Цена империи. Выбор пути (СИ)

Десять лет назад пропал младший брат подполковника Петра Васильевича Полковникова, Алексей. За очень солидную мзду получил я документы этого человека. Столкнуться с братом не опасался: он участвовал в Текинском и Персидском походе под командой Скобелева. И в ближайшее время его планировали отправить на Кавказ, командовать 79-й пехотным Куринским Его Императорского Высочества Великого князя Павла Александровича (бывший генерал-фельдмаршала Воронцова) полком.
После неудавшегося покушения на императора Михаила Николаевича я на какое-то время «залег на дно». Сделал я это в Гельсинфорсе. Через полгода перебрался в Варшаву, а еще через три месяца оказался в Москве. За это время в газетах не было сообщений о появлении таинственных фиолетовых всполохов. Встал вопрос: чем заняться? Получалось, что я сделал правильный выбор, причина хронокатаклизма была не в личности Михаила II. Более того, отведя от него удар снайпера я смог восстановить какой-то исторический баланс. Но не обладая возможностью провести математический анализ этих событий, военный я, а не ученый, не мог я точно сказать — это случайное или закономерное затухание хроноактивности, или же результат того, что я так удачно вмешался в исторический процесс? Я не знаю, вообще-то, какой смысл думать, что из-за чего случилось: на руках у нас факт, что сполохи прекратились. Следовательно, могу предполагать, что нестабильная хроноактивность сошла к нулю. Впрочем, я стараюсь и до сих пор выискивать информацию в газетах, а вдруг где-то промелькнет что-то…. Тишина… 
После этого возникает естественный вопрос: что мне предстоит делать? Вернуться я не смогу — билет был в один конец. Был у меня и план максимум: собрать установку-маяк. На сегодняшней материальной базе это даже не фантастика, а что-то из немецкого порно. Нет ни материалов, ни инструментов, ни математической модели. Есть только хорошо отпечатанный в моей памяти принцип построения конструкции, которая, весьма вероятно, сможет стать точкой привязки для исследовательского центра «Вектор». Это в том случае, если они еще работают. А их не разогнали к чертовой матери! Денег проект жрёт немеряно, а пользы, практической пользы, от него пока еще никто не получил. Зубочистку придумал — есть чем в зубах ковыряться, а машину времени придумал, и где ты будешь ковыряться? Вот именно…
Но ведь есть и другие цели, не правда ли?
Что нужно для того, чтобы стать на ноги в России?
Скажу вам откровенно: даже не деньги, а связи и покровители! У какого-то потомка Рюрика в надцатом колене финансовых средств более чем… Но если у тебя нет покровителя в виде какого-то министра али его товарища, губернского ярыжки, письмоводителя, и прочая, прочая, прочая… загнешься по кабинетам всесильной бюрократической системы мотаться — любое твое дело загубят на корню.
Соображалка ведь для чего человеку дана? Правильно! В общем, сумел я как-то вытащить юного княжича Юсупова из серьезных проблем. Потомок татарского мирзы оказался человеком благодарным (имею в виду старого князя, конечно же, а не оного отпрыска). Так что через месяц я оказался владельцем небольшого охранного агентства. Так сказать, работаю по основному профилю. Конечно, любой может сообразить, что неприятности у юного княжича возникли по моей инициативе: проще всего гасить те проблемы, к которым ты имеешь непосредственное отношение. Сделал я это дело эффектно, жестко и эффективно. Семейству местных аристократов это пришлось по душе. Охрану их тушек я организовал по таким стандартам, что и царской охране поучиться было бы чему! Но тут мне поставили условие: более аристократических семейств под крыло своей фирмы не брать. А мне это и надо было! Я с самого начала задумывался о чуть-чуть другой структуре, не столько охранной, сколько охранно-криминальной. В общем, рэкет тоже в этом деле будет присутствовать, да и рейдерские захваты, куда ж без них. Только не надо думать, что при нынешнем диком капитализме никто ничем подобным не занимается. Есть прецеденты. Но вот н таком уровне, как это делаю я….
 
Самое главное — это подбор кадров. Цитату одного выдающегося товарища вам приводить не надо, все ее знают. Так вот — в свою контору я отбирал только солдат, имеющих реальный боевой опыт. Почему не офицеров? Из-за их чистоплюйства и сословных предрассудков. Этакие напыщенные бонвианы мне не нужны. Только те, кто понимают, что такое приказ, и что приказ надо исполнять. Уже в ходе тренировок, я смог выделить из этой бесформенной массы людей жестких группу тех, кто способен выполнить любой приказ. Методики обычные: повязать их общим интересом, общим делом, дать почувствовать вкус богатой жизни. И иметь у себя резерв для особых мероприятий. Нет! Никакого террора или устранения конкурентов! Пока что никакой крови! И вообще — этих людей я готовил совершенно к другим делам. Когда надо будет действовать как диверсанты — пришли, забрали, ушли — без следа и без шума!
Для того, чтобы к услугам моего охранного агентства обращалось как можно больше предпринимателей, мы использовали криминалитет. Но никогда с ними не работали напрямую, а только через цепочки посредников. Никаких рекламных агентов, рассказывающих про нашу охранную фирму, а после визита бандюков с банальным налетом, нет, тут и идиот свяжет дважды два и получит восьмерку! Мы работали тоньше. Ненавязчиво. И вот, к весне этого года я имею три города: Санкт-Петербург, Москва, Одесса, тут мы стоим хорошо на ногах. Еще Нижний, Киев, Харьков, Саратов — тут мы делаем первые осторожные шажки, распугивая конкурентов. Теперь, порешав дела в Одессе, мне надо лететь в Саратов. Конечно, лететь местным поездом это та еще медлительность, доложу я вам, но за неимением турбовинтовых самолетов приходится мириться с наличествующей реальностью. Но в Саратов мне нужно успеть, обязательно успеть! Там мы выходим на новый уровень! Решил я схапать там заводик один механический. И дать ему новую жизнь. Что делать буду? Пока что оружейку: короткостволы и еще чего хочу полезного придумать. То, что для фирмы будет как раз востребовано. Главное — не мы этот завод разоряли. Не мы его охраняли. Но информацию собрали и мне предоставили уже мои собственные кадры! Так что без третьей группы сотрудников — аналитического отдела я как без рук!
В поезде я занял купе первого класса, правда, не один. Со мной ехал Данилов. Есть люди, чью преданность нельзя купить. Он — один из таких. Валериан Данилов происходил из старого донского казачьего рода. Его предки ходили во все славные походы войска Донского, да и во всех смутах отметились, чего уж там. Род был старый, но к старшине отношения не имел. Скорее, их правильно было назвать авторитетными казаками, достаточно зажиточными, не бедными, но и куркулями-мироедами их никто не называл. А вот воинами все как на подбор оказывались справными. А еще не перед кем шапки не ломали, гордыми были. За это и поплатился казак, почти до смертоубийства дошло. Наткнулся на отморозка-аристократа. Тот, видимо, самоутверждался за счет унижения окружающих. Мол, офицер, шапки прочь и всякое такое прочее. И наплевать, что казак человек вольный и перед господином охвицером падать ниц не должен. К своим подчиненным относился как к дерьму, бил морды солдатушкам за малейшую, чаще всего выдуманную, провинность, а уж наказаний придумывал… Вот и попался ему наш казак в недобрый час. Подогретый алкоголем и ощущением безнаказанности, прикрытый денщиком-охранником (подарок папаши-енерала) и в присутствии дам, в ярости решил офицерик наглому казачку морду лица подрихтовать. Валериан держался с достоинством, от наглеца старался увернуться, дело до конфликта не доводить. Живя в сословном обществе, эх… если бы он на земле станичной, а так и помощи ожидать было неоткуда. В общем, денщик накинулся на него сзади, вцепился в руки, а пан штабс-капитан начал ему объяснять на кулаках каково его сословное положение, и кто тут в доме хозяин. После третьей зуботычины не выдержал казак, вывернулся, да в морду охвицерика поцелил, а потом двумя ударами уложил денщика, насмерть уложил. Тут и его благородие пришел в себя, ощутил, что его убивать будут, в общем, спас его денщик-то. Успел достать свой револьвер и всю обойму выпустил в казачка. Произошло это в полусотне метров от квартиры, что я снимал.