Самая опасная игра

Домой она не пойдет, об этом и думать нечего. Укроется у надежной подруги Бетси в Галифаксе. Джефф приедет к ней туда, и все будет хорошо…
И вдруг Кэтрин услышала какой-то неясный звук, уловила движение, жутко испугалась, и в эту секунду на рот ей легла ладонь, а в ухо прозвучал голос Девлина:
— Тихо. Всего один звук, и вы без сознания, понятно? — Устрашающий, очень злой голос. Кэтрин почувствовала, как у нее подкашиваются ноги. Девлин убрал ладонь с ее рта и повернул лицом к себе. — Я так и знал, черт побери, я так и знал… — Его разъяренное лицо проступало перед глазами Кэтрин серым пятном, от шока она не могла ни шевелиться, ни говорить, сердце бешено колотилось. — А сейчас мы вернемся назад. Если вы сделаете хоть одно движение, пытаясь убежать, то некоторое время вообще не сможете двигаться. Пошли.
  
Девлин взял Кэтрин за руку и повел назад. Но она уперлась каблуками в землю и попыталась закричать. Попыталась, но не успела. Ей показалось, что в шею впилась игла, которой делают наркоз, голова закружилась, в ушах зашумело. Боли не чувствовалось, но в глазах потемнело, и Кэтрин без чувств рухнула на руки Девлина.
Он знал, сколько времени Кэтрин пробудет без сознания. Когда ей уже пора было приходить в себя, Девлин пощупал пульс, и в этот момент Кэтрин открыла глаза. Принеся в коттедж, он уложил ее на диван, снял туфли, подбросил дров в почти затухший камин, затем поднялся в спальню Кэтрин, отвязал импровизированную веревку, закрыл окно, спустился вниз и приготовил себе чашку кофе.
Девлин выскочил из дома, когда услышал, как хлопает оконная рама. Увидев веревку, он бросил взгляд на дорогу и в свете фар проезжавшей по шоссе машины заметил далеко впереди крохотную фигурку. Кэтрин ушла уже довольно далеко. Девлин поспешил за ней и настиг уже почти возле шоссе. А ведь он еще с вечера заподозрил что-то неладное.
Обхватив ладонями чашку с кофе, Девлин посмотрел на Кэтрин. Еще пять минут, и она окончательно придет в себя. В камине потрескивали дрова, в гостиной становилось теплее. Несмотря на злость, Девлин не мог не восхищаться тем, с каким хладнокровием Кэтрин спланировала свое неудавшееся бегство. Крепко связала простыни, даже оконные петли смазала каким-то кремом. И взяла с собой только бумажник, а не сумку или что-то еще, что могло бы помешать ей.
Глядя на Кэтрин, Девлин подумал, что она достойная дочь своего отца. Джон мог бы гордиться ее действиями. Ведь своим актерским искусством она едва не одурачила его, Девлина. Больная рука и все такое прочее… Да, загадочная женщина. Красивая, умная… и загадочная. Очень интересное сочетание. Так, еще пару минут… минуту… пора.
Кэтрин открыла глаза, прижала ладонь к шее, прищурилась и увидела Девлина.
— Я не сделал вам ничего плохого, — заверил он. — Господи, так хотелось, но я удержался.
Кэтрин молча уставилась на него. Она все еще пребывала в шоке, до сих пор толком не понимала, что с ней и где она находится.
— А как вы узнали? — прошептала Кэтрин спустя минуту.
— Вы забыли закрыть окно. Ветер стал трепать створки, и стук разбудил меня. Пришлось пуститься в погоню. Так какой же у вас был план? — Кэтрин отвернулась, и Девлин заметил блеск слез в ее глазах. — Намеревались обратиться в полицию? — продолжил он. — Добраться до фермы и попросить хозяев позвонить в полицию?
— Нет. — Кэтрин снова повернулась лицом к Девлину. — Добраться до фермы, а потом либо поймать попутную машину, либо вызвать такси из ближайшего города и уехать от вас как можно дальше.
— А какую историю вы сочинили бы для хозяев фермы? — Девлин пошевелил пальцами, сжал их в кулак. Он проделал это машинально, но, поймав взгляд Кэтрин, устремленный на его руки, разжал кулак. — Не пугайтесь. Неужели вы подумали, что я собираюсь ударить вас? Хотелось бы, но не ударю.
— Я собиралась сказать им, что поссорилась со своим приятелем, он уехал и оставил меня на дороге.
— Не так уж плохо, — заметил Девлин. — А дальше что? Домой?
— Не считайте меня дурой. Я бы укрылась у подруги.
— Да, ваш побег почти удался. Жаль, что не догадались закрыть окно.
От охватившей ее досады Кэтрин даже показалось, что во рту разлилась желчь. Всего лишь закрыть окно… Она была так близка!..
— Спать мы будем в моей комнате, — сообщил Девлин. — Предупреждаю вас, Кэтрин, мое терпение истощилось, поэтому, пожалуйста, не вздумайте выкинуть что-нибудь еще в этом роде.
Девлин мог бы и не предупреждать ее, она все равно не смогла бы ничего предпринять. Ей казалось, что силы полностью покинули ее. Кэтрин с трудом поднялась с дивана и поплелась в спальню. Девлин последовал за ней. Он и сам понимал, что сегодня Кэтрин уже не попытается снова сбежать. Жаль, конечно, что пришлось пережимать ей сонную артерию, но другого выхода у него не было. Если бы Кэтрин кричала и отбивалась, очень трудно было бы тащить ее в темноте по грязи назад в дом. Кэтрин улеглась на кровать, на которой ночевал Джордж, Девлин накрыл ее одеялом, а она повернулась к нему спиной. Сам он лег на свою кровать.
Сначала в спальне стояла тишина, но потом Девлин услышал какие-то звуки и сел на кровати. Оказывается, это рыдала Кэтрин. Она уткнулась носом в подушку, пытаясь заглушить рыдания, и закрыла лицо ладонью. Девлин терпеть не мог женского плача. Он встал с кровати, подошел к ней и тронул за плечо.
— Кэтрин?
Он чувствовал ладонью, как сотрясается все ее тело. И вдруг она замерла. Девлин услышал ее тихий, очень тихий голос.
— Прошу вас… оставьте меня в покое.
— Не могу.
Девлин повернул Кэтрин на спину и присел на краешек кровати. Он снова почувствовал, как дрожит ее тело. Нет, ни в коем случае нельзя было оставлять Кэтрин в таком состоянии, иначе она может заболеть.
— Ничего вы не можете, — прошептала Кэтрин. — И никто ничего не может. Это будет продолжаться вечно… Лучше уж умереть.
Девлин глубоко вздохнул. Что поделать, придется посвятить ее в некоторые свои планы. Последние слова Кэтрин говорили о том, что она на грани отчаяния.
— Послушайте, я же обещал вам, что во Франции все будет иначе. Я скажу вам, куда мы поедем. Это небольшая деревня, расположенная в горах Прованса. Называется Сен-Доминик. Там живет замечательная женщина. — Девлин чувствовал, что Кэтрин слушает его и начинает успокаиваться. — Она вдова тоже замечательного человека, его звали Жюль Кассон. Он, как и ваш отец, работал на французский филиал МИ-99 под кодовым названием «Немезида». Жюль умер два года назад. И он, и его жена Луиза Кассон хорошо знали вашего отца. Там вы будете не только в большей безопасности, чем здесь, но и более свободной… — Девлин замолчал. — Вы слушаете меня?
— Да, слушаю, — почти шепотом промолвила Кэтрин.
— Отлично. Повторяю, там вы будете в гораздо большей безопасности, поскольку МИ-99 не знает о нашем с ней знакомстве… Более того, МИ-99 даже не знает, что она жива.
Удивленная Кэтрин уставилась на Девлина.
— Что? Как это может быть?
— После смерти Жюля она сменила фамилию, а сыну велела сообщить в офис МИ-99, что она тоже умерла. Сейчас Луиза живет в Сен-Доминик, высоко в горах, где может спокойно заниматься живописью и садоводством. Она решила порвать все связи с «Немезидой», поскольку считает, что ее муж умер в результате многолетней и чересчур интенсивной работы на эту организацию. А Луиза знает, что ее не оставили бы в покое, агенты «Немезиды» постоянно продолжали бы искать какие-нибудь дополнительные факты, задавали бы ей вопросы…
— Да, я ее прекрасно понимаю, — пробормотала Кэтрин и усмехнулась.
  
Она явно возвращалась к жизни.
— Тогда вам понятно, почему она так поступила.
— Но если она официально считается умершей, то как вы узнали, что она жива?
— Луиза сама пожелала сообщить мне об этом. Только мне.
— Но почему именно вам?
Чувствовалось, что Кэтрин разбирает любопытство, с каждой минутой она все меньше и меньше ощущала себя беспомощной пешкой в чьей-то игре. Сейчас она была даже благодарна Девлину за то, что он понял ее состояние и решил приоткрыть завесу тайны. Ночной страх, неудачная попытка бегства — все это постепенно уходило на второй план. И руки Девлина, лежавшие на ее плечах, были теплыми, ласковыми… Кэтрин почувствовала себя в полной безопасности.