Величие империи (СИ)

Впереди были серьёзные разбирательства, выявление преступников и героев. А пока Елизавета и Анна Леопольдовна должны были с триумфом войти в Зимний дворец.
На крыльцо дворца выбежал ошарашенный, с взъерошенными волосами, с шальными глазами сумасшедшего человека — Андрей Иванович Ушаков. Рядом с ним тут же появилось порядка двух десятков бойцов. Они не направляли оружие. Все были растеряны.
  
Я махнул рукой, и группа захвата Фролова тут же начала работать. Это уже три десятка бойцов — настоящих рукопашников, с которыми могу сравниться разве что я сам. Минута — и все лежали мордой в пол. Ушаков был поставлен на колени. Очень интересно будет посмотреть, когда теперь уже я приду в пыточную. Когда сниму с дыбы Артемия Волынского и повешу туда Ушакова.
— Изменник! По твоему наущению началась война со Швецией! — тут же определил я статус Ушакова.
Мои бойцы схватили его и повели прочь, чтобы глаза не мозолил и не провоцировал меня. Елизавета даже бровью не повела.
Престолблюстительница Российской империи, а следом за ней и мать будущего императора, вошли в тронный зал, чтобы в первый раз, но не в последний, объявить о той системе управления Российской империей, которая будет действовать до совершеннолетия ещё не родившегося ребёнка.
Я смог это сделать! Но сколько же впереди еще работы!
  
Глава 3
 
Мы оставляем в наследство нашим детям только две вещи — корни и крылья.
Ходдинг Картер
Петербург
22 сентября 1735 года.
Вокруг творилось сущее безумие. Но, как ни странно, хаос был в целом управляемый. Ситуацию удалось взять под контроль, и серьезных нарушений правопорядка или каких-либо эксцессов не было. Ну, если только не считать резкий всплеск количества дуэлей, банальных кабацких драк. Ну так и бочек с пивом выкачено было столько, как Петербург выпивает за пару недель.
И все же безумие творилось, скорее, в головах людей, которых получилось накрутить так, что я и не рад был. Тут смерть императрицы. Тут восшествие, пусть и временное, Елизаветы. И одновременно не нарушается завещание Анны Иоанновны. Смерть и праздник. Выражение «смех сквозь слёзы» приобрело для меня новое звучание.
И такие эмоциональные качели сказывались на общей атмосферы праздника растерявшихся людей. Даже во дворце не было ни одного человека, который находился бы в душевном спокойствии. И мне докладывали, что и на улицах таких людей сыскать невозможно. Кто-то рыдает, кто-то веселится. А часто это одни и те же петербуржцы.
Порой человек, который только что плакал и стонал, уже через некоторое время ликует и смеётся нездоровым смехом. Возможно, на эти эмоции влияет то, какую именно чарку он выпил в трактире или ресторане. За упокой, или же за здравие.
Уже не только подконтрольные нам рестораны и трактиры выкатывали бочки с вином, пивом и другими напитками. К этому празднику присоединились почти все хозяева трактиров в столице Российской империи. Причём я уверен, что далеко не все знают о решении компенсировать затраты трактирщиков в полном объёме.
А узнают, так и вовсе начнется попойка тысячелетия с непредвиденными последствиями. Ведь можно теперь выкатывать людей нелеквид, или откровенно кислое пиво.
Тон в поминках и одновременно праздновании разрешения политического кризиса задавали, конечно же, наши питейные заведения. Сюда можно было прийти любому желающему и выпить две чарки водки, где и шампанского или венгерского вина. Одна стопка или бокал будут обязательно за упокой души Её Величества Анны Иоанновны, а вот второй раз приложиться к хмельному напитку можно уже по праздничному, радостному поводу.
Петербуржцы пили за здоровье Её Великого Высочества, престололюстительницы, дочери Петра Великого — Елизаветы Петровны. При этом слово «престолоблюстительница» становилось своеобразным тестом на трезвость.
Новости о том, что началась война, по Петербургу пока не распространялись. Готовился новый выпуск газеты «Петербургские ведомости». Но это будет завтра, то же с самого утра. И вновь случится игра на чувствах людей.
На страницах пока единственного периодического издания Российской империи я собирался воззвать всех петербуржцев, москвичей, жителей иных городов сплотиться вокруг проблемы и вероломного нападения Шведского королевства на Российскую империю.
Это цинично и может быть преступно, что я собираюсь использовать эмоции и чувства людей для наполнения военного бюджета. На фоне таких событий, как смерть одной императрицы и решение вопроса с престолонаследием, людям будет предлагаться внести свой существенный вклад в разгром коварного и вероломного врага.
Кроме того, наконец-то, добравшись до печатных мощностей «Петербургских ведомостей», я обязательно выпущу несколько статей для формирования из шведов образа истинного врага: коварного, жестокого, ненавидящего всех русских и вообще не людей, а зверей.
И не только вопрос в деньгах. Существует еще один очень важный вопрос — патриотизм и осознание себя русским человеком, пусть россиянином. Пока еще существует понимание, что подданный русского императора, но не русский человек.
Я же хочу создать идеологию Русского Государства. Каждый русский, кто служит только России, кто уважает русские традиции, кто готов ради Отечества, а уже потом ради царя или царицы, умирать. И башкир — русский, пусть и мусульманин. Главное — он будет сражаться за общее Отечество.
В покинутом мной будущем пытались создать похожую концепцию общества России. Я же, имея понимание о принципах пропаганды, могу начать эту работу.
Пора бы использовать те информационные технологии, которые есть в будущем, которые, если я это не сделаю, то возникнут лет так через пятьдесят, и то в зародыше, и то не в России. А часто так и против России.
Я же понимал, что и как делать, чтобы даже нищий горожанин с решительностью и злыми глазами отправился отдавать свои последние деньги на защиту Отечества. Причём, ещё вчера он, скорее всего, и такого слова не употреблял, но сегодня он уже истинный патриот.
Люди в это время ещё весьма и весьма наивны. Если есть технологии, которые могут повлиять на привередливые и чаще образованные умы людей из будущего, то на современных людей, не имеющих прививки от лжи… Да они станут фанатичными и преданными патриотами своей страны и всего того, что в ней происходит.
Подобный патриотический подъём сейчас необходим для России. Мы стоим перед обрывом, империя рискует просто надорваться. И тут либо оттолкнуться от обрыва и взлететь, махая крыльями из бумаги с газетными статьями, ну а второй вариант развития событий куда как менее предпочтителен: Россия падает в пропасть. И деньги для полета чуть ли не важнейшее топливо.
Так что работы очень много. В том числе и военной.
В этой неразберихе я принял на себя практически командование петербургским гарнизоном и не от себя лично, а от фельдмаршала Антона Ульриха начал отсылать приказы в различные воинские части, чтобы все они выдвигались к Петербургу.
Да, этих воинских частей, в Новгороде, Ладоге, Пскове, Москве осталось крайне мало. И есть опасность того, что города, оставшиеся без полицейского надзора захлебнуться в бандитизме. Ведь функции полиции исполнялись практически всеми воинскими частями. А в Москве и Петербурге этим занимались гвардейцы.
Так что если не будет военной силы в городах, то может начаться разгул коррупции, преступности. Ещё не хватало того, чтобы бандиты начали сбиваться в серьёзные и организованные преступные группировки. Но их потом вычислим, элементарно перестреляем без суда и следствия. Но проблема эта может стать в полный рост.
  
И уж лучше сражаться со своими бандитами, чем наблюдать за тем, как продвигаются вглубь России шведы. И в том была моя боль, моя тревога, моё волнение — я не знал, как и где сейчас находятся шведские войска, куда они идут, осадили ли какие наши крепости.
Все распоряжения мной даны. Сейчас идет формирование и моей дивизии. Рекруты, которые только набирались, к обучению которых еще не приступили, так же прибудут. И нет, это не пушечное мясо. Большинство солдат, предназначенных для мой дивизии уже стрелянные, или набраны из малоросских казаков, которые хотя бы должны знать с какой стороны подходить к фузее.