Обгоняя время (СИ)

— Да по делам, баб! Как тебе тут живется? — обнимаю старушку я.
— Ой, три дня ещё, и домой. Измаялась душа по Пятнушке нашей! Вера хоть и научилась уже немного доить её, но молоко продавать отказывается, а творог и делать-то «не умет»… Звонила им надысь… раздают соседям за так то, что надоят!
— Да шут с ними. Я приеду, тебя в аэропорт проводить, — улыбаюсь я волнениям бабули.
  
— Не трать время, Саша машину пришлет и водителя!
Саша — это, очевидно, Александр Владимирович Власов.
— Ну, раз сам Власов пообещал… А я вот подарки привёз, домой заберешь, — достаю разные мелочи из сумки и радуюсь, что киргизский КГБшник позаботился о сувенирах вместо меня.
— Отцу, что ли? — нахмурилась бабуля, заметив коньяк. — Он такое не пьет… Да и не надо ему — только жить стал как человек!
— Тогда главврачу отдай, или своему лечащему врачу, — советую я.
— И ей не надо! Не пьёт она совсем, сама говорила! — и бабушка решительно вытаскивает из сумки бутылку.
Пообщаться подольше не получилось: у бабушки в десять утра процедуры оздоровительные начинаются. И вообще, по всему видно, что старушка наконец-то занялась своим здоровьем. Может, общая атмосфера этой лечебницы тому поспособствовала, ведь сюда люди едут, чтобы поправить оное, вот и бабуля старается идти в ногу со всеми. И выглядеть она стала, на мой взгляд, заметно лучше, энергичнее, что уже отлично! Про чемпионат бабуле рассказывать не стал — смысла нет, как и про Норвегию. Потом расскажу, чтобы не переживала за меня раньше времени.
С одинокой бутылкой спиртного обратно до станции «Москва — Курская» возвращаюсь на электричке. В вагоне тепло, меня разморило, сумка выскользнула из разжатых рук, и бутылка весело покатилась прямо под ноги парочки милиционеров, которые, как видно, в этот момент патрулировали вагоны. А, это они контролеров сопровождают! За ментами следуют две женщины, одетые в форму железнодорожников, и билетики у пассажиров проверяют.
— Это нам? Ну, спасибо, пацан! — заржали молодые сержанты.
— Сами себе купите, — ловко вырвал я бутылку у одного из них, на что те аж рты открыли в удивлении.
Но в этот момент случилось неожиданное: мой сосед — плюгавый мужичок неопределенного возраста, вытащив из кармана нож, рванул, как истинный спринтер, от милиции и контролеров! Но бежать ему предстояло мимо меня ловкого, сидевшего с краю скамьи, поэтому вовремя подставленная подножка помогла беглецу растянуться на полу. Вскочив, как ванька-встанька, тот попытался тыкнуть в меня ножичком, пользуясь тем, что сержанты, завидев холодняк, прыть свою несколько поумерили, а один зашарил на поясе, очевидно, в поисках табельного. От тычка я ушёл отклонением головы в сторону. Для боксера это нетрудно, вот если бы по корпусу меня били… то, да, тут реальная опасность. Но я сидел, и мужик попытался ударить меня в голову, ну или шею — своими планами тот не поделился. Полукрюк в челюсть уже не из сидячего положения, а из полувставшего, и бандит летит в проход между лавками под истеричный визг ошарашенных пассажирок!
Оба сержанта от такой увертюры опешили, и рванули к преступнику, но помешали своими толстыми ж… туловищами друг другу в узком проходе, а беглец, тем временем потеряв нож, рванул с низкого старта дальше по вагонам. Куда он убежит-то? Остановка будет ещё нескоро.
Сижу, офигеваю от событий. Сна уже нет, конечно. Минут через пять поезд прибывает на очередную станцию, и в окно вагона я наблюдаю, как задержанный сосед с заломленной назад рукой конвоируется одним из сержантов.
«А где второй потерялся?» — теряюсь в догадках я.
— Сержант Мишин! — слышу голос за спиной.
М-да… А второй вернулся за мной. Чуял ведь, что от коньяка менты не откажутся, и сейчас один из них будет бутылку выкруживать, — подумал я и попал пальцем в небо.
— Разрешите поблагодарить вас за помощь! Можете представиться, чтобы мы могли направить благодарственное письмо к вам на работу или по месту учебы? — удивил меня розовощекий с легкого морозца служивый.
— Да я ничего не сделал, — удивился я. — Себя попытался защитить.
— И ещё я вас попрошу в отделение пройти со мной, дать показания. И если можно, побыстрее… мы электричку задерживаем, — настаивает страж порядка.
Приходится выйти, ведь по сути, он прав: нож — это не шутка. Где это, кстати, мы вышли? А… Текстильщики! Пешком идти не пришлось. Не знаю как — через рацию или с помощью машиниста, но для нас с ментами и задержанного вызвали «бобик».
Сижу со своей сумкой, в которой прячу коньяк, в дежурке, жду, когда вызовут для допроса. Одновременно пялюсь на очень красивую потерпевшую, которая тоже ждёт очереди к следователю. У неё украли шубу и шапку в кафе каком-то. Женщина лет так… до тридцати, пожалуй. Умелый макияж, узкая юбка до колен, модная, обтягивающая грудь водолазка, так называемая в СССР «лапша». И, как я уже упоминал, без шапки, так что слегка растрепавшиеся каштановые волосы волной рассыпались по плечам дивы. В таком наряде зимой ходить — значит, подружиться с менингитом или воспалением лёгких. Мимолетно оценив меня взмахом пушистых ресниц, красотка, очевидно, поставила «неуд» и больше в мою сторону не смотрела. Обидно, ведь я модно одет, спортивный и… привлекательный… как мне кажется. Вдруг рядом на стул бухается грузный майор, который, бросив на меня удивленный взгляд, принимается обсуждать свои личные дела с дежурным капитаном:
— Коля, ты задрал! Меня из-за тебя тёща уже поедом ест! Обещал же помочь!
— Тащ майор, ну, приболела сестра у меня, ангина, лежит в больнице, некому перевести твой текст, — виновато отбрехивается тот.
— Чёрт! И где мне искать переводчика? — снимает модную шапку-ушанку майор и чешет затылок.
— С какого языка надо? — решаю помочь я.
— Э… Да с английского на немецкий. А ты что, парень, на переводчика учишься? Коль, кто это? — оживился майор, вопросительно уставившись на дежурного.
— Это Анатолий Штыба — наш герой! Он сегодня помог задержать вооруженного холодным оружием преступника, находящегося в розыске.
— Языки знаю. Я в красноярском крайкоме работаю руководителем комиссии по выезду за рубеж, — хвастаюсь я, незаметно поглядывая в сторону красотки, отвергнувшей самого товарища Саахо… ах, такого парня! Искоса так поглядываю, низко голову наклоня.
Глава 6 
Но мадам, а может, мадемуазель, опечаленная пропажей своих вещей, никак не отреагировала на мои попытки произвести на неё впечатление. А я ещё и плечи расправил, пытаясь показать фигуру, но понял, что это все без толку.
— На вот, посмотри, — бесцеремонный мент сунул мне в руки инструкцию от стиральной машинки «Сименс»! — Мастера вызывал, тот сказал, что такое не ремонтирует!
— Тут много чего написано, а что надо-то? — листаю брошюру я, размышляя, откуда такая стиралка могла взяться у ментовского начальника? Взятка?
В самой книжке имеются указания по использованию техники на нескольких языках, но, разумеется, русского среди них нет.
— Там на экране что горит? — прочитав раздел с ошибками, спрашиваю я.
— Ошибку выдает… «Е-23», — вздыхает майор.
— Патрубок слетел, — быстро нашёл причину я. — Там где вода подключается.
— Да это мы и сами поняли, исправили уже! — мент поверил в меня и пришлось, раз уж вызвался, помогать дальше.
Майор звонил несколько раз домой сыну, ругаясь с ним и подсказывая, где какой инструмент лежит, затем они вдвоем проверяли разные версии, и наконец, обнаружили (не без моей заочной помощи, конечно) ослабление амортизационной пружины, после подтягивания которой, машинка включилась в работу!
  
Тем временем красотка, допрошенная и оставившая заяву, уже ушла. Два раза прибегал следак, который ждал моих показаний, но под грозным взглядом майора исчезал так бесшумно, как не всякий ниндзя способен был это сделать.
— Проси чё хочешь! — радости начальника местного отделения не было предела.
— Мне бы домой, вернее, в гостиницу вернуться. Может, показания дам да пойду? — устало спрашиваю я.