Инженер и любовь (СИ)
— Спасибо, Валерий Петрович. За весь ансамбль, конечно, не могу обещать, всё-таки не я принимаю решения, но вот посильную помощь вашему ВИА песнями и музыкой постараюсь оказать. Будет возможность, и на ваш завод буду заезжать. Пусть и музыканты заглядывают ко мне в Ленинграде. Постараюсь помочь. И, конечно, и Вам лично буду рад. Будете в Ленинграде, захаживайте в гости. Все новинки музыки точно узнаете из первых рук.
Тут замдиректора порадовал меня грамотой. Ну, как всегда — за активное участие в культурной жизни их завода. Хотя, всё равно приятно. Заодно он выпросил у меня и некоторые подробности происшествия. Конечно, всё я ему не рассказал, но кратко ситуацию обрисовал. Ничего тайного ведь нет. Ну а далее я слегка проследил за отгрузкой оборудования и запчастей, и то лишь для страховки. А так, можно считать, что командировка у меня удалась…
Глава 03
* * *Глава 03.
Дома лучше…
После полудня мне пришлось отправиться в местное ГУВД для очередного допроса, ну, дачи свидетельских показаний. Тут ничего особого к прежним показаниям я не добавил. Так и следователь не смог ничем меня запутать и запугать. Может, он и подозревал меня в чём-то, но, думаю, что у него и нужных данных не было, и эксперт, похоже, ничего важного в клубе не нарыл, так я и сам ничем себя не выдал. Можно считать, что у меня было железное алиби! Вот на проклятого Пашу я был сильно зол и свою ярость не стал скрывать. Хотя, мне требовалось разобраться дома и с Ингой. Хорошо, что эти Дан и Серж ничего такого о ней не сообщили. И сейчас я сначала решил посмотреть на её поведение. Вдруг сама чем-нибудь себя выдаст? Да, проклятье, ну что за стерва мне досталась? Как же мне держать себя с ней? Но сильно хочется и не наломать дров!
Так как мне предъявить было нечего, то следователь сообщил, что я могу спокойно отправиться домой. Хотя, напоследок он, сильно смущаясь, попросил у меня и автографы для своих детей. Хотя, даже стало приятно. Что же, у человека такая работа. Подписал несколько открыток для него самого, жены и пары дочерей и сына.
Ну а потом я немного посидел с музыкантами в Доме культуры. Просто на дорогу. Всё-таки надо попрощаться по-человечески.
На железнодорожном вокзале меня провожал весь ансамбль, в том числе и Саша, хотя, уже со своей Таней. И смущённая девушка сама подошла ко мне. Ну, так уже невеста, и явно счастливая!
— Вячеслав, Вы, пожалуйста, не подумайте ничего такого о нас! — проговорил гитарист. — Мы с Таней уже сходили в ЗАГС и подали заявление. Свадьбу назначили через месяц. Разрешите пригласить и Вас. Будем очень рады.
Ну, раз у пары так закончилось, то тут мне остаётся только пожелать им счастья. Хотя, как бы сделал и маленькое признание:
— Э, Саша, Таня, я рад за вас. Знаете, был бы холостой, я сам бы сделал предложение Танечке. Уж такую милую красавицу ни за что бы не упустил! Но, к сожалению, у меня жена и двое маленьких детей. Так что, остаётся только позавидовать вашему счастью.
За ночь в поезде «Москва-Ленинград», но не в «Красной стреле», а обыкновенном пассажирском, я неплохо выспался. Куда мне спешить? Тем более, под стук колёс и спалось хорошо. И соседи мне не мешали. В субботу под утро я прибыл в Ленинград на Московский вокзал и на такси сразу же направился домой, точнее, всё ещё на нашу съёмную квартиру. Я платил Валере Никитину по пятьдесят рублей в месяц, но у нас с Ингой проблем с деньгами уже не имелось, так и условия нам полностью подходили. Все удобства и мебель в квартире имелись, и мы докупили лишь самое необходимое. Хотя, выделенная нам нашим Кировским заводом четырёхкомнатная квартира была уже неплохо отремонтирована ещё неделю назад нашими соседями по общежитию на Тракторной улице Фёдором Лиховым и Ринатом Курбановым. Осталось лишь закупить мебель и всё необходимое, всё расставить и переехать.
Инга, уже напряжённая, меня ждала. Она сразу же призналась, что во вторник под вечер Паша подкараулил её недалеко от дома и вновь пытался уговорить бросить меня и выйти за него замуж. Как бы даже признался, что сильно полюбил её. Но моя жена заявила мне, что она как бы и выслушивать его долго не стала, начисто отвергла все его предложения и постаралась скорее отвязаться. Хоть и не совсем так было, но пока я не стал выдавать себя.
И она ещё как бы и признание мне сделала:
— Слава, пожалуйста, не думай обо мне плохого! Поверь, я к Паше уже ничего не испытываю. Хорошо, что вовремя ушла от этого подлеца. И портить жизнь себе, тебе и нашим детям не собираюсь. Я с тобой вместе жить хочу, и, знаешь, мне пока всё нравится.
Не знаю, как жене, но мне жить с ней нравилось и хотелось. И любил, и она мне нравилась и как красивая женщина и хорошая мать, и неплохая хозяйка. Высокая, лишь на полголовы ниже меня, и стройная, и всё при ней. Несмотря на роды, и даже двойню, Инга постоянно усердно занималась физкультурой, ага, ещё и аэробикой, и сейчас у неё и живот не был заметен. Мне всегда нравились женщины с длинными волосами. А у жены они были светлыми и доходили до середины спины. Ну, да, натуральная блондинка. И на её светлом личике лукаво поблёскивали большие сине-голубые глаза. Конечно, не утонешь, но взгляд оторвать трудно. И чтобы я отдал такую кралю кому-нибудь? Тем более, если она со мною жить хочет?
Я словам Инги, конечно, не поверил. И данные у меня немного иные имелись, и стало ясно, что, несмотря на как бы печальный итог встречи для Паши, она явно что-то скрывает. Может, самую малость, но важную. Придётся как-то выяснить подробности. Рубить с плеча не хотелось, и начинать сейчас ссору было глупо и не нужно. Вроде, уже месяц живём в спокойствии? Зачем бестолково ломать мир в семье? Я как бы смирился с тем, что Инга меня не любит и живёт со мной лишь потому, что ещё не определилась. Хотя, чуть не изменила мне в апреле с тем же Пашей и мае Маратом, тоже своим другом, пусть и одним из многих ухажёров.
Но тут непонятно было и с самим Пашей — или он на самом деле говорил правду, или просто хотел смутить Ингу. В Калинине подонок при мне ни в чём таком не признался. А милиция мне свои данные не предоставит. Жаль, что на время моей командировки и Инга дома осталась одна. Как назло, Анна Васильевна забрала Ирму и Инессу, своих дочек и младших сестёр моей жены, и отправила их в пионерский лагерь куда-то под Сестрорецк. И теперь поддержать Ингу, так и присмотреть за ней было некому. Ну, в ближайшее время ей ничего не угрожало.
Я для вида сделал вид, что сильно возмущён, но так уж ругать жену не стал. Несмотря на признания Дана и Сержа о её странном поведении в апреле, у меня не было оснований подозревать жену в разных грехах сейчас. Я, наоборот, приласкал её, и наша встреча закончилась в постели, и Инга наградила меня страстными ласками. Может, хотела так отвести от себя подозрения? Хотя, она у меня, пусть на вид как бы и холодная блондинка, но на самом деле очень даже страстная.
Конечно, я и сам соскучился по жене. Но пока о печальных событиях в Калинине, тем более, о нехороших сведениях, перед ней промолчал. Надо будет, позже как-нибудь доведу. Хотя, рассказал ей кратко почти всё — и о заводе, своих делах на нём, тамошнем ВИА и концерте с ним. Показал и грамоту. Конечно, признался, что и сильно соскучился. После вида прелестей Тани много чего захочешь! Хотя, тут Инга у меня намного лучше!
Жена рассказала и о встрече со своей давней подругой, Любой Тарасовой, уже Архиповой, навестившей её, кстати, вместе с мужем Геной, как раз перед встречей с Пашей. Наверное, в последнее время Инга только с ней и созванивалась и, вот, даже встретилась. Хотя, не самая худшая подруга. Но, кто знает? Вот и Марина Малевич, ну, уже Григорьева, тоже считалась, но, оказалось, всё равно решила подстроить мне подлянку, подослав к подруге их общего друга Марата. Затаила на меня какие-то обиды. Похоже, ожидала, что Инга мне изменит? Значит, уже никак не подруга, а враг, если хотела сломать жизнь не только мне, но и ей. Но, к счастью, тогда меня пораньше отпустили домой с работы для подготовки к поездке в Москву на награждение. И Инга мне попалась, можно сказать, с поличным, на свидании с очередным подлецом. Пусть тот и нагло приставал к ней, но и она вяло, лишь для вида, сопротивлялась. Тут, ясно, больше её вина была, но не стоило её подруге, надеюсь, уже бывшей, пытаться подстроить пакость нам и разрушить нашу семью.