Самая опасная игра

Сэм находился в просторном кабинете, который использовал как офис, когда приезжал в Инглетон Манор. Как только в кабинет вошел Девлин, Сэм поднялся из-за стола, стоявшего возле окна, и пошел навстречу, чтобы поздороваться. Ростом чуть более ста восьмидесяти, стройный, одет в твидовый пиджак спортивного покроя и брюки из диагонали, Сэм ходил и разговаривал, как бывший офицер гвардии, каковым на самом деле и являлся. В свои пятьдесят пять он находился в отличной форме: седые волосы, усы, симпатичное лицо. Сэм был одним из самых образованных людей, с которыми приходилось встречаться Девлину, жизнелюб, ценивший хорошую еду и вино, что также импонировало. Мужчины обменялись рукопожатиями.
  
— Расскажи мне обо всем, что произошло, — попросил Сэм. — Где она сейчас?
— Наверху, в своей комнате. Я попросил Маргарет побыть с ней. Знаешь, я ее просто огорошил. Я совершил ошибку, сообщив, что ее отец жив… но я думал, что ей уже известно об этом… Тебе следовало предупредить меня.
Сэм тихонько присвистнул.
— И как она среагировала на это известие?
— Плохо, — ответил Девлин сухим тоном, и Сэм вскинул брови.
— А эта царапина на твоей щеке, она как-то связана с этим?
Девлин пожал плечами, а Сэм понимающе кивнул.
— Да, извини меня, я действительно должен был предупредить… но, что сделано, то сделано. Ладно, возможно, благодаря этому она станет более податливой.
— О чем ты говоришь?
— Она что-то знает, но не хочет говорить.
— Я так не думаю, — возразил Девлин.
Сэм прищурился.
— Откуда ты знаешь? Ты уже допрашивал ее?
— Нет, просто задавал разные вопросы.
— И получил на них ответы?
— Пока нет. Сейчас с ней трудно разговаривать, ей нужно день-два, чтобы отойти ото всего, что случилось. Ты же сам просил меня обращаться с ней поласковее, помнишь?
— И еще я помню, как в три часа ночи ты сказал мне, что находишь ее чертовски привлекательной. Уж не растаял ли ты, а?
Девлин посмотрел собеседнику прямо в глаза.
— Я профессионал. И не растаял, как ты говоришь. Ты прекрасно знаешь, что если бы подобный вопрос задал мне кто-то другой, он тут же ощутил бы на себе, растаял я или нет. Но поскольку это говоришь ты… — Девлин улыбнулся, — я не стану обращать внимания.
— Ох, большое спасибо тебе за это, — ласковым тоном поблагодарил Сэм. — Ладно, рассказывай все.
— Хорошо. Я подошел к задней двери дома в девять пятьдесят семь, через несколько секунд услышал, как отодвинулись засовы…
Сэм слушал очень внимательно, изредка кивал.
— Вот так обстоят дела на данный момент, — закончил Девлин.
За пятнадцать минут он представил полный и подробный отчет. Правда, опустил при этом некоторые моменты, которые, по его мнению, не представляли интереса для Сэма, да и не касались его.
— Хорошо. Все прошло гладко. А в доме ты ничего не нашел?
— Нет. Я оставил ее в кухне, а сам обследовал дом. Мне хватило минуты, чтобы обнаружить «жучки» в каждой комнате, они находились в предсказуемых местах. И если только в доме нет сейфа, спрятанного глубоко под полом в подвале, то значит, что там вообще ничего нет.
— Гм, а это мысль, — пробормотал Сэм. — Пока она здесь, я пошлю к ней домой пару человек… она ничего не узнает, они будут работать очень аккуратно.
— Как знаешь. А что конкретно мы ищем?
Сэм огляделся вокруг, словно проверяя, нет ли в кабинете посторонних людей.
— Я не говорил тебе всего, Девлин. Раньше в этом не было необходимости, но теперь тебе следует знать суть дела.
Девлин подошел к столу и уселся в кресло, чувствуя, что надо сосредоточиться. Сэм начал свой рассказ.
— Джон Мид в течение пятнадцати лет работал на МИ-99. Мы вместе учились в Оксфорде, я знал его семью… жену Энн, мать Кэтрин, которая умерла около трех лет назад. Кэтрин я знаю с младенчества, люблю ее так, как любил бы собственную дочь… если бы у меня была дочь… однако это не означает, что я не приложу все усилия, чтобы выяснить то, что она знает или слышала. Мне надо знать, не оставлял ли ей отец какие-нибудь пакеты с бумагами. Да, я могу допустить, что шок после твоих слов о том, что ее отец жив, не был притворным… но вдруг этот шок был вызван тем, что она оказалась не единственным человеком, которому известно, что Джон не был убит? Труп, найденный в джунглях Амазонки, был не его, но убитого американца звали Джон Л. Мид… Согласись, потрясающее совпадение… Однако внешне они не похожи, и это выяснилось совсем недавно. Так почему же Джон скрылся? Наверное, он хочет, чтобы мы считали его мертвым. Похоже, это его очень устраивает…
— Ты хочешь сказать, что он стал предателем?
— Такое бывало не раз, Девлин, особенно когда дело касалось больших денег. Тем более, что… — Сэм сделал паузу, записки Йозефа фон Штафеля, скопированные его внуком Эриком, исчезли одновременно с Джоном. Два года Джон охотился за фон Штафелем в джунглях. Немец был уже дряхлым стариком, но в конце войны, когда ему удалось похитить содержимое сейфов нескольких высокопоставленных нацистов, он был молодым человеком. Говорят, что перед смертью, пытаясь облегчить совесть, фон Штафель письменно изложил свои похождения, а его внук зашифровал эти бумаги и намеревался передать их правительству Германии. Чтобы тайник не отыскали чужие люди, он использовал шифр, основанный на древнееврейских шифрах… Какая тонкая ирония, тебе не кажется? А Джон Мид опытный криптолог, один из лучших в своей области.
Девлин молча слушал Сэма, потом поднялся из кресла и подошел к окну.
— Ты думаешь, что Джон отправил Кэтрин копию бумаг на хранение?
— Вот это и надо выяснить.
Больше Сэм ничего не успел сказать, поскольку раздался стук в дверь, Девлин подошел к двери и распахнул ее. На пороге стояла Кэтрин, бледная, но спокойная.
— Сэм здесь? — спросила она.
Девлин кивнул и распахнул дверь пошире. Перед разговором с Сэмом он намеревался попросить шефа поручить охрану Кэтрин кому-нибудь другому, однако его намерение резко изменилось за те несколько минут, пока он слушал Сэма. Интуиция подсказала Девлину ничего не говорить шефу о так называемом ее сне. И сейчас, глядя на нее, Девлин понял, что только он сумеет защитить Кэтрин от тех, кто может причинить ей зло.
  
ГЛАВА 4
 
Дверь спальни оказалась запертой, но Девлин услышал шум воды в ванной. Подождав немного, он постучал в дверь, ему надо было увидеть Кэтрин, узнать, как она себя чувствует. Девлин видел страдание в глазах Кэтрин, когда Сэм закончил допрашивать ее в кабинете. Именно Девлин заставил Сэма прекратить допрос, и при этом на липе шефа появилось недовольное выражение.
— Ты глупец, Девлин, — заявил Сэм, когда Кэтрин выбежала из кабинета. — Мы уже почти подобрались… — продолжать он не стал.
Девлин подошел к Сэму, схватил его за лацканы пиджака и рывком поднял из кресла. Лицо Девлина побелело от ярости, и, видя это, Сэм впервые его испугался. Сэм, который ничего не боялся, ощутил нутром приступ физического страха перед силой Девлина. Ведь тот мог убить его одним ударом за долю секунды и, похоже, сейчас испытывал именно такое желание.
— Хватит, Сэм, — угрожающим тоном произнес Девлин, отпустил Сэма и вышел из кабинета.
Сейчас, стоя перед дверью спальни Кэтрин, он держал в руках наполненный до середины стакан с бренди. Поскольку Кэтрин не откликнулась на его стук, Девлин решил постучать погромче. И снова никакого ответа. Девлин представил себе, что она лежит без сознания на полу в ванной. Такое было вполне возможно. То, что ей пришлось перенести, могло оказаться выше ее сил…
  
Девлин открыл дверь ключом и вошел в комнату. Дверь в ванную была приоткрыта. Он поставил стакан на столик и, оставаясь посередине комнаты, громко крикнул:
— Кэтрин!
Ответа не последовало.
Тогда Девлин сделал три шага в направлении ванной, заглянул внутрь и остолбенел при виде обнаженной Кэтрин, которая стояла боком к нему под душем и намыливала тело. Господи, она была просто великолепна… стройная, с узкой талией, покрытые мыльной пеной груди, плавный изгиб бедер… Девлин не мог пошевелиться, он чувствовал, как язык немеет во рту, а сердце колотится учащенно. В этот момент Кэтрин повернулась к нему лицом, глаза ее были закрыты, она принялась намыливать ляжки, лобок, поросший темными волосами. У Девлина не было сил ни смотреть на это, ни отвернуться. Горячая волна, вызванная желанием, прокатилась по всему телу. Девлину потребовалось собрать в кулак всю силу воли, чтобы не броситься к Кэтрин.