Инженер и любовь (СИ)

Инга одно время сверлила, сверлила меня злым взглядом, но потом, похоже, всё-таки сдалась и опустила глаза.
— Ладно, Слава, я с тобой останусь. Мне не хочется разрушать нашу семью. Так и быть, никуда из номера уходить не буду. Но, учти, я ни в чём не виновата. Ты сейчас думаешь, что это мы подстроили, но я тебе скажу, что и мама тут непричём! Мы просто позвонили многим знакомым, и всё. Да, хотели с ними встретиться. Я тебе уже рассказывала, что этот Давид откровенный хам. Конечно, он хотел тебя обидеть. За меня. Но не думала, что может докатиться до такого. И, знай, у меня с ним никогда ничего не было, и он мне не нужен. И, пожалуйста, не оскорбляй маму! Хоть какая, но она моя мама!
  
— Ну, что ты, Инга, я же сейчас ничего такого не допустил. Лишь вежливо предупредил твою маму, что мне хочется спать. Ну, я же не буду ходить прямо при ней голым. Так и правильно сказал, что наши отношения пока не совсем наладились.
Тут нас прервали. Оказалось, работник ресторана привёз еду. И я заказывал только на две персоны. А тёща пусть сама кормится.
Конечно, мы на самом деле поели. Инга ещё и покормила детей. Жаль, но придётся им пока посидеть в номере. Хотя, они пока ничего не понимают, и их дом там, где мама. И потому, как ни крути, мне хочется удержать жену с собой. Конечно, если сама пожелает. А я, конечно, как у меня получится, постараюсь не дать ей возможности совершить нехорошие поступки.
И чуть позже мы легли спать, и даже вместе! Инга так зло на меня глянула, что я пристроился с ней рядом. На близость нас пока не тянуло, так я и сам приставать к жене не стал. Захочет, сама на меня полезет. Нет, так на нет и суда нет. Позже всё будет ясно.
Мы с Ингой спокойно проспали до обеда. Я спал чутко и потому сразу же уловил, как она один раз пошла проверять детей. Хотя, и сам присел. Оказалось, просто не наелись. И мы опять завалились спать. Главное, вместе…
  
Глава 20
 
* * *
Глава 20.
Новые повороты…
В полдень нас ожидаемо разбудил тот же работник ресторана. Основательно подкрепившись и покормив детей, мы привели себя в порядок. Пока я решил записать ноты и слова «Salut». А то исполнил её по памяти. Странно будет, песня как бы есть, а записей нет. Похоже, и Инга начала отходить:
— А что ты, Слава, пишешь?
— Пока не забыл, записываю новую песню, что исполнил в ресторане. А то жаль будет, если потеряю.
— Новую? Но ты же там пел лишь прежние песни?
— Эту потом, после драки, спел. Ещё и «Мою гитару».
— И, что, ты и после драки песни пел? Ладно, расскажи хоть, что было после нашего ухода. Они, что, все вооружены были?
А я, что, раз просит, рассказал. Никакой тайны ведь нет. Только свои мысли скрыл. Тем более, нас, скорее, и подслушивают? И у Инги ничего расспрашивать не стал. Здесь не место для разговоров, в том числе и ссор. К тому же, сейчас Инга всё равно не сознается. Лишь когда почувствует жареное, как тогда, когда с трудом слила Пашу, что-нибудь да расскажет. Ведь лишь после угрозы развода во всём созналась. И вот с такой сволочью мне приходится жить. Ладно, что после уже и заявление на него накатала. А здесь с этим хамом мне и нечего ей предъявить. И ничего с ним у неё, скорее, не было, так ещё и до нашего знакомства. И он Инге и сейчас не нужен. Уже убедился. Хотя, думаю, позже, если со мной останется, всё равно, чтобы хоть как-то немного оправдаться, что-то сольёт, в том числе и на мать.
— Да, Слава, чем больше я с тобой живу, то тем больше ты меня удивляешь. Значит, все пятеро были вооружены, но ты их свалил ещё до того, как они что-то решили предпринять?
— Инга, это допрос? На что ты намекаешь? Так я тебе всё равно ничего не отвечу. И ты не в милиции и органах служишь. Или тебя уже завербовали? — Мой вопрос застал жену врасплох. Хотя, по её растерянному и злому виду, вроде, ещё не успели? — А вот я, не забывай, служил в пограничных войсках и даже немного воевал, и убивал. И видел, как гибли мои друзья. Поэтому, что делать в таких случаях, когда нападают на тебя, знаю. И за последний год жизни с тобой я сильно обозлился, и теперь у меня нервы не в порядке. Я уже не добренький и жалеть своих врагов не буду. Вот и эти жирдяи мне не нужны, но нечего было плевать в мою тарелку! Совсем оборзел! Если со мной всё хорошо будет, и когда они мне попадутся, то своё получат. Хотя, больше их родители опасны. Это они начали мне вредить уже тогда, когда обо мне узнали.
— Слава, что, опять на меня намекаешь? Я с Давидом уже не виделась и даже не созванивались почти два года. И у меня с ним вообще ничего не было. Да, одно время наша семья несколько раз гостила у них в Москве. В последний раз осенью как раз два года назад. Он, конечно, пытался лезть ко мне, но я его сразу же отшила. Да, если хочешь знать, из-за Паши. А потом, раз у меня диплом на носу, я к ним вообще не ездила. Да, весной родители начали думать о выдаче меня замуж за Давида, но тут вмешался ты и всё испортил! — Тут Инга звонко рассмеялась. — И отец устроил мне знатный скандал. Хотя, я бы всё равно отказалась. И сейчас его появление меня даже удивило. — Ну, конкретно жирдяям она не удивилась. Явно ожидала. Но сама этого скандала, скорее, не хотела? Зря жирдяй явился в ресторан. Хотя, люди совершают разные поступки, и не поймёшь, почему. Но тут он встретил от Инги лишь презрение и потому и плюнул в мою тарелку. Хотел на мне отыграться. А вот я как бы сбежал. Не дошло до хама, что эти, как бы и милые женщины, и явно больше тёща, несмотря на то, что как бы и не хотели скандала, попытались стравить нас меж собой. Это от них я убежал. Зато вся банда не восприняла меня всерьёз. — Поэтому ты зря меня ревнуешь к нему. Уж он мне никогда не был нужен.
Ну, я тоже ей как бы совсем не был нужен, а вот сама же меня в постель затащила. Потом и замуж силком захотела, и уже больше года мучает, и, хоть и еле терпит, никак уйти не хочет. Заодно мне, вполне примерному мужу, порой и подлянки пытается устроить. Вот, и за подонка Пашу она почему-то держалась до последнего. Может, чуть позже ещё и продолжение последует? Не всё закончилось! И такого же подонка Альберта жалела. Ещё и подлеца Марата хотела рядом с собой придержать, но лишь подставила под мой удар. Зато я и сам чуть не попал под удар банды Паши. Так и жирдяи жалеть меня не стали бы. Всё получается как в одной печальной истории из памяти Николая. Тогда одна мелкая одичавшая самка собаки только что путалась со здоровенным кобелем, раза в два себя больше, но тут же натравила на него свою свору из десятка свирепых псов. Вот даже в момент близости ей что-то не понравилось, к тому же, именно она оказалась в этой своре вожаком.
Да, коварство у женщин в крови! На ровном месте, как недавно, в капкан можно попасть. Вот и я всё понимаю, но оторваться от Инги и прекратить свои мучения никак не могу. Скорее, и долго их терпеть ещё буду, так и всё время воевать за неё приходится…
— Да, ладно, Инга, я же ничего такого не сказал. Понимаешь, это его родители пытались не давать хода нашей музыке. Скорее, имеют связи и на радио, и телевидении. И до сих пор мешают. Поэтому нас редко где передают, и только время от времени. Хоть мы и очень популярны на Западе, и музыка у нас хорошая? Ты же сама видела в ресторане, что одни наши песни и музыку исполняли? Я сам такого не ожидал! Вон, и «Грустный вальс», и «Белый танец» их солистка спела, хотя, намного хуже тебя. И ведь ни разу не объявили авторов. Мне всё это до фонаря, но всё-таки должно быть уважение и к нам.
  
И тут Инга явно клюнула. Всё-таки она сильно тщеславна.
— Знаешь, Слава, ты и сам так спел, что ранее я тебя таким не видела. Конечно, теперь в этой гостинице все узнали про тебя, — и Инго звонко рассмеялась, — что надолго запомнят. Слава, извини, а если мы туда ещё раз пойдём, ты не попросишь музыкантов, чтобы и мне разрешили выступить? Пусть и меня запомнят!
Конечно, я пообещал. Да пусть хоть что споёт! Главное, чтобы рядом была. И хрупкий мир в нашей семье был восстановлен.