Дело о королевском изумруде (СИ)

— Конечно, меня учили этому, — заверил он и встал, куда ему указали.
— Как только она придёт, приведи её сюда, — велела графиня камеристке. — После этого встань за дверью и слушай. Пусть Пьер и Жюстен будут наготове.
После этого Симонетта удалилась, и вскоре в комнату вошла высокая дама в чёрной накидке, лицо которой было спрятано под плотной вуалью. И всё же Хуан разглядел за тонкой чёрной сеткой гладкое белое лицо и блеск тёмных глаз. От гостьи пахло чем-то знакомым, хотя и не слишком приятным. Этот запах, чересчур резкий для его чуткого носа, вызывал тревогу. Впрочем, он не показал этого, просто стоял рядом, опустив взгляд в стол, и только внимательно прислушивался к происходящему.
— Я просила принять меня с глазу на глаз, — произнесла дама, тревожно взглянув на него.
— Я старая женщина, — слабым голосом произнесла графиня, свесив голову так, словно ей тяжело было её держать. — Я нездорова, и мне в любой момент может понадобиться помощь. Этот юноша глух и нем от рождения, и его совершенно не интересует, что вы тут будете говорить.
Дама снова посмотрела на него, а он так и стоял возле кресла графини, безучастно глядя в стол, отчего казался статуей.
— Если вы не готовы пойти на уступки мне, — проскрипела графиня, — то, боюсь, наш разговор не состоится.
— Как хотите, — с лёгким раздражением пожала плечами дама, называвшая себя принцессой Морено, а Хуан отметил, что она сравнительно молода, но уже не юна. У неё был глубокий грудной голос, и довольно лёгкие порывистые движения.
Она села на стул напротив графини, и та вопросительно взглянула на неё.
— Чем я могу быть вам полезна, мадам? — спросила она.
— Я принцесса, потому зовите меня «ваше высочество», — резко произнесла незнакомка. — Я — дочь альдора, правда, незаконнорожденная, потому обо мне мало кто знает. Я здесь по делу. Мне стало известно, что в ваши руки попал некий предмет, который интересует моего отца. Он намерен выкупить его.
— О чём вы? — насторожилась графиня.
— Ваше высочество! — требовательно напомнила незнакомка. — Об изумруде, который недавно привезли в город. Мой отец не может позволить, чтоб этот камень украсил корону его геополитического противника, он желает видеть его в своём венце. Это вопрос чести, а потому я желаю получить его. Вы готовы продать мне изумруд размером с голубиное яйцо?
— Какой ещё изумруд? — очень естественно удивилась старушка, подслеповато взглянув на неё. — Откуда у меня такая редкость? Я не так богата, чтоб покупать драгоценности. Всё, что у меня есть, — это остатки прежней роскоши, полученной мною от поклонников в те далёкие времена, когда я была молода и красива. Я живу в большом доме недалеко от королевского дворца, но, чтоб содержать его, я вынуждена сдавать нижние залы под салон. Где ж мне купить такой изумруд!
— А кто сказал, что вы его купили? — вдруг гневно, как дикая кошка, прогудела принцесса Морено. — Я даю вам шанс продать его и получить за него хорошие деньги, хотя могу просто забрать его, и вы даже не сможете пожаловаться на кражу, поскольку сами являетесь воровкой.
— О чём вы? — встревожилась графиня.
— Я заберу у вас изумруд. Вы сами отдадите его мне. У меня есть способ заставить вас сделать это… — с угрозой произнесла гостья. — Я уже проделывала такой фокус. Купец Пессон поплатился жизнью за своё упрямство, впрочем, как и королевский ювелир. Теперь, судя по всему, ваша очередь.
— Вы угрожаете мне! — прорычала своим грозным басом старушка, выбираясь из кучи шёлковых тряпок, но её соперница лишь рассмеялась.
— На что вы рассчитываете? — воскликнула она. — На тех олухов, что, как вы думаете, подслушивают под дверью? Вы и правда решили, что я пришла сюда одна? Твои шпионы уже лежат рядком на полу! А с этим мальчишкой я справлюсь сама! Отдай мне изумруд и не пострадаешь!
Принцесса Морено вскочила, отшвырнув в сторону свой стул. Графиня снова утонула в кружевах, испуганно прижав кулачки к груди. Хуан остался неподвижным, наблюдая за происходящим. Он не торопился вмешиваться, размышляя, что было бы неплохо, если б эта авантюристка вынудила старуху раскрыть местонахождение тайника, и не тронула бы его самого. Он бы даже позволил ей подержать изумруд в руках, а после…
 
Додумать он не успел, потому что принцесса Морено сунула руку в свою сумочку-кисет и вытащила то, от чего его глаза в ужасе расширились. Он отпрянул назад, а она навела на него полую трубочку, в которой он распознал дуло пневматического пистолета. Её палец лежал на спусковом крючке. В следующий момент дверь в комнату распахнулась, и в синюю гостиную ворвался барон де Сегюр. Дама в чёрном обернулась, а он в тот же миг резким движением выбил у неё из руки пистолет и схватил её за локоть. Она гневно взвизгнула, вырываясь, но в гостиную уже вбегали какие-то люди в чёрном.
А потом раздался грохот, и вся комната вмиг заполнилась чёрными клубами удушающего дыма. Раздались крики, шум, тревожной сиреной разнёсся по этажу возмущённый вопль графини, перешедший в тяжёлый кашель.
— За ней! — приказал барон де Сегюр и первым выбежал из гостиной, за ним устремились его сыщики.
Хуан добрался до окна и, отодвинув задвижки, распахнул створки, впуская в комнату холодный сырой воздух ночи.
Марк был раздосадован. Второй раз он упустил эту женщину, и опять так же. Оправданием ему могло служить только то, что он не подозревал, кто это, и потому она опять выпустила этот магический дым и под его прикрытием выбралась из дома. Какое-то время он стоял возле задней двери особняка графини де Лафайет. Рядом сидели на мостовой два сыщика, которых он оставил здесь на страже. Они со стонами тёрли отчаянно слезившиеся глаза. Те, что выскочили из дома с ним, теперь разбежались по прилегающим улицам, но вскоре начали возвращаться, виновато мотая головой. Она снова сбежала.
Он ожидал визита неведомой злодейки именно этой ночью, потому что за ней последует светлое утро, а при свете дня она вряд ли решилась бы явиться. По крайней мере, раньше это случалось только в темноте. Именно поэтому он решил присоединиться к сыщикам, сидевшим в засаде в кружевной лавке, а поблизости спрятал ещё десяток.
Она явилась, как он и полагал, уже после полуночи. Видимо, она заранее предупредила о визите, потому что её снова ждали, и дверь отворилась, стоило ей постучать. И едва она закрылась за ней, он решил действовать. Какое-то время у него ушло на то, чтоб собрать людей, и вернуться к дому графини. На стук никто не ответил, потому сыщикам пришлось взламывать дверь, закрытую на засов. В кухне, куда они сразу попали, никого не было, в доме царила тишина, и он с досадой понял, что ему придётся обыскивать весь дом и разослал сыщиков в разные стороны, а сам поднялся на второй этаж. И тут ему повезло. Навстречу выбежали два встрёпанных человека в масках с ножами, по виду уличные бандиты. Увидев сыщиков, они оробели, и их моментально скрутили. Пройдя туда, откуда они появились, Марк увидел на полу возле двери лежащих лакеев и Симонетту. На голове у несчастной виднелся крупный кровоподтёк, и Марк понял, что медлить нельзя.
Он так и не понял, что за предмет был в руках у преступницы в этот раз, но на всякий случай постарался его забрать. Однако она сопротивлялась, и этот предмет вылетел из её руки и прокатился по полу под кушетку, но барону всё же удалось схватить её за руку. Может, именно в этот момент он понял, что это госпожа Барбара, а следом случилось то же, что произошло и в прошлый раз, когда её пытался арестовать Филбертус: грохот, клубы удушливого дыма и суета, в которой она умудрилась вырваться из его рук и сбежать.
Он вернулся наверх и вошёл в гостиную, где уже были распахнуты окна, и молодой слуга в коричневой куртке развязывал вязки на груди лишившейся чувств графини. Осмотревшись, Марк велел своим подручным проверить, как себя чувствуют слуги, лежащие за дверью, и посмотрел на юношу. Тот был совершенно спокоен и при этом с любопытством поглядывал на него. Марк сразу заметил, что он явно того же племени, что и баронесса де Флери, и при этом так же невероятно хорош собой.