Планета муравьёв

Новокаледонский муравей-бульдог очень важен по ряду причин. Прежде всего род муравьев-бульдогов (Myrmecia), названных так из-за своего крупного размера, агрессивного поведения и мощного укуса, является одним из эндемиков Австралии. Только один из видов этого рода, а именно M. apicalis, был обнаружен за пределами Австралийского континента. Каким-то образом его предки (или, возможно, единственный предок – оплодотворенная самка) преодолели значительное расстояние через океан и дали начало новому виду, развив характерные анатомические особенности в природных условиях Новой Каледонии.
  
Типовой экземпляр, на котором было основано его латинизированное название, был найден в XIX в. в лесу на окраине Нумеа, которая позже была застроена, превратившись в пригород столицы. В 1954 г. я обшарил все окрестные леса вокруг города в поисках новокаледонского бульдога, но тщетно. Казалось, что этот вид действительно вымер.
Однако Эрве Журдан уверил меня, что это не так. Энтомолог из его института обнаружил несколько экземпляров Myrmecia apicalis на маленьком острове Иль-де-Пен в 100 км к юго-востоку от Нумеа. Журдан предложил нашей группе впервые изучить муравьиную фауну этого острова, а также оценить состояние этого очень редкого вида.
Возможность исследовать любой находящийся под угрозой исчезновения вид чрезвычайно важна для науки. Но почти все предыдущие исследования такого рода были сосредоточены на позвоночных животных: млекопитающих, птицах, рептилиях, земноводных и пресноводных рыбах. Очень немногие касались редких и исчезающих видов среди более миллиона известных на сегодняшний день видов насекомых, пауков, многоножек, улиток и других беспозвоночных. Мы понимали: если мы сможем найти и изучить оставшуюся популяцию Myrmecia apicalis, мы не только расширим наши скудные знания о вымирании беспозвоночных, но и, возможно, сумеем спасти этот вид.
Итак, мы отправились на остров Иль-де-Пен, где раньше находилась французская исправительная колония, благодаря чему во многих местах природные условия здесь сохранились почти нетронутыми. Наши поиски муравья-бульдога мы начали с леса араукарий – реликтовых хвойных деревьев, появившихся еще в эпоху раннего мезозоя. Именно эти красивые, величественные деревья дали острову его название, которое переводится с французского языка как «Сосновый остров». Нам показалось, что логично искать древних муравьев в древнем лесу, но вместо них мы обнаружили там многочисленные семьи мелких огненных муравьев Wasmannia auropunctata. Этот печально известный инвазивный вид является уроженцем тропиков и субтропиков материкового Нового Света, но в результате непреднамеренной человеческой деятельности широко распространился по большей части остальных тропических зон.
В книге «Муравьи Флориды» (The Ants of Florida, 2017) Марк Дейруп так описал «коварный характер» Wasmannia auropunctata, который быстро становится доминирующим видом во всех природных местообитаниях, куда он был интродуцирован:
Рабочие auropunctata поначалу в небольшом количестве начинают проникать на кормовые участки и в гнезда других видов. Если хозяева пытаются атаковать их, они принимают оборонительную позу. Со временем рабочих auropunctata становится все больше и больше, и, в конце концов, они объединяются в группы, которые, используя свои жала, а также отпугивающие и раздражающие защитные химические вещества, выгоняют муравьев других видов с кормовой арены и убивают обитателей гнезд, в которые они внедрились. Трупы самых крупных особей покоренных семей собираются и предположительно скармливаются личинкам auropunctata.
В араукариевом лесу мы обнаружили, что W. auropunctata вытеснили почти всех остальных муравьев, а также мелких ракообразных, ногохвосток, многоножек и других беспозвоночных, которыми питаются муравьи всех видов.
Поскольку Эрве Журдан точно знал место, где были замечены муравьи-бульдоги, мы решили идти прямиком туда. Вскоре редкие араукариевые деревья сменились небольшим участком красивого тропического леса с густым подлеском и низким пологом метрах в пяти над нашими головами, куда, к счастью, еще не добрались мелкие огненные захватчики. Журдан шел у одного края дороги, я у другого, обметая кусты и травянистые растения сачком.
Наконец Журдан сказал: «Кажется, это здесь» – и исчез в густых зарослях у дороги. Вскоре он воскликнул: «Есть!» Я бросился к нему, не обращая внимания на колючие кусты и лианы. Журдан стоял перед невысоким деревом, по стволу которого медленно спускался рабочий Myrmecia apicalis. Я открыл банку для образцов, Журдан двумя пальцами аккуратно взял муравья с дерева и передал его мне. И я его уронил! К счастью, подняв голову, мы увидели еще одного рабочего, спускавшегося по той же тропе. Журдан быстро схватил его и, пока я разворачивал сачок, мужественно терпел его болезненные укусы. В конце концов он бросил его на дно сачка – и мы получили наш первый трофей.
Муравьиное гнездо мы обнаружили у подножия дерева. Тем временем Кристиан Рейбелинг нашел гнезда еще двух семей. Мы не стали их тревожить, но на протяжении следующих нескольких дней все вместе вели круглосуточное наблюдение с записной книжкой и видеокамерой в руках и в результате узнали много нового об этом редчайшем виде муравьев.
Судя по размерам их гнезд и количеству фуражиров, Myrmecia apicalis живут небольшими семьями, состоящими предположительно всего из нескольких сотен особей. Вход в гнездо всего один; сразу за ним начинается вертикальный туннель, ведущий к подземным камерам, но мы решили их не раскапывать. Входное отверстие, замаскированное разбросанными вокруг растительными остатками, заметить трудно. Рабочие выходят на промысел поодиночке. Как правило, они покидают гнездо утром, взбираются по стволам небольших деревьев в крону и там добывают насекомых и других беспозвоночных. Домой они возвращаются ближе к вечеру, таща с собой корм для семьи. При вторжении на их гнездовой участок они не бросаются в атаку, как это происходит в больших семьях многих других видов австралийских муравьев-бульдогов. Вне гнезда они ведут себя относительно пугливо и осторожно и, с учетом их численности и поведения, не оказывают значимого влияния на экосистему.
Однако экосистема влияет на них: она их уничтожает. Скорее всего, последний смертельный удар по Myrmecia apicalis нанесут мелкие огненные муравьи Wasmannia auropunctata, чья многочисленная популяция находится всего в нескольких километрах от них и постепенно распространяется в сторону их леса.
Судьба этого уникального вымирающего вида сегодня полностью зависит от человека. Myrmecia apicalis еще можно спасти, если мы сумеем найти способ остановить экспансию огненных муравьев и превратим лесные массивы, где обитают новокаледонские муравьи-бульдоги (и, вероятно, многие другие находящиеся под угрозой исчезновения, но пока не идентифицированные виды), в заповедные зоны с тщательным мониторингом. Сегодня Иль-де-Пен знаменит развалинами старинных зданий исправительной колонии, где когда-то жили преступники. Но не достойнее ли прославить этот остров как место, где обитает бесценный исчезающий вид муравьев?
Рабочий Myrmecia apicalis. Изображение образца из гарвардской коллекции, найденного на острове Иль-де-Пен (Новая Каледония).
  
(Рисунок Кристен Орр.)
Эрве Журдан, Кристиан Рейбелинг и Эдвард Уилсон перед посадкой на самолет, который доставит их из Нумеа (Новая Каледония) на остров Иль-де-Пен, где они собираются найти считавшегося вымершим муравья-бульдога Myrmecia apicalis, 24 ноября 2011 г.
(Фотография Жана-Мишеля Борэ.)