Лали значит тюльпан (СИ)
- Что в папке? – Не сдавался полицейский, он не мог понять почему омега испугался и почему не уехал на такси, ведь судя по костюму, он явно мог себе это позволить.
- Моя рукопись. - Лали снял резинки с папки и показал стопку машинописных листов.
Полицейский, проверив, что в папке кроме листов ничего другого нет, похоже только сейчас увидел траурную повязку на рукаве и заплаканные, припухшие глаза.
- Мои соболезнования. - Козырнул полицейский и, кивнув напарнику, пошел дальше.
Спать больше не хотелось. Сердце билось у самого горла. Лали посмотрел вслед полицейским, они тиранили толстую бабу с клетчатыми сумками. Лали встал и, увидев, что уже шесть утра, вышел на улицу.
Сразу у вокзала обнаружился круглосуточный ломбард. Омега вспомнил про кольцо и решил, что это, наверное, выход из создавшейся ситуации. Он зашел в ломбард и, сняв с пальца кольцо, без колебаний положил его в маленький лоточек. Там усталая женщина цепко осмотрела кольцо и проверила подлинность золота и камня, а потом также цепко рассмотрела Лали. Задав несколько вопросов, она выяснила, что забирать обратно кольцо Лали не собирается. После этого она неприятно ухмыльнулась уголком рта.
Она положила в лоток совершенно смешную сумму и выжидающе посмотрела на Лали.
- Кольцо ворованное, чека нет. Или забираешь деньги и уходишь, или вызываю наряд полиции, будешь им объяснять, откуда у тебя такое кольцо.
Лали только отрывал и закрывал рот, он совершенно растерялся. Слезы опять полились по щекам. Он вспомнил полицейских, которые с большим подозрением рассматривали его, а потом подумал, что если его выгнали из института, то скорее всего свою временную прописку он тоже потерял. И Саша на помощь ему явно не придёт… Поэтому он взял смешные деньги за кольцо и вышел на улицу.
Первое, куда он поехал на метро, был институт. Он посидел под деканатом и дождавшись, когда придет на работу куратор, имел долгий разговор по поводу хвостов и возможных пересдач. Все было бесполезно. Куратор разговаривала с Лали сквозь зубы, и даже не пыталась подумать, чем можно было бы помочь. Она просто принесла папку с документами бывшего студента и дала обходной лист, а иначе она не отдаст документы.
Лали с ужасом вспомнил об учебниках, взятых в библиотеке, и студенческом, оставшемся в квартире Александра, и, поникший, отправился дальше. Хотелось еще поплакать, но по всей видимости, резерв слез исчерпался. Он просто сидел на уличной скамейке и смотрел, как вокруг бегают очень сосредоточенные студенты. Кроме себя ругать было некого. Он совершенно забросил учебу, погрузившись в свою любовь как в омут. И кто же теперь виноват, что он коснулся ногами самого дна воронки?
Он встал и решительно поправил ремешок сумки на плече. Надо хоть что-то довести до конца. В сумке лежала рукопись, написанная на конкурс молодых романистов. Он поехал на метро до центрального книжного магазина и, зайдя внутрь, неожиданно сам для себя расплакался. Именно здесь он познакомился со своим Сашенькой. Лали всегда любил запах типографской краски и новых книг. Александр зашел купить маме книжных новинок. Та любила читать книги, а не электронную копию. Они столкнулись у стопки новых романов и, очарованные запахом друг друга, так и остались вместе.
Александр красиво ухаживал, все омеги из общаги завидовали молодому, красивому и богатому ухажеру, которого подцепил в книжном магазине их друг. Но Александр не видел и не слышал никого, он был ослеплен своей первой любовью, и жил, и дышал только ради встреч с ним. После продолжительного ухаживания и романтичного предложения руки и сердца, Лали переехал к нему и полгода пребывал в полном блаженстве.
В углу, за столом, сидела женщина, которая принимала работы для конкурса. Можно было, конечно, отправить рукопись и по почте, но Лали хотел быть уверен, что его работа попадет на конкурс. Женщина просмотрела рукопись, (она была напечатана на бумаге, как и требовалось для участия в конкурсе), поворчала немного по поводу объема. Для конкурса требовалось работа на 250-300 страниц, а у Лали было около 500. Она потребовала подписать работу, Лали написал папину девичью фамилию и имя и электронный адрес папы, потому что не мог оставить никакого другого.
Женщина небрежно кинула папку с рукописью на дно большой картонной коробки и сказала, что ему придет сообщение на указанный адрес. Лали постоял в растерянности рядом. Ну вот и все, теперь можно двигаться дальше. Надо куда-то уехать и там постараться начать все сначала. Денег, что были в кармане, хватало разве что на поездку в электричке. Лали еще немного постоял в раздумье, а потом решил довериться судьбе.
Первое, что он увидел на выходе, было объявление на столбе, что покупают волосы, и, зайдя в парикмахерскую, он сказал, что хотел бы их продать. Из подсобки вышел сухонький мужчина и, надев очки, сказал, что готов посмотреть на «Этот ваш волос». Лали без сомнения перекинул на плечо косу. Мастер хотел было возразить, но посмотрев Лали в лицо, молча закрыл рот. Он показал ему жестом на мужской зал и, вытащив из кармана ножницы, пошел следом.
- Как будем стричь? – Он посмотрел на него выжидательно, - по плечи? Или срезать только сантиметров тридцать?
- Режьте покороче. – Лали последний раз расплёл косу. – Мне очень нужны деньги.
Мужчина качнул головой и принялся за дело. Он быстро остриг волосы, а потом подравнял то, что осталось.
- Не переживай, маленький, это только волосы, у меня рука легкая, они быстро отрастут обратно.
Лали только кивнул, после всех потерь, потеря собственной гривы была не самым страшным. За нее заплатили, как ни странно, намного больше, чем за кольцо в ломбарде. Лали довольно улыбнулся. Теперь денег хватало на полноценный билет куда-нибудь и даже на еду в дорогу.
Лали спустился в метро и какое-то время просто бездумно катался. Он был из маленького провинциального городка и метро его до сих пор совершенно завораживало. Но когда в животе в очередной раз заурчало, он подумал, что хватит увиливать от задуманного, и вышел у первого попавшегося вокзала.
Зажав деньги в кулаке, он встал в очередь. Впереди стояли трое веселых омежек, они были проездом. Только вышли с поезда и покупали билеты, которые бронировали заранее, что давало приличную скидку, на ближайший поезд в небольшой приморский городок. Они заказывали четыре билета, но один из омег отказался в последний момент, и теперь оператор требовал: или они купят четыре билета со скидкой, или три, но без скидки.
- Можно, я выкуплю ваш четвертый билет? - Лали было все равно куда ехать, омеги переглянулись, а потом протянули паспорт Лали оператору как четвертый. Лали назвали стоимость билета и он, не задумываясь, протянул деньги.
Когда билеты были уже на руках, омеги отошли в сторону и познакомились, а ожидая подачи поезда, еще и разговорились. Они ехали в маленький приморский городок работать в летний сезон официантами в кафе. Они там работали в прошлом году, и были очень довольны заработком. Они уже знали, к кому едут работать, и где будут жить. Строили планы, как загорят и накупаются на море.
Лали поделился с ними своей историей. Жених бросил, из института отчислили, родители умерли. И он теперь как перекати-поле следует за ветром и судьбой. Омеги сразу уговорили его ехать с ними. Все равно есть свободное место. Да и хозяин - Рафик, ждет на работу четверых. Они уверили, что Рафик честный человек. Честно рассчитывается и не заставляет заниматься проституцией, как бывало у других. Омежки посмеялись, вспоминая различные истории явно боевого прошлого, а Лали постарался скрыть ту волну ужаса, что поднялась в душе. Как-то он совсем не подумал о возможности продажи своей тушки кому бы то ни было. Но омежки уверили, что Рафик, как папа, присмотрит и в случае чего поможет. Главное не врать и не воровать, он этого терпеть не мог и сильно злился.
Вскоре подали состав и все быстренько загрузились в вагон. Это был обшарпанный плацкартный вагон, но места были хорошие, посредине вагона. Два нижних и два верхних. Вскоре поезд тронулся, Лали смотрел в окно. Вчера в это же время он приехал в столицу, окрыленный надеждой и ожиданием встречи со своим любимым, а сегодня вечером он уезжал с этого же вокзала, без денег, без надежд и с вдребезги разбитым сердцем.