Самая опасная игра

Девлин снова повернулся к мишени. Второй дротик вонзился точно в центр среднего очка тройки бубен. Раздались радостные возгласы болельщиков, а улыбка золотозубого владельца померкла. Бац! Третий дротик вонзился в очко другой карты, и владелец с унылым видом протянул Девлину маленькие наручные часы.
Девлин улыбнулся.
— Кэтрин, с вас пять франков.
Кэтрин посмотрела на часы, потом на Девлина и покачала головой.
  
— Такое барахло я могла бы найти в своем мусорном ящике. Вы меня надули…
— Стоп! Вы ничего не поняли. Дело здесь в принципе… Пари есть пари.
Кэтрин рассмеялась.
— Ладно, я вам заплачу, разумеется, заплачу! — Кэтрин взяла у Девлина часы, надела их на руку рядом со своими и посмотрела на них. — Гм, а не такие уж они страшные.
— Да они просто великолепны! И вы же знаете, я бы не стал отдавать свой приз кому попало, — строгим тоном заявил Девлин.
Кэтрин посмотрела на него, лицо ее сияло.
— Тогда я польщена. Спасибо. — Они смотрели в глаза друг другу, и Кэтрин увидела во взгляде Девлина нечто такое, от чего у нее по всему телу разлилось тепло. — Давайте посидим где-нибудь, — торопливо добавила она.
— Пойдемте вон туда. — Возле очередного питейного шатра стояли столики и стулья. — Садитесь, а я принесу что-нибудь.
Девлин исчез внутри шатра, и Кэтрин осталась одна. Она огляделась по сторонам, разглядывая людей, детей с воздушными шарами и леденцами на палочке, которые радостно смеялись и тащили родителей к очередному аттракциону. Кэтрин показалось, что все это нереально и происходит с кем-то другим, а не с ней. Она почувствовала себя как бы в стороне ото всего происходящего и вроде как откуда-то издалека наблюдала за Девлином, который возвращался к столику с двумя высокими стаканами, наполненными светло-зеленой жидкостью, поверх которой плавали ломтики лимона. Это ощущение отчужденности напугало Кэтрин, как будто Девлин мог исчезнуть в любую минуту, а она так и останется сидеть за столом одна. Девлин поставил стаканы на стол рядом с плюшевым медвежонком, от него не ускользнул странный взгляд Кэтрин.
— Что с вами, Кэтрин? — тихо спросил он.
Она робко улыбнулась.
— Не знаю. У меня вдруг появилось такое чувство, словно я наблюдаю за всем со стороны. Странное ощущение. — Кэтрин не могла сейчас более понятно объяснить свое состояние, но она понимала, что и Девлин является частичной причиной этого состояния. Но этого она не могла ему сказать. — Со мной все в порядке, — поспешила Кэтрин успокоить Девлина и заметила, что в лучах солнца строгие черты его лица стали более мягкими.
— Может, хотите вернуться домой? — предложил Девлин.
— Нет. — Кэтрин отхлебнула лимонад, в стакане звякнул лед. От прохладного лимонада с мятным вкусом у нее слегка прояснилось в голове. — Можете прогуляться, а я пока посижу здесь…
— Я не оставлю вас одну, — оборвал ее Девлин.
Кэтрин через силу улыбнулась.
— Обещаю вам, что не сбегу, — попыталась пошутить Кэтрин.
— Я знаю, что не сбежите. Но я приметил здесь нескольких французов-волокит, которые рыщут в поисках таких хорошеньких девушек, как вы.
Девлин произнес это небрежным тоном, и Кэтрин рассмеялась.
— Но я уже взрослая девочка и могу постоять за себя.
— Гм, это я уже испытал на своей шкуре. Но, тем не менее, останусь.
— А завтра, — начала Кэтрин, — что мы…
— Все завтра, — оборвал ее Девлин. — Не сегодня. Вы же слышали, что сказала Луиза. Сегодня праздник, мы отдыхаем. И не в Инглетоне или в коттедже. Мы с вами в Провансе, где все происходит завтра. А сейчас… — Девлин поднес к губам свой стакан и сделал большой глоток, — нам надо забыть обо всем.
Кэтрин глубоко вздохнула.
— Ладно, как скажете.
— Вот и хорошо. Кстати, вы должны мне пятерку.
— Ох! — Кэтрин достала из заднего кармана джинсов бумажник, вынула из него банкноту в пять фунтов стерлингов и протянула ее Девлину.
— Спасибо. А теперь дайте мне ваш бумажник.
— Зачем?
— У меня он будет в целости и сохранности. Нельзя носить бумажник в заднем кармане. Здесь всегда крутятся карманники.
— Я почувствую…
— Нет, ничего вы не почувствуете.
Кэтрин с легким вздохом отдала бумажник Девлину, а он сунул его в передний карман джинсов, где у него лежали деньги.
— У меня его не вытащат, — заверил Девлин, и Кэтрин рассмеялась.
— Никто и не осмелится залезть к вам в карман.
— Это уж точно.
— Очень вкусный напиток. — Кэтрин покрутила в руках стакан, разглядывая светло-зеленую жидкость, освещенную лучами солнца. — А у меня голова от этого не закружится?
— Вряд ли, это же практически лимонад.
— Но после вина…
— Будете сегодня ночью крепче спать.
Взгляды их встретились, Кэтрин хотела отвернуться, но не смогла.
— А где спальня Луизы? — спросила она.
— Внизу. Она переделала в спальню комнату перед студией. Луиза часто встает часов в шесть и начинает рисовать, а сейчас это вдвойне удобно, потому что ей тяжело с больной лодыжкой подниматься наверх.
— Да, я понимаю. Значит, в доме мы только втроем?
— Да. Экономка почти каждый день приходит в девять утра, а уходит после ужина.
Кэтрин показалось, что смолкли все звуки, наступила полная тишина и они сидят здесь только вдвоем, а вокруг никого нет.
— А где ваша комната? — поинтересовалась она.
— Напротив вашей, и у меня тоже есть балкон.
Девлин спокойно разглядывал Кэтрин. Слова, которыми они обменивались, были не просто словами, и оба понимали, что происходит.
— Значит, у нас общая ванная?
— Да. — Девлин провел пальцем по запотевшему стакану. — У Луизы своя маленькая ванная внизу.
Кэтрин посмотрела на него.
— Прекрасный дом, в нем какая-то особая атмосфера.
— Согласен с вами.
Кэтрин ощущала каждый удар своего сердца. Кожа горела, словно Девлин дотронулся до нее, и не просто дотронулся, а ощупал каждую клеточку. На самом деле он, разумеется, не дотрагивался до нее, а сидел за столом напротив, на приличном расстоянии. Свои длинные ноги Девлин вытянул под столом, но и они не касались Кэтрин. Ей казалось, что в воздухе повисло настолько ощутимое напряжение, что его можно было потрогать руками.
— На моей двери нет замка, — промолвила она, чувствуя, что эти слова даются ей с большим трудом.
— Я обратил внимание. На моей тоже. — Казалось, глаза Девлина потемнели. Он осушил свой стакан и посмотрел на стакан Кэтрин, который был пуст только наполовину. — Я возьму себе еще. А вы будете?
Кэтрин покачала головой.
— Лучше не надо. Похоже, меня здорово разморило на жаре.
— Да, тогда не стоит, — согласился Девлин.
Он поднялся из-за стола и зашел в шатер. Кэтрин чувствовала, как пульсирует жилка на шее, каждое биение сердца отдавалось в голове. Она могла считать эти биения. Хотелось бы списать все на алкоголь, но было ясно, что он здесь ни при чем. Девлин вернулся к столику с двумя стаканами, один из которых поставил перед Кэтрин.
— Минеральная, — пояснил он, — она вас освежит.
— Ой, спасибо. — День выдался очень жаркий, футболка Девлина промокла от пота. Кэтрин почувствовала, что и у нее пот струйкой стекает по лбу, и вытерла рукой. — Вчера вечером не было так жарко.
— Это сейчас, а с наступлением темноты станет прохладнее. У вас с собой только одна футболка?
Кэтрин оглядела свою футболку, она тоже промокла от пота, прилипла к телу.
— Я ведь не знала, что мы отправимся в такое место, где будет очень жарко, иначе взяла бы летние вещи.
— Возле рынка много магазинчиков, там можно купить дешевые футболки, платья, шорты… Ну, не очень дорогие, — поправился Девлин с легкой улыбкой.
Его глаза по-прежнему казались темными, возможно, просто на фоне яркого солнца.
  
— Но я не могу воспользоваться своей кредитной карточкой или заплатить английскими деньгами.
— Я вам одолжу сколько потребуется. Допивайте свою минеральную воду и пойдемте. По пути проверим, как дела у Луизы.