Не слышу зла (ЛП)

  
Айви Фокс
 
Не слышу зла
 
От автора
Благодарю вас за приобретение «Не слышу зла».
Я рада, что вы с нетерпением ждете продолжения истории мести «Общества».
Хочу напомнить, что в серии «Общество» переплетающийся сюжет, который раскроется полностью лишь в финале. Хотя каждая история сосредоточена на одной паре и заканчивается на счастливой ноте, все загадки разрешатся только в последней книге.
  
Тем не менее, в этой книге я оставила для вас множество намеков – и несколько ошеломляющих откровений.
Как всегда, я не считаю свои книги мрачными в полном смысле, скорее – в «оттенках серого». Но предупреждаю: здесь затрагиваются темы насилия и жестокости (хотя в основном за кадром).
Если вас это не смущает – приготовьтесь к адской поездке!
Для полного погружения советую послушать плейлист к книге: музыка здесь не случайна.
Истон и Скарлетт не отпускали меня последние месяцы – надеюсь, теперь они завладеют и вашими мыслями на несколько часов.
С огромной любовью, 
Айви.
Плейлист 
The Devil Within — Digital Daggers
Man or a Monster — Sam Tinnesz feat. Zayde Wølf
Glory And Gore — Lorde
Can I Exist — Missio
Devil’s Playground — Natasha Blume
Black Sea — Natasha Blume
Gods & Monsters — Lana del Rey
Hit Me With Your Best Shot — Adona
Devil Devil — Milck
Trouble — Halsey
All Good Girls Go To Hell — Billie Eilish
Dark Star — Jaymes Young
I Ran (So Far Away) — Hidden Citizens
Black Bird — Evan Rachel Wood
Scars — Boy Epic
Shadow Preachers — Zella Day
Demons — Jacob Lee
I’ll Be Good — Jaymes Young
Church — Chase Atlantic
War of Hearts — Ruelle
Far From Home — Sam Tinnesz
Darkside — Oshins feat. Hael
Sympathy For The Devil — Rolling Stones feat. The Neptunes
Путеводитель по главам для любителей жарких сцен, а также для тех, кто предпочитает их избегать.
Глава 12
Глава 15
Глава 17
Глава 21
Глава 24
Глава 29
Глава 31
“Ад пуст, все демоны здесь”. 
— Уильям Шекспир.
  
Пролог
 
Эшвилл.
Вечно переполненный до краев навязчивыми клише и до тошноты напыщенными жестами. Уже ничто в этом городе не способно по-настоящему удивить меня. Однако, видя его жадные выходки вблизи, я все еще чувствую, как подкатывает ком к горлу. Казалось бы, рожденный и выросший в этой обманчивой среде, я давно должен был привыкнуть. Но нет.
Единственное, к чему я действительно привык, это к зависти. Она живет, дышит, и если провести в этом городе достаточно времени, отравит каждую твою мысль, каждый поступок.
А как иначе?
Горькая зависть – единственная естественная реакция на жизнь в городе, чья главная цель – собрать как можно больше влиятельных сливок общества. Но даже Эшвиллу нужны элитарные традиции, чтобы удержать этих псевдоаристократов и не дать им забрать свои миллионы и уехать куда-то еще. Как навязчивый любовник, это жалкое место пускается во все тяжкие, лишь бы желанная добыча не вырвалась из его цепких лап.
За долгие десятилетия Нортсайд отточил свое мастерство соблазнения. Он знает наизусть, какие сети плести, чтобы заманить богачей в этот маленький городок Северной Каролины, сделав его для них постоянным пристанищем. Искусство привлекать самых могущественных людей мира – традиция Эшвилла с тех самых пор, как здесь поселилась семья его основателей.
Ричфилды, возможно, наткнулись на этот клочок земли у границ Каролины случайно, но сумели возвысить его, пережив все эпидемии, войны и невзгоды, выпавшие на долю нашей страны. Этот успех превратил их фамилию в символ престижа, способный соперничать с Ротшильдами1 и Вандербильтами2.
Конечно, за долгие годы – будь то через браки или хитрые сделки – их имя должно было раствориться среди других, как это обычно бывает. Но, вопреки всему, фамилия Ричфилдов, как и их амбиции, сохранилась до сих пор. Они – напоминание о том, что истинная американская аристократия определяется кровью, а не девятизначным счетом в банке.
Раз уж богатым и влиятельным тоже нужно вращаться в "правильных" кругах, лучшее место для этого – родина последних наследников Ричфилдов. А если этот городок еще и потворствует всем их грехам и прихотям, что ж, тем лучше для их раздутого эго.
Меня тошнит от всего этого, особенно от семьи, что стоит за этими амбициями. Та грань, на которую этот город готов пойти, продавая душу, ощущается как едкая желчь в горле, перекрывающая каждый вдох. Яркий пример – жалкий ужин, на который мне велели сегодня явиться.
Каждый месяц престижный Ричфилдский загородный клуб тешит самолюбие местной "элиты", устраивая торжественный прием в честь одного из уважаемых жителей Эшвилла. Мероприятие, где льстят, произносят пафосные речи, проводят шикарный банкет и выставляют столько Dom Perignon Rose Gold, что хватило бы потопить небольшую страну.
Если после этого вас не мутит – значит, вас уже ничто не пробьет.
Уставший от фальшивой обаятельной улыбки, я отступаю в темный угол зала и любуюсь нарочито привилегированной картиной. Даже сладко-терпкое шампанское не помогает проглотить эту фальшивую атмосферу. Все разодеты, смеются, потягивают это чудовищно дорогое розовое пойло – и при этом украдкой оценивают каждого гостя взглядом, полным алчного любопытства. Их поверхностные мысли словно пробегаются мурашками по моей коже, покалывая ее поверхностными заботами.
Она одета в дизайнерский наряд?
Он приехал на новой машине?
Куда они поедут на зимние каникулы?
Какая сделка принесет им еще пару миллионов?
Эти званые ужины – не более чем жалкая отговорка, чтобы перемывать кости тем, у кого больше денег, и злорадствовать над теми, кто не дотягивает. И, к величайшему разочарованию собравшихся, все они меркнут перед тем, кому посвящен сегодняшний вечер – Ричардом Прайсом.
Он не просто владелец одного из крупнейших банков Америки – на его фоне даже JP Morgan и Merrill Lynch выглядят как детские копилки. И если теми финансовыми учреждениями правят советы директоров, то Прайс может похвастаться тем, что его империя принадлежит лично ему. И однажды все это богатство достанется человеку, который даже не его плоть и кровь – Истону Прайсу, его приемышу.
Но вот в чем дело. 
Может, у Эшвилла много грехов, но и у меня их немало.
В конце концов, я – продукт этой среды.
Мое отвращение к тому, как город пресмыкается перед своими богатеями, меркнет по сравнению с омерзением, которое я испытываю, видя, насколько большинство из них недостойны той роскоши, в которой купаются.
Злоба и зависть – мои постоянные спутники, и в этом вся загвоздка.
Я презираю их легкомыслие, но также жажду той власти, что у них в руках.
Истон и его компания – идеальный пример того, насколько несправедлива жизнь. Все они, так или иначе, пустое место, но должен признать: Истон раздражает меня по-особенному. В то время как одни семьи угрожают своим детям лишением наследства, чтобы добиться покорности, Прайс готов положить мир к ногам пасынка – а этот ублюдок имеет наглость плевать ему в лицо. Ну разве это не удар ниже пояса?
Все, что нужно было сделать его мамаше, это раздвинуть ноги, и Истон получил все, о чем только можно мечтать. Включая то, о чем мечтаю я.
  
Богатство.
Уважение.
Власть.
Некоторые из нас ежедневно пашут, чтобы получить хотя бы крупицу того, что ему достается без малейших усилий. Да, фортуна уже давно благоволит Истону. Но он еще не знает, что удача повернется к нему спиной. Кто-то должен был предупредить его: судьба – капризная сука, и ее благосклонность не вечна.