Самая опасная игра

Тот кивнул.
— Да, в них ничего нет, — спокойным тоном подтвердил он. — Можешь продолжать.
— Мало того, что ты возомнил о себе, так ты еще и садист, — пошутил Девлин. — Мои мучения доставляют тебе удовольствие.
— Огромное, — сознался Джон. — Может, сказать тебе, когда будет теплее? — Девлин с угрожающим видом уставился на Джона, и тот рассмеялся. — Ладно, не буду.
Затем Девлин осмотрел бумажник, хотя и сомневался, что в нем может быть что-то спрятано. Но он извлек из бумажника небольшую лупу, какой обычно пользуются ювелиры. У Девлина было такое предчувствие, что она может ему понадобиться.
  
На столе остались газетные вырезки, кусок мыла и несессер. Проверив несессер самым тщательным образом, Девлин убрал его в сумку. Он уже начал волноваться. Настал черед газетных вырезок. Девлин внимательно прочитал их, просмотрел на свет на предмет наличия тайнописи между строк, но ничего не обнаружил. Остался только кусок мыла. Девлин посмотрел на него, затем на Джона. Тот улыбался уже во все лицо.
— Джон, неужели я что-то пропустил? — удивился Девлин.
— Пока нет.
Девлин взял кусок мыла и посмотрел его на свет.
— Здесь? — тихо спросил он, и Джон в ответ кивнул. — В этом куске мыла? — Девлин повертел мыло в руках. Совершенно обычный кусок мыла, такие продают по всей Франции, в каждом магазине сувениров, в каждом придорожном киоске. Девлин понюхал мыло — натуральный запах ванили, вес и форма тоже в норме. Он покачал головой. — Неужели бумаги спрятаны здесь?
— Часть бумаг, — поправил его Джон.
— Но оно совершенно нетронутое!..
Девлин взял со стола лупу — не зря он чувствовал, что она ему понадобится, — и сантиметр за сантиметром осмотрел кусок сверху, снизу, сбоку. Никаких швов, ничего подозрительного. Еще раз осмотрев мыло, Девлин покачал головой. Джон с довольным видом уселся в кресло.
— Я испортил семь кусков, прежде чем добился желаемого результата, — поведал он. — А ванили нанюхался на всю жизнь.
Джон рассмеялся.
— Да, мастерская работа, — признал Девлин. — Держа кусок мыла в руке, он потряс его, словно надеялся, что там внутри что-то может загреметь. — Ты удивил меня, нет слов.
Джон хмыкнул с довольным видом.
— Да, стоило потрудиться ради того, чтобы увидеть изумление на твоем лице. Ладно, вскрывай его.
— Боюсь, что могу повредить содержимое. — Девлин протянул кусок мыла Джону. — Так что давай-ка сам.
Он нагнулся к лодыжке, достал нож и протянул его Джону. Тот вскинул брови.
— Тяжело отвыкнуть от старых привычек, — заметил Джон, принимая нож.
А Девлин тем временем быстро огляделся вокруг, испугавшись, что Кэтрин может стоять где-нибудь в тени и наблюдать за ними. Он не желал повторения той сцены, что разыгралась несколько дней назад.
— Ладно, приступим…
Джон аккуратно разрезал мыло, внутри оказалась полость размером чуть меньше, чем сам кусок. Девлин тихонько присвистнул. Он не ожидал от Джона такого мастерства.
Очень осторожно Джон вытащил плотно сложенные листы тончайшей бумаги, такой, какая была спрятана в шкатулке, но только в этом случае листов было гораздо больше. Девлин замер, наблюдая, как Джон разворачивает листок за листком и складывает их на стол.
Их оказалось как минимум сорок. Девлин в изумлении уставился на листки, пока Джон слегка дрожащей рукой разглаживал их.
— Боже мой, — прошептал он, — вот они!
— Да. И теперь у нас с тобой начинается настоящая работа, — тихо промолвил Джон.
На следующее утро Девлин нашел Джона на террасе, тот сидел за столом, погруженный в расшифровку бумаг. Девлин не стал мешать, а просто наблюдал за ним. Сейчас Джону уже не требовалась чья-либо помощь. Со вчерашнего дня, когда воспоминания буквально хлынули из него и на свет были извлечены спрятанные бумаги, Джон здорово изменился. Это признали и Луиза с Кэтрин. Ночью Джон спал как убитый, его не мучили кошмарные сны.
Вроде все шло хорошо, но все же что-то не давало покоя Девлину, интуиция подсказывала, что надо быть начеку. А поскольку интуиция крайне редко подводила его, ее нельзя было игнорировать. Девлину казалось, что за ними наблюдают, и ему очень не нравилось это ощущение. И дело здесь было даже не в боязни, а скорее в том, что он не владел ситуацией, не знал точно, кто работает против него. Прошедшей ночью, где-то около часа, Девлин оделся во все черное и обследовал территорию вокруг дома, стараясь уловить каждый звук, заметить малейшее движение, любую тень.
Ничего. Никаких необычных звуков, машин, притаившихся наблюдателей. И все же в голове засело нечто такое, что не давало ему покоя. Однажды, когда Девлин служил в спецназе, молодой коллега поинтересовался у него, на что похоже ощущение тревоги. И Девлин сравнил его с нарастающим напряжением музыки в кинофильмах, когда понимаешь — вот сейчас что-то случится. И сейчас Девлину казалось, что эта музыка звучит в его голове.
Он настолько погрузился в свои мысли, что с опозданием почувствовал, как Кэтрин тронула его за плечо. Девлин повернулся, приложил палец к губам и тихонько затолкал Кэтрин назад в дом.
— Он с головой ушел в работу, — пояснил Девлин, — не будем ему мешать.
— Но я просто хотела спросить, не хочет ли отец пить.
— Пока не хочет. А позже я сам спрошу его об этом.
— Но он уже сидит там два часа!..
— Знаю. — Девлин отвел Кэтрин в гостиную и закрыл за ними дверь. — А где Луиза?
— Рисует.
— Очень хорошо.
Девлин продолжал держать Кэтрин за руку, но она вдруг высвободила ее.
— Я все равно отнесу отцу попить. — Кэтрин с вызовом посмотрела на Девлина. — Меня не волнует, что ты говоришь, и я не помешаю…
— Нет, помешаешь! Он оторвется от работы, ты спросишь, как у него дела, пойдут разговоры… Пойми, Кэтрин, он занят сейчас очень важным делом.
— Но он же еще болен…
— Сейчас его состояние гораздо лучше, чем было, когда он приехал сюда, — оборвал ее Девлин.
— Я понимаю, что это ты нашел его. И бесконечно благодарна тебе за это. Но ты не смеешь командовать!
— А кто смеет? Ты? — Глаза Девлина гневно сверкнули. — Может, и дом ты будешь охранять? Что ж, пожалуйста!
— Оставь свой сарказм, — промолвила Кэтрин, по лицу было видно, что ее потрясла вспышка Девлина. — Да что с тобой?
— Кто-то крутится возле нас. Вот что со мной. И не спрашивай, откуда я это знаю, слишком долго объяснять.
— Боже мой! Кто?
— А вот этого я не знаю. Прошлой ночью я осматривал сад, но ничего не обнаружил.
— Ты выходил из дома! — встревожилась Кэтрин. — Во сколько?
— В час, примерно. Вы все спали.
— Ты должен был предупредить меня.
— А зачем?
Девлин внимательно посмотрел на Кэтрин, по крайней мере, своим рассказом он отвлек ее внимание от отца.
— Я бы тебе помогла…
— Я прекрасно справился один. — Девлин улыбнулся. — Но, если хочешь, можешь сегодня ночью сама…
Кэтрин схватила его за плечи, даже сама не заметив этого.
— Послушай меня, Девлин. Теперь мы — команда. Нас четверо. Мы работаем вместе.
Девлин уставился на Кэтрин, его даже забавляла ее решительность.
— Это ты сама придумала, да? Так, значит, мы команда. Что ж, тогда давай распределим обязанности. Ты оставляешь отца в покое, пока я не скажу… Или пока он сам не решит, что на сегодня работу закончил. Я, если понадобится, отправлюсь на разведку, а ты можешь сидеть в своей спальне у окна и наблюдать, вдруг заметишь что-нибудь подозрительное. Как тебе такой расклад?
Кэтрин просто обескуражила дерзость Девлина, но именно этого он и добивался.
— Записывай номера проезжающих машин, — продолжил он. — У меня есть бинокль, можешь им воспользоваться. Только смотри, чтобы с улицы не было заметно бликов. Ну, так что, ты займешься этим?
  
— Если это действительно нужно для дела, то займусь, — согласилась Кэтрин.
Глядя на нее; Девлин подумал: как же она красива, как приятно находиться рядом с ней. Но он тут же усилием воли отогнал эти мысли.