Изгой

Глаза Кейси начинают бегать, на лице появляется гримаса, будто она хочет что-то сказать, но прикусывает язык.
– Что? – требовательно спрашиваю я.
– Я на твоей стороне. Не забывай об этом. – Она теребит уголок подушки пальцами, набираясь смелости. – И я не говорю, что это то же самое…
– Но?
– Ну, как бы… ты тоже парнями манипулировала. По-разному.
Я сверлю ее взглядом, поджав губы и стиснув зубы. Потом с глубоким вздохом падаю обратно на пол.
– Ладно. Подловила. – Я хмурюсь на нее. – Но это разные вещи.
– Конечно. – Кейси продолжает меня изучать. – Но, может, суть не в том?
Телефон опять вибрирует. Он это делает каждые несколько секунд с тех самых пор, как я пришла домой. Самый долгий промежуток был, наверное, в минуту или две, не больше. Бесконечные мольбы Эр Джея выслушать его.
– Я даже не знаю, что ты имеешь в виду. Суть тут в том, что он меня убедил, будто он этот искренний, настоящий парень безо всяких приколов. А потом оказалось, что фундамент наших… что бы это ни было, был основан на лжи.
– Я понимаю, то, что он сделал, ужасно. – Кейси все еще пытается найти подход, при котором ее шарики оптимизма не снесет с неба выстрелами из снайперской винтовки цинизма и антибредовыми ракетами. – Правда. Но это еще не значит, что все в нем было неправдой. Тот парень, с которым ты говорила и проводила время, никуда не делся.
Эр Джей: Слоан. Давай поговорим. Пожалуйста.
На этот раз я пишу ответ, только чтобы он перестал донимать.
Я: Я тебя не знаю. Больше тут говорить не о чем.
– Тот парень ненастоящий, – сухо говорю я сестре. – А значит, он не существует.
Много часов спустя я все еще пялюсь в потолок, лежа в кровати после того, как мы уже погасили свет, а Кейси оставила свои попытки оправдать Эр Джея. Я прокручиваю прошедшую неделю в голове снова и снова, под десятью разными углами, пытаясь понять, что же я пропустила, где можно было принять другое решение и спасти себя от унижения, не попавшись на крючок аферисту. Вспышки наших поцелуев и его рук на моем теле мелькают среди остальных мыслей. Незваные. Благодаря Эр Джею, мне не укрыться даже в собственной голове. Он вторгся в нее и не дает мне уснуть и забыть этот день. И его лицо.
На прикроватной тумбочке вспыхивает телефон. Час ночи, а мне приходит очередное сообщение. Я пытаюсь прочесть его опухшими красными глазами.
Эр Джей: Я снаружи.
Мозг еле работает от усталости, и мне приходится трижды перечитать сообщение, прежде чем я понимаю, что оно значит.
Я: Глупо.
Эр Джей: Да, наверное. Но если ты не выйдешь, я начну кидаться камушками в твое окно.
В его поведении нет абсолютно ничего хорошего. Я бы даже сказала, это очень похоже на ту же манипуляцию, из-за которой мы вообще оказались в этой ситуации. Впрочем, с практической точки зрения, если он разбудит весь дом и мой отец вылетит во двор в халате, проблемы будут у всех, причем огромные. Так что я накидываю худи, обуваюсь и вылезаю в окно. Эр Джея я нахожу стоящим возле дерева у дальнего угла дома. Услышав мои шаги, он выглядывает из тени.
– Спасибо, – неуверенно говорит он. – Я знаю, ты не хочешь со мной разговаривать.
– Отлично. Вот и порешили.
Он ерошит волосы рукой, явно нервничая.
– Но если ты дашь мне пару минут, чтобы я смог объяснить, что творится в моей голове…
– Мне как-то все равно.
Ненавижу, что, как бы я ни была вымотана, первым делом замечаю то, как горячо он выглядит в черной футболке и свободных потрепанных годами джинсах. Его штаны и то более искренние, чем то, что он говорит.
 
– Пожалуйста. – Что-то в его глазах не дает мне отвернуться. Я не знаю теперь, как выглядит его искренность, но это нечто на нее похожее. Отчаяние, может быть.
– Ладно, – бормочу я. – Только быстро.
Под светом полной луны мы идем по тропинке, ведущей от заднего двора к озеру. Какое-то время он молчит. Дорогу перед собой мы освещаем фонариками телефонов, обходя сломанные ветки, камни и ямы. Не знаю, пытается ли он собраться с мыслями или же просто повторяет старательно сочиненную бредятину, которую выдумал в общаге при помощи экспертов вроде Фенна и Лоусона.
Тишина, впрочем, приятная. Я соскучилась по тому, как лес шепчет по ночам. Когда насекомые уже перестали стрекотать и остался только теплый летний ветерок, качающий листья. Взмах крыльев совы, взлетающей с ветки. Едва слышные шажки маленьких насекомых в траве. Все это погружает меня в транс, и только когда мое внимание привлекает серебряное лунное отражение в воде, я понимаю, что мы дошли до самого озера, не сказав ни слова.
На краю воды устроилась старая, ржавая лодка, перевернутая вверх дном, и мы садимся на нее, глядя на рябь на поверхности воды. Проходит еще минута или две, прежде чем он чувствует мое растущее нетерпение и втягивает воздух сквозь зубы, готовясь умолять о пощаде.
– Прости меня. – Эр Джей смотрит на меня, но я не встречаю его взгляд, вместо этого ковыряя носком кроссовка грязь в поиске камушка. – Я весь вечер думал о том, каково тебе должно быть сейчас. И я понимаю. Я жестко облажался.
– Ты хитрый, лживый маленький слизняк, который влез в мою личную жизнь, чтобы я пошла с тобой на свиданку. – Я нахожу хороший камень и стираю с него песок, а затем швыряю его в черную, мягко колеблющуюся гладь.
– Это правда. И для себя я это оправдывал миллионом разных отмазок.
– Потому что ты знал, что это неправильно.
– Да, знал.
Ну, хоть это он признает. Медаль он за это не получит, но, допустим, я согласна послушать его еще минуту.
– Продолжай. – Я снова начинаю копаться в грязи ногой.
– Я говорил себе, что просто хотел понять, кто ты такая, чтобы знать, как к тебе подступиться.
Я швыряю в воду еще один камушек и смотрю, как тот отскакивает от поверхности.
– Большинство людей для этого разговаривают друг с другом, ты в курсе? Они не взламывают чужой счет в банке, чтобы понять, сколько потратить на подарок на день рождения.
– Правда. – Он прокашливается, чтобы скрыть смешок, и я клянусь, если он даже просто хмыкнет, я макну его рожей в грязь. – Сегодня я кое-что понял. Мне кажется, мой моральный компас немного сбился. Ты знаешь, я начал баловаться с компьютерами в качестве хобби. Потом захотел узнать больше. Потом – бросить себе вызов. Постепенно это дурацкое детское увлечение захватило всю мою жизнь и стало костылем, на который я постоянно опираюсь. И я даже не задумывался об этом.
– Хреново это все, Эр Джей. – Следующий камень пролетает чуть дальше предыдущего. Следы, которые он оставляет на поверхности воды, расплываются и исчезают в темноте со всех сторон. – Но ты сам виноват, что оно вышло из-под контроля.
– И я это признаю. Справедливости ради, мне кажется, у меня отключился мозг, когда я впервые тебя увидел. Появилась охрененная девчонка, умная и саркастичная, и я жесть как захотел познакомиться, но, кажется, где-то по дороге разучился нормально общаться с людьми. – Он наклоняется вперед и роняет голову в ладони, уперевшись локтями в колени. – Ты знаешь, мы так часто переезжали, что у меня появилось правило не привязываться к людям. Какой смысл, верно? Но для этого требовалось быть уверенным, что я смогу отвергнуть их прежде, чем они бросят меня. А хакерство, видимо, давало мне…
Он резко осекается, и против своей воли я бросаю на него взгляд, чтобы проверить, в чем дело. Шокированное выражение его лица заставляет меня нахмуриться.