам я не умею, но хотел бы поддержать тебя. Видимо, они откликнулись. Мы теперь тоже связаны… Потанцуем? Смотри, чтобы отсечь бомжа нам надо сдвинуться на три шага вправо… Давай… Ага. Теперь мы находимся как раз напротив его нити. Она провисает. Поэтому руби до земли.
Я развернулся чуть боком, не убирая рук с талии Фирин, чтобы не мешать замаху.
— Давай.
Фирин взмахнула мечом и, я увидел, как острое лезвие рубит пополам связующий трос. Ещё один взмах и бомж кулём падает на землю.
— Получилось, — прошептала Фирин.
Два оставшихся мертвеца потери третьего не заметили.
— Давай теперь вторым мужиком займёмся. Там будет сложнее, переплетений много. Руби… Ещё!… Ещё!
Подворотня заполнилась истошным воем двух глоток, и звук этот метался меж глухих стен городского колодца, пытаясь вырваться из ловушки. Стонала и дёргалась в путах душа, из-за этого натягивались, путались и провисали нити. Мы кружились вокруг мёртвых, выбирая лучшее место для очередного удара. Два человека в связке, как единый организм. Безошибочно чувствуя нюансы движений друг друга. Моей задачей было раз за разом ставить Фирин так, чтобы очередной взмах меча безошибочно рассекал ещё одну нить.
— Готово, — выдохнула Фирин, когда второй мертвец рухнул на землю. — Осталась девушка.
— Что первично? Душа или тело? — задумчиво спросил я, разглядывая рыдающую в связке пойманную душу.
— Что нам надо освободить в первую очередь? Ставлю на душу.
— Я не знаю, как это сделать? — честно признался я и пожал плечами. — Очень много узлов. Как их поддеть?
— Думаю, что если мы разрубим связь с девушкой, душу утянет к амулету. Будь на том конце провода живой некромант, скорее всего, ненужную душу он освободил бы.
— Но там только амулет, — закончил я мысль за Фирин.
Она кивнула.
— Я теперь точно знаю, что там — только проснувшийся амулет. Бездушный, бесчувственный и без цели. Это чувствуется, — Фирин кивнула на мертвецов. — Через них.
— Значит, рубим связь с амулетом? — я прикинул высоту, на которой, словно привязанный воздушный шарик бултыхалась душа. — Но ты не дотянешься.
  
12.4. Кудесник. Раз, два, три 
 
В голову лезли какие-то дикие идеи. Рубить в прыжке с поддержкой или посадить Фирин себе на плечи. Но все эти идеи не проходили одну-единственную проверку: я на несколько секунд оставался без защиты некроманта и как себя поведёт «последний выживший» — неизвестно. Рисковать не хотелось. Я всё же парень осторожный. Хоть и безбашенный.
— Как высоко висит душа? — спросила Фирин. — И натянута ли между ними нить?
— Нить натянута. Она одна, но толстая. Душа висит… — я примерился, сопоставив со своим ростом. — Примерно в двух метрах над землёй, но рубить надо выше ещё примерно на полметра.
— У меня есть предложение. — Фирин переступила с ноги на ногу, словно не решаясь говорить. — Даже не предложение, а план. Первое, я вырубаю умертвие так же, как делала до этого. Она падает. Нить натягивается и притягивает душу. Второе, мы очень быстро рубим нить сверху и снизу, выпуская душу. Третье, я завершаю упокоение мертвецов.
— Мы? — удивился я.
Собственно, план отличный. Тем более что другого всё равно нет.
— Да. Мы. Времени будет в обрез, а я не вижу нитей. Поэтому тебе придётся… Нам придётся… Держать меч вдвоём. И если самый первый удар нанесу я сама, то второй и третий наносить будешь ты. Как бы через меня. Управляя мной.
— Э-э-э… — ничего более умного я сказать не смог.
Кто только что говорил, мол я парень осторожный? Забудьте! Я безбашенный.
Я осторожно переложил сначала одну руку поверх ладони Фирин. Потом другую. Меня тут же ощутимо тряхнуло. Если бы защитные руны могли кричать, то сейчас бы они вопили, требуя убрать руки с рукояти меча или как она там вообще называется. Было больно. И очень неудобно. У меня не такие длинные руки, чтобы в их объятиях свободно могла уместиться и Фирин, и её меч. Это вам не из лука вдвоём стрелять, это задача со звёздочкой. Тёмная некромантская магия вырубала меня. Била в мозг, как зубная боль, требуя: «Уйди! Уйди! Уйди!»
— Не уплывай, Виктор. — Твёрдо потребовала моя напарница. — Соберись. Ты мне нужен.
Я потряс головой и встал поустойчивее. Фирин тут же вжалась в меня спиной и как-то так неуловимо расслабилась, растекаясь по моему телу, словно мы реально стали единым организмом. Стало удобнее. Я с трудом сквозь пелену боли, сфокусировал взгляд на проклятой, всеми фибрами моей души, нити. Надо сделать шаг ближе, чтобы быть в нужной точке для удара.
  
— Не сопротивляйся силе. Иначе будет ещё больнее, — уверенно проговорила Фирин.
— Я стараюсь, — сквозь зубы прошипел я.
— Ты стараешься её отогнать. А нужно впустить. Сила некроманта в уровне боли, которую он может укротить. Вся наша магия идёт через боль, это основа и движущая сила. Не отталкивать и глушить, а проживать преобразуя. Смерть, это всегда переход. Захватить, пережить, отпустить. Ты сопротивляешься, Виктор. А с этой силой надо договариваться.