Самая опасная игра

— А я этого и не говорил. — Он проследил за взглядом Кэтрин. — Значит, вы захватили телефон с собой на завтрак, да?
— Не смейте трогать мою сумочку…
— Ох, да я и не собираюсь ее трогать. В доме есть другие телефоны, и вы можете воспользоваться ими…
— А вы подслушаете и запишете мои разговоры!
— А откуда вы знаете, что ваш мобильный телефон не прослушивается точно так же, как домашний, а? Об этом вы не подумали.
  
Потрясенная Кэтрин уставилась на Девлина, а он кивнул.
— Да, да, такое возможно. Так что если вы сказали ему, что убегаете на север, это может осложнить дело. — В голосе Девлина зазвучали строгие нотки. — Дайте мне ваш телефон, Кэтрин, я его осмотрю. — Он протянул руку, и Кэтрин, вытащив из сумочки трубку, отдала его Девлину. Он положил телефон на стол. — Кэтрин, что вы сказали ему?
— Ничего. Мне просто надо было поговорить с ним, чтобы обрести уверенность. Я сказала ему, что мне не спится… он в Аризоне, слишком далеко, чтобы помочь мне. И я не стала его беспокоить рассказом о своих делах.
— Очень хорошо. — Девлин налил кофе в две чашки, и одну из них подал Кэтрин. — Что бы вы хотели съесть?
Кэтрин пожала плечами.
— Мне все равно.
Слова Девлина поумерили ее пыл.
— И не надо жалеть себя, — добавил Девлин уже резким тоном.
— А я и не жалею. Мне просто не нравится, когда со мной обращаются, как с ребенком.
— Но Сэм не воспринял ваш звонок как ребяческий. Он отнесся к нему вполне серьезно и принял меры. Вы хоть понимаете, как быстро он действовал, чтобы организовать ваше исчезновение? — Говоря это, Девлин не отрывал взгляда от Кэтрин. — Я вам расскажу. Сэм задействовал все свои возможности и лучших людей… Слава Богу, все прошло удачно! Он совсем немного поспал, а теперь едет сюда из Лондона.
Взглянув в глаза Девлина, Кэтрин поняла, что он говорит правду и очень сердится.
— Простите, я не оценила…
— Вот именно. И там, в вашем доме, я не просто ради забавы просил вас вспомнить все о вашем отце… теперь вам должно быть ясно, что он имеет отношение…
— Но он же умер! — воскликнула Кэтрин и заметила, что при этих ее словах в глазах Девлина появилось что-то жуткое. Ее охватил внезапный испуг… Кэтрин почувствовала себя совсем беззащитной. Пытаясь успокоиться, она положила руки на стол. — Отец умер два года назад… в… в…
Она не могла продолжать. А Девлин сделал нечто удивительное. Он своей ладонью накрыл ладони Кэтрин, словно хотел унять охватившую ее дрожь.
— Простите, — промолвил Девлин, — я напугал вас… очень сожалею об этом.
Однако его слова не успокоили Кэтрин, дрожь не проходила. Ей не давало покоя то, что она видела в глазах Девлина. Словно он знал что-то страшное… ужасное… чудовищное…
— Я не могу… не могу… — начала Кэтрин, но Девлин поднял ее на ноги, обнял и крепко прижал к себе.
Объятия эти были скорее отеческие, будто Девлин обнимал ребенка, которому больно. Так он держал Кэтрин, пока дрожь ее не унялась, а она даже не делала попыток высвободиться из его объятий, в которых чувствовала себя в безопасности. Кэтрин глубоко вздохнула и подняла взгляд на Девлина. Он слегка ослабил объятия.
— Вам лучше?
— Я… не знаю. То, что я увидела в ваших глазах…
И тут Девлин, обращаясь скорее к самому себе, произнес непонятную фразу:
— А я и не подозревал, что вы ничего не знаете.
— Боже мой, — прошептала Кэтрин, — расскажите же мне.
Сейчас Девлин был похож на человека, которому нанесли сильный удар.
— Я думал, что вам известно…
— Что? — Слезы хлынули из глаз Кэтрин и покатились по щекам. — Что мне известно?
— То, что ваш отец жив. Кэтрин, я… — Но самых последних слов Девлина Кэтрин уже не услышала. Она потеряла сознание и обмякла в его объятиях, но он не дал ей упасть. В этот момент дверь в столовую отворилась, и Маргарет, удивленная увиденным, остановилась в дверях. — Покажите мне, где ее комната, — попросил Девлин.
— Идите за мной.
Маргарет распахнула дверь пошире, проследовала к лифту и нажала кнопку. Двери кабинки открылись, и она внимательно посмотрела на безжизненное, пепельного цвета лицо Кэтрин, лежавшей на руках Девлина.
— Я зашла спросить, что она хочет поесть, — сказала Маргарет и перевела взгляд на Девлина.
— Выяснилось, она ничего не знала о своем отце, — пояснил он.
— Бедная девочка! — Маргарет заморгала, отгоняя навернувшиеся на глаза слезы. — Не удивительно, что она лишилась чувств.
— А я оказался тем жестоким человеком, который сразил ее этой новостью. Проклятье!
— Но вы же не виноваты.
— Я должен был знать это! Сэму следовало предупредить…
Маргарет приложила палец к губам и кивнула, указывая на Кэтрин, у которой, мелко дрожа, разомкнулись веки.
— Я принесу нюхательную соль.
Проводив их до комнаты, Маргарет распахнула дверь, и Девлин внес Кэтрин, уложил на постель и снял с нее сандалии. Кэтрин посмотрела на Девлина, он нагнулся и поправил подушку, чтобы ей было удобно лежать. В глазах Кэтрин стояла пустота, она явно пребывала в шоке.
Девлин посчитал у нее пульс, который оказался учащенным, и аккуратно убрал волосы с лица.
— Все в порядке, отдыхайте.
Постепенно расплывчатое пятно перед глазами Кэтрин приобрело четкие очертания, и она узнала склонившееся над ней лицо Девлина.
— Зачем… вы сказали это… так жестоко…
— Вы думаете, что я солгал? — Голос Девлина звучал приглушенно и хрипло, на лице его и в глазах Кэтрин заметила выражение боли, но за его жестокость ей захотелось заставить его страдать еще больше, как страдала она. Сказать, что ее отец, любимый человек, которого убили… Вскрикнув, Кэтрин бросилась на Девлина с такой силой, о существовании которой и не подозревала, нанося ему по лицу удары обеими ладонями. Она настолько вошла в раж, что не сразу поняла, что Девлин крепко сжимает запястья ее рук. Кэтрин выгнулась всем телом, продолжая бороться, но силы уже покидали ее.
— Ради Бога, прекратите, — взмолился Девлин, — вам самой от этого будет только хуже.
— Я хочу убить вас, — вскричала Кэтрин, тяжело дыша. — Негодяй!
Краем уха она услышала, как открылась дверь, и слова Девлина:
— Маргарет, оставьте соль на столе.
И снова перед ее глазами возникло его лицо. Через всю щеку Девлина протянулась царапина, из которой сочилась кровь. Силы покинули Кэтрин, а Девлин, крепко держа ее за руки, еще и уселся ей на ноги, поэтому она вообще не могла пошевельнуться.
— Послушайте меня. Прошу вас, послушайте. Ударить меня вам больше не удастся, так что лежите спокойно. — Внимательный взгляд сверкающих голубых глаз Девлина буквально пронзил Кэтрин, а она не могла даже отвернуться. — Я думал, что Сэм сообщил вам… иначе я ни слова не сказал бы о вашем отце. Вы меня слышите?
Кэтрин глубоко вздохнула. Вместе с силами ее покинула и ярость. Девлин понял это и медленно отпустил запястья Кэтрин, поднялся и встал возле постели.
— Это правда? — прошептала Кэтрин. — Мой отец жив?
— Да, Кэтрин. Я ни за что бы не стал обманывать вас, понимая, насколько это серьезно. — Девлин провел ладонью по щеке и с удивлением обнаружил на ней кровь. Он вытащил из кармана носовой платок и вытер щеку. — Я предполагал, что Сэм вам все рассказал… поэтому вы и позвонили ему. — Девлин не выглядел разгневанным, он вообще не выглядел никак, лицо его хранило бесстрастное выражение, и, казалось, он тщательно подбирает слова. — И не мое дело было сообщать вам об этом. Я очень сожалею.
— А где мой отец?
Голос Кэтрин звучал уже чуть сильнее, чем шепот. Она даже удивлялась той ярости, с какой набросилась на Девлина, не подозревала, что может испытывать такую сильную злобу по отношению к другому человеку.
  
— Мы не знаем. В этом и заключается проблема. Но он жив… Сэм расскажет подробнее.
Девлин устремил на Кэтрин напряженный взгляд, ожидая ее реакции на свои слова.
Кэтрин кивнула.
— Я расцарапала вам щеку, простите.
— Ничего страшного, бывало и хуже.