Лёд и сахар

– И когда они будут их дегустировать?
Я застенчиво поднимаю на него глаза.
– Вообще, я должна доставить их в ресторан примерно через полчаса.
Брови Антона взлетели вверх.
– А что мы тогда тут делаем?
– Мы?
– Да, мы, Сандра! – Соколов подскакивает на месте. – Собирайся! Я тебя отвезу!
– Что? В смысле, ты меня отвезёшь?
– Верти, не тупи! – вздыхает и подлетает ко мне. – Такси ждать нет времени. —развязывает мой передник и снимает его через голову. – Автобусом ехать, очевидно, тоже не вариант, поэтому собирай свои булочки и марш в машину! – С этими словами он легонько подталкивает меня в сторону выхода, а сам хватает коробку, звякает ключами и, опережая меня, открывает входную дверь. – После вас!
  
– Я не уверена, что это правильно…
– Когда получишь звезду Мишлен, тогда и подумаешь, правильно ли это, – отмахивается мой работодатель, который внезапно стал мне очень нравиться.
Спустя минут сорок мы останавливаемся у ресторана.
– Опоздали на десять минут, – констатирует Антон и глушит мотор.
– Владелец француз, а не немец, поэтому, надеюсь, я всё ещё в списке кандидатов.
– О, так вы земляки? Должны поладить! – подбадривает Антон и выскакивает из машины.
Земляки?
– Давай подержу, – Соколов открывает дверь, забирает коробку с колен и подаёт руку, помогая вылезти из машины.
– Спасибо!
Что происходит? Его укусила добрая фея? Или это какой-то розыгрыш?
Я тянусь к коробке, но Антон как ни в чём не бывало опережает меня, подходит к ресторану, удерживая коробку в одной руке, и распахивает дверь второй.
– Давай быстрее, ты же не хочешь упустить эту работу?
Я всё ещё пребываю в ступоре, но слушаюсь и проскальзываю внутрь.
Мы проходим холл, где нас встречает приветливая девушка.
– Добрый день! У вас забронировано?
– Нет, я на дегустацию, мне нужна Белинда.
– А, вы Сандра? Сандра Верти?
– Совершенно верно.
– Она предупредила о вашем приезде, минутку. – Девушка убегает вглубь помещения, оставляя нас одних в светлом стильном холле.
Я неловко поворачиваюсь к Антону и предпринимаю ещё одну попытку забрать свою коробку и избавиться от него.
– Ну, спасибо, что подвёз, давай я…
– Сандра! Рад вас снова видеть! – меня прерывает радостный голос Леона Дювеля, который материализуется за моей спиной с широкой улыбкой.
– Леон, добрый день, – растеряно отвечаю я на его рукопожатие.
– Вы с телохранителем? – с усмешкой кивает на Антона, который совершенно точно не разделяет с ним веселья.
– О, это, это мой…
– Друг! – выпаливает Соколов.
Да что не так с этими мужчинами? Они дадут мне закончить хоть одну фразу самостоятельно?
Антон протягивает свою огромную руку Леону, и тот её доброжелательно пожимает.
– Подвёз Сандру и решил помочь донести её работу, – поясняет он как ни в чём не бывало, как будто я привезла десертов на целый фуршет, а не одну дегустационную коробку.
– Здорово, что у Сандры есть такие друзья…
– Кстати об этом, – встреваю я, так как не могу больше выносить этой идиотской ситуации, – не буду вас больше задерживать, надеюсь, дегустация пройдёт успешно. – С этими словами я вырываю коробку у Антона и передаю её помощнице Дювеля.
– Сандра, я думаю, вам следует остаться, – возражает мой вероятный работодатель, – любой продукт нуждается в правильной презентации, и я не хочу лишать вас такой возможности, – он очаровательно улыбается и протягивает мне руку, будто приглашает на танец. – Позвольте проводить вас.
Я не совсем понимаю, как реагировать на такое предложение, поэтому не сразу подаю руку, а колеблюсь. Конечно, я хочу рассказать о своём продукте и лично представить каждый десерт, их значение, символику всей коллекции и фишки, которые я спрятала в начинке.
Но то, каким образом Леон предлагает мне остаться, звучит больше как приглашение на ужин или свидание.
Или он просто француз? Они все так делают…
– Я… с удовольствием расскажу вам о концепции своей коллекции, – не без труда выдавливаю из себя согласие и вкладываю свою руку в его ладонь.
Он помогает мне подняться на ступеньку, и я оборачиваюсь, чтобы поблагодарить Антона.
– Антон, спасибо, что помог? – оборачиваюсь к Соколову и благодарю, хотя получается с вопросительной интонацией.
– Без проблем, Сандра, – он демонстрирует мне слегка саркастичную улыбку, а затем добавляет, но смотрит при этом на Леона: – Ждём тебя дома! Хорошего вечера. – Кивает помощнице и хостес, которые всё это время молча наблюдали за сюрреалистичным спектаклем, разыгранным нами троими.
Дома? Тебя? Будто я с ним живу. Я, собственно, и живу. Но не в том смысле, как это прозвучало из его уст.
– И вам, Антон, – отвечает в ответ Дювель с натянутой улыбкой, выделяя его имя.
Почему мне так неловко?
Антон скрывается за дверью, а Леон снова одаривает меня лучезарной улыбкой:
– Пройдёмте, хочу показать вам наш новый зал, уверен, вы оцените его по достоинству.
Он слишком любезен к той, кого ещё не взял на работу, а вдруг мои десерты совсем ему не понравятся? Будет до ужаса неловко после всего этого внимания услышать отказ.
Но я ничего не могу поделать, поэтому принимаю правила игры такими, какими их задают мужчины.
Пока принимаю.
 
Глава 13. Перед закатом
 
Сандра.
У меня получилось!
Поверить не могу, что буду готовить для «Savor» эксклюзивную коллекцию. Когда мы прошли в новый зал, Леон попросил персонал засервировать стол. Я поставила коробку в центр и стала развязывать бант, мужчина внимательно следил за мной, а когда принесли чай, отпустил персонал и сам разлил нам ароматный напиток по чашкам.
– Прошу, начинайте! – Леон откинулся на спинку кресла и устремил взгляд на меня.
– К нам больше никто не присоединится? – я удивилась: как правило, на дегустациях нового продукта присутствует не только владелец, но и шеф-кондитер, директор или управляющий, бренд-менеджер – все эти люди более глубоко погружены в специфику заведения и часто лучше владельца понимают, что нужно их целевой аудитории.
– Мои сотрудники уже пробовали ваши работы и поручились за вас, поэтому я решил не отрывать их от дел и лично убедиться в вашем таланте.
– Ого, я польщена, – немного нервно выдохнула я и потянулась к крышке, чтобы открыть коробку.
– Сандра, – Леон накрыл мои руки своими, не дав потянуть пластиковую крышку вверх. – Расслабьтесь, я не кусаюсь. Вы отличный кондитер независимо от того, что я скажу и какое решение о сотрудничестве приму.
Тепло его ладоней на моей коже немного пугало – этот жест показался слишком личным. Я кивком дала понять, что готова идти дальше, и мужчина отстранился, вернулся на своё место, снова принял вальяжную позу и потянулся к чашке.
– Итак, «L'heure d'or» – золотой час. Это мимолётное мгновение, когда солнце касается горизонта и мир окутывается медовым сиянием. Именно азиатские закаты вдохновили меня – их насыщенность, глубина красок создают неповторимую атмосферу.
Полусферы воплощают само солнце в момент его ухода за горизонт. Янтарный – это квинтэссенция заката, его золотое прощание с днём. Бордовый же олицетворяет душу Азии – Китай, Японию, где алый цвет пронизывает всю культуру, становясь символом благополучия и торжества. Золотые элементы отсылают к цветению сакуры – воплощение философии «ма», японского минимализма, где пустота столь же значима, как и форма.
Леон заинтересованно рассматривал десерты.
– Застывшее мгновение… – задумчиво произнёс мужчина. – Момент, который легко упустить, но с десертами «Savor» у вас есть возможность задержать его.
  
– Именно! – поддержала я, расплываясь в счастливой улыбке от того, что смогла донести свою идею.
– Роскошь, которая доступна избранным, – продолжал Леон, как бы пробуя новые формулировки для рекламной кампании на вкус. – Эксклюзив… «Закат под заказ». – Он улыбнулся. – Хм, мне нравится!