Альфа-особь (СИ)

Удивительно, но чем больше он вглядывался, тем яснее становилось, что улей - это своего рода организм, построенный по тем же принципам, что и обычные животные. Разница лишь в масштабе. Не зверь, а целый подземный ''город-животное''.
-Паразит, -пробормотал Вадим. -Нет, даже не паразит. Симбионт. Только хозяин у него - сама цивилизация. Ест города, растет на их костях.
Он закрыл глаза. В голове мелькнуло странное чувство, словно сам улей пытался что-то показать: размытые образы сырого мяса, запах крови, яркий свет. Сигналы были примитивные, как от собаки или кота. Но факт оставался фактом: он их понимал.
  
Значит, я для них вроде как… нервный центр повыше уровнем? Альфа в их системе.
Вадим скрипнул зубами.
-Ладно. Запишем еще один пункт:
''Коммуникация - примитивная телепатия через прожилки, наверняка в них встроены ТКТ как в мозгу зараженных. Улей может ''общаться'', но пока тупо, как калькулятор. ''
Он спрятал тетрадь и посмотрел на Настю. Та склонила голову и внимательно следила за ним. Может, догадывалась, что он сейчас не просто смотрит, а понимает.
В глубине подземных коридоров пахло тухлой органикой и сырой землей. Вадим шел за Настей, стараясь не споткнуться о наросты и пульсирующие вены на полу. Дружок едва протискивался в узкие проходы, пригибая голову.
Они вышли в обширную полость, освещенную тусклым голубоватым сиянием - под потолком дрожали скопления биолюминесцентной слизи. Первое, что бросилось в глаза Вадиму: ряды коконов, полупрозрачных, как гигантские яйца. Внутри что-то двигалось.
Он подошел ближе, протер ладонью запотевшую поверхность и ахнул.
-Черт… это инкубатор.
В каждом коконе плавал зародыш. Дюжина, не больше. Большинство были еще мелкими, размером со среднего пса: голые, сморщенные, с крошечными коготками, но один явно выделялся. Почти наполовину сформировавшийся, с четким силуэтом мощных конечностей и зубастой пасти. Он шевелил пальцами, будто пробуя мир на ощупь. Вадим невольно отшатнулся.
-Почему один такой здоровый, а остальные как недомерки?
Он обернулся к Насте. Та какое-то время молчала, затем склонила голову набок, глаза мигнули голубым. В сознание Вадима ворвался поток простых образов: куски мяса, круги на воде, стая волков, один крупный самец впереди.
-Улей решает... -прохрипела она своим искаженным голосом. -Сколько охотников… сколько сильных.
-То есть… -Вадим провел рукой по кокону с крупнейшим эмбрионом. -Саморегуляция?
Он даже засмеялся от изумления. 
-Поразительно! Настоящая саморегулирующаяся экосистема! Тут же контролируется численность популяции, чтоб не сожрали друг друга подчистую...
Настя не поняла, но довольно хрипнула, довольная его реакцией. Вадим прошел дальше, и тут его ждало еще большее потрясение. В дальнем тупике улья, на подстилке из слизистой массы, сидели две фигуры. Сгорбленные, с серой роговой кожей, вытянутыми пастями и четырьмя глазами. Развитые - вторая стадия. Но нечто в их позах заставило Вадима замереть. Животы. Они были беременны. Вадим остолбенел.
-Да ну на хрен… -Он медленно обернулся к Насте, показывая рукой. -Это... что за цирк?
Субальфа приблизилась, присела рядом с одной из беременных и положила ладонь на ее живот. В голове Вадима вспыхнули размытые образы: тепло, биение сердца, тянущиеся жилы биомассы.
-Они… носить плод, -прохрипела она.
-Плод? -Вадим выругался. -После… преображения?
Настя кивнула.
-А кто отец? -спросил он, хотя заранее знал, что в ответ услышит. Субальфа пожала плечами. В ее сознании мелькнула странная картинка: яркий свет, вспышка, что-то вроде огня, а потом рождение. Концепция, больше похожая на библейское ''непорочное зачатие'', чем на биологию.
Вадим провел рукой по лицу.
-Полный атас...
Он огляделся, чувствуя, как холодный пот стекает по спине.
-Значит, эти твари не просто так не сдохнут. Даже без людей, без охоты… они будут сами себя воспроизводить. Никакого естественного вымирания. Чистый, мать его, автозавод на стероидах.
Дружок тихо заскулил, словно уловил его настроение. Вадим закрыл глаза, пытаясь осознать масштаб.
-Паразиты? Да они ж, сука, целый вид или группа видов. Настоящая новая ветвь эволюции… и мы, люди, для них тупо сырье.
Он присел на корточки, уставился на коконы и беременных. В голове вертелась одна мысль: если природа дала им такую возможность, значит, сдохнуть они точно не собираются.
  
Глава 8. Перспективы
 
Утро встретило их туманом и вязкой серостью. Вылезая наружу из чрева улья, Вадим невольно передернулся, казалось, что запах гнили и биомассы въелся в кожу и волосы. Настя двигалась легко, будто для нее эта среда была естественной. Дружок, наоборот, радовался воздуху, вытянул морду к небу и зажмурился от первых тусклых лучей солнца, пробившихся сквозь облака.
Они двинулись по пустым улицам, где асфальт трескался от корней, а окна домов зияли выбитыми глазницами. Ни души. Только редкие одиночные зараженные шатались меж подъездов в поисках пропитания, да вороны, кружившие стаями над крышами. Их карканье становилось фоном Петербурга куда сильнее, чем когда-то шум автомобилей.
Вадим шел молча. В голове снова и снова прокручивались картины из улья: коконы, беременные зараженные, биомасса, которая словно ''думала'' и дышала в унисон.
-Сжечь бы все к чертовой матери, -пробормотал он, пнув валявшуюся банку. Но тут же поймал себя на мысли, что в груди разливается какое-то странное ощущение, будто он предает кого-то близкого. Не Настю, не Дружка, а саму эту новую жизнь, пульсирующую и растущую.
''Может, не все так однозначно? Может, это и есть будущее? Новый виток эволюции...''
Он резко мотнул головой, сплюнул.
-Чушь. Это все рой в мозги лезет. Их коллективное радиозомбирование. Нет тут никакого будущего, только смерть.
Чтобы отвлечься, Вадим решил послушать, что творится за пределами города. Возвращаться к людям пока было нельзя, но знать обстановку необходимо. Он вспомнил о брошенном блокпосте на набережной, где в первые дни эпидемии дислоцировались военные.
Через полчаса пути они добрались туда. Проволочные заграждения, перевернутый ''Урал'', кучи гильз. На обочине чернел остов обгоревшего БТРа. Но броневик ''Тигр'' стоял относительно целым, лишь стекла треснули от ударов и на дверях алели пятна бурой засохшей крови. Тел нет, сожрали или утащили в ближайший улей.
Вадим забрался внутрь, включил бортовое питание и достал широкополосную радиостанцию. Шум, треск, обрывки фраз. Он терпеливо крутил валкодер, пока не уловил голоса.
-…поиски продовольствия у склада на Богатырском, осторожно, рядом стая… -говорил кто-то усталый, срывающийся на шепот.
-…нужны медикаменты, детские антибиотики, готовы обменять оружие... -вторил другой.
Большинство каналов принадлежало таким же выжившим, как и он, небольшим группам, пытающимся удержаться в этом аду. Вадим отметил себе в памяти координаты, вдруг пригодится.
Но дальше эфир ожил по-другому. Голос, четкий, с военной дикцией:
-...оперативное командование ''Север-1'' сообщает: продолжается эвакуация личного состава в Мурманск. Задержка колонн на трассе М-18 из-за активности зараженных в районе Лодейного Поля. Авиация прикрывает отход...
Значит, север еще держится. Вадим уже хотел выключить приемник, как вдруг поймал странный обмен короткими, явно зашифрованными фразами.
-...объект ''Ладога'' закреплен… контроль полный… стройка по графику…
-Подтверждаем... группа ''Карнавал'' удерж... ериметр… дется монтаж каркасов... Доставка ключевых компонентов по воздуху продолжается, военные сложностей не соз… у них хватает проблем с зараженными...
  
Он нахмурился, прижал динамик к уху. Вскоре прозвучало то, от чего по спине пробежал холодок:
-Ленинградская АЭС под контролем. Неопознанная вооруженная группа. Отличное оснащение, бронетехника, роторные конвертопланы, автономные дроны. Судя по всему, используют экспериментальные образцы вооружения.