Инженер и любовь (СИ)
* * *А следующий день уже у меня был посвящён звонкам. Нет, сам не звонил, а мне. Много кто позвонил. Сначала друзья. Саша Турчин позвал нас с Ингой на свою свадьбу на начало октября. Вот Саша Крутин обеспокоился печальным происшествием в Москве. Так как не телефонный разговор, то я просто позвал его вместе с женой Юлей в гости. Вновь вспомнили обо мне Костя Резунов и Фёдор Белецкий. Конечно, хорошие музыканты, но, к сожалению, и явные любители Запада, так ранее и Вячеслава, и меня не раз обманывали. Они всё продолжали свои «чёсы», как сами честно признались, и с использованием моей музыки. Я им ничего обещал не стал, но на следующий концерт ВИА «Май» пригласил. Нежданно позвонил Саня Ильин. Я его с прошлого года не видел. Он был направлен куда-то на Урал, но недавно переброшен под Архангельск. А сейчас прибыл на Кировский завод в короткую командировку выпрашивать нужное оборудование. Надеюсь, не по мою душу? Не должны вычислить. Хотя, ясно, что алмазы будет искать. Я его сразу в гости пригласил. Хороший друг был у Вячеслава, станет и моим.
Конечно, позвонили тётя Светлана Никитична, всё-таки родня ведь, и Ипполит Валерьянович. Ну, они явно созвонились с нашими родственниками в Киришах. Приглашали нас с Ингой в гости к себе. Да, давно мы у них не были. Хотя, и не звали. Тут я попросил маэстро всё разузнать насчёт записи детского ВИА у них на радио, заодно и позвал пару в субботу на его концерт. Пусть посмотрят. Намекнул и о приезде Шаинского. Вроде, они даже и знакомы?
И ещё мои приятели, теперь уже ближайшие, Петя Глухов и Самсон Приведин пригласили меня в ресторан, хотя, «Кавказский». Договорились на завтра. Меня там уже знали. Фактически мы будем гулять за мой счёт, но для друзей ничего не жалко. Теперь Инга их, когда-то входивших и в её тусовку, откровенно недолюбливала. Тут она уже сама виновата. Ну, Петя и Самсон приняли мою сторону и, конечно, мне и помогали. Если бы не они, я уже давно бы потерял жену. Тем не менее, она охотно приняла моё предложение посидеть вместе с ними в ресторане. Понимала, что надо принимать и мой круг общения, так там можно и блеснуть. А она это дело любила.
Вечером мы с Ингой на репетицию нашего взрослого ВИА не пошли. Пока и без нас обойдутся. Зато и к приходу гостей достойно подготовились. Инга позвала Любу с мужем Родионом, Свету с Геной и, хоть мне не очень и хотелось, Тому с Ильёй. Ладно, меньше болтать будем, так я и своих друзей предупрежу. У жены подруги и их мужья, что к чему, и так знают. Так они мне и не совсем друзья. Хотя, постепенно сближаемся. Мне Ингу обижать никак неохота. Я тоже понимаю, что надо принять её круг общения.
Хотя, и Саня Ильин явился не один, а со смуглой и симпатичной женой Зульфией, оказалось, казашкой откуда-то из-под Караганды. Они и поженились месяца три назад. Где-то под Челябинском, ага, в Еманжелинске, познакомились. А вот теперь их ждала работа под Архангельском. Скорее, надолго застрянут? Трудное месторождение их ждёт. Но помочь им я ничем не мог.
Нет, очень хорошо посидели. Даже Илья себя нормально вёл. Я, конечно, предупредил своих друзей насчёт него. Хотя, никто лишних разговоров не вёл. Мы же с Ингой творческие люди, вот о музыке больше и болтали. И гостей неплохо развлекли.
Главным для меня явился всё-таки разговор с Сашей Крутиным. Он спокойно выслушал подробности. Хотя, и ему интересно было.
— Да, Слава, ты и на границе порой становился буйным. Вроде, и спокойный, но вдруг собирался и вскипал. Зато с тобой на границу выходить было спокойно. Знал, что не струсишь.
— Понимаешь, Саша, не хотел я этого скандала. У меня и так с Ингой в Калинине напряжённо были. Мы же ездили туда на очную ставку с её Пашей. Ладно, что она там не психанула. Хорошо, что и здесь сумела сдержаться. Эти грузины были ей неинтересны. У меня большие сомнения насчёт её матери. Может, случайно вышло, может, хотела меня немного позлить? А спросить нельзя.
— Ну, Пашу можешь в расчёт не принимать. Он подрабатывал там лишь курьером, но свой срок точно получит. И за внештатника не скостят. Знаешь, крупные шишки полетели. Говорят, сам Романов в ярости. Это же и по нему всё бьёт. Вот в Москве тебе надо было вести себя осторожней. Ты там вообще чужой.
— Понимаю, Саша, но драться всё равно бы пришлось. Как бы дело чести. Этот жирдяй Давид мне в тарелку плюнул. Вот то, что он с охраной явился, я проглядел. Вроде, и сидели, но, пусть и поодаль, явной связи между ними засечь не сумел. Хорошо, что всё обошлось. Эти сынки и их родители вконец оборзели! Вообще плюнули на приличия. И милиции не боятся.
— Да, Слава, сам часто вижу. С этими ресторанами и торговлей непонятно что творится. Ладно, наведу я справки о твоей тёще. Тем более, она же в торговле работает. Может, тоже не всё чисто?
Конечно, в торговле всегда нечисто было! Но меня больше интересовало, с чего это Анна Васильевна так странно себя повела. Теперь ей зять ближе должен быть, а она как бы желала подставить меня. Но, к сожалению, пока не узнать. Тёща, конечно, показания в милиции, там же, в Москве, дала, но отдельно и от дочери. И вряд ли Саше удастся получить доступ к ним. Он, хоть и служит в уголовном розыске, фактически, только ведь слухи может собрать по этой теме.
Мы с Ингой встречей остались довольны. Всё-таки начинаем потихонечку вживаться в общество.
* * *А на другой день раздался звонок, и вообще нежданный. Мне вдруг позвонил какой-то режиссер Юрий Сааков:
— Товарищ Репнин, я по поводу Вашей песни «Белый танец». Мы хотели бы использовать его в нашем фильме. — Когда товарищ кратко пересказал сценарий фильма, то я понял, что это именно тот фильм «Эта весёлая планета», где как бы моя песня в первый раз и прозвучала. Мне даже стало слегка неудобно. — Если можно, мы хотели бы пригласить для её записи Вашу жену Ингу. Хотя, не прямо сейчас, а чуть позже. Мы рассматриваем и другие Ваши песни, но пока не приняли решения. Если что, мы чуть позже позвоним.
Я сразу же позвал к телефону Ингу, и она дала согласие, заодно и осыпала режиссёра благодарностями. Хоть и сильно не хотелось, чтобы моя жена сунулась к киношникам, но в случае запрета она мне не простит. И так у нас всё, если честно, по-прежнему на грани. Чуть что, можем и вдрызг разругаться. У меня пока нет уверенности в Инге, и не знаю, когда начну ей доверять.
Я и сам тепло поблагодарил режиссёра, так и разрешил ему использовать любую музыку, какую сочтёт нужным, и пообещал оказать полное содействие. Фильм, как мне вспомнилось, так себе, но песни оттуда, вроде, все стали шедеврами. Жаль, что я в кино не силён, а то мог бы подсказать что-нибудь.
— Надо же, Слава, нас и в кино позвали! Правда, ты же просил меня не идти в артистки. И что делать?
Хорошо, что обрадованная Инга тут лишь прикалывалась.
— Просил, Инга. Прости, но мне всё-таки неохота отпускать тебя к артистам. Они там все слишком ветренные, гуляют направо и налево. Не семьи у них, а сплошной вертеп. Того и гляди, и к тебе начнут приставать. А ты сама знаешь, что я труслив и ещё ревнив. К счастью, тут лишь одну песню спеть надо, потому терпимо.
— Ага, трусливый? Зверь! Не волнуйся, Слава. Всё у нас хорошо будет. К тому же, я поеду только вместе с тобой.
А далее мы начали готовиться к походу в ресторан. Всё-таки для нас это не просто приём пищи. Нам и себя показать надо.
Глава 24
* * *Глава 24.
Жизнь моя жестянка…
Вечером, прямо вместе с детьми, мы ненадолго заглянули в Дом культуры и поехали в ресторан. Прибыли и Петя, и Самсон, пока, конечно, вместе с жёнами. Хотя, Полине и Анфисе не до развлечений было. Явно им скоро, уже в следующем месяце, рожать. Мы немного посидели, отдали должное выпивке и ресторанной кухне. Дети нас уже не сильно беспокоили. Кто-то, конечно, слегка и удивлялся, что так, но персонал про нас знал.