Квартирант (СИ)
- Давай спустимся, - предложил Костя и начал спускаться по засыпанной снегом тропинке, цепляясь руками в перчатках за кусты бузины, росшие на склоне.
☐ ☑ ☒
Антон и моргнуть не успел, как Костя уже падал в реку. Вот он еще спускается, а вот уже скользит прямиком в воду, проламывая лед и уходя с головой.
- Блядь!
Хватаясь за ветки, чуть ли не съезжая на заднице, Антон вмиг очутился на берегу, с ужасом вглядываясь в проломленный лед, в глазах закипали слезы, он шмыгнул носом, судорожно расстегивая пальто, как Костя вынырнул. Все действо не заняло и минуты.
- Костя! - заорал он и шагнул в воду.
Костя неловко поднимался, хватаясь за лед, и, увидев Антона, крикнул:
- Куда?! А ну назад!
Их разделяло буквально три шага, и Антон тут же преодолел их, хватая его за руку и вытягивая на берег.
- Тебя-то какого черта в воду понесло? - спросил Костя, стуча зубами. - Тут воды у берега по колено, чего поперся?
Антон, бледный с горящими глазами, неверяще уставился на него.
- Откуда мне знать глубину, дубина?! - вспыхнул он и начал стягивать пальто.
- Ты что делаешь?
- Ты же мокрый, хоть не так замерзнешь.
- Я уже так замерз, что мне только топка и чарка помогут.
Они начали, оскальзываясь, подниматься по тропинке, но из-за мокрой обуви постоянно съезжали. Антон аж взмок, Костя же посинел еще сильнее, его тело содрогалось от крупной дрожи, а зубы начали постукивать.
- Может, обойдем по нормальной дороге? - пыхтя, спросил Антон, с трудом удерживая в очередной раз поскользнувшегося Костю.
- Слишком далеко и неизвестно, везде ли берег проходимый…
Антон посмотрел на Костю и ужаснулся: его губы стали белыми и весь он выглядел совсем заиндевевшим. Остановившись, он решительно стянул с себя пальто и набросил на плечи Косте — натянуть его нормально на мокрую куртку не получалось.
- Что ты делаешь придурок? Заболеешь же.
- Слушай, побудь здесь, я сбегаю в дом за помощью и приведу деда Гришу с Николаем, - Антон попытался рвануть вверх, но Костя успел схватить его за свитер непослушными пальцами.
- Стоять, Гаечка! Обойдемся без Чипа и Дейла!
Когда они все-таки добрались до дома, изморозью был покрыт не только Костя, но и Антон, взмокший от усилий, а Таня, увидевшая их первой, вскрикнула и выронила миску с оладьями, разлетевшимися по всему полу.
- Господи, что случилось?! - она бросилась к ним, стягивая с Кости Антоново пальто и тут же хватая самого Антона за плечи, ощупывая его. - Да вы мокрые совсем!..
К ним кинулись остальные, помогая стаскивать одежду с Кости, так как Антон сумел отбрыкаться, объяснив, что с ним все в порядке и он не мокрый, это снег тает. Правда, ноги он промочил, и пока раздевали Костю, присел на табурет и, сняв с себя кроссовки и мокрые носки, пристроил их на батарею и поплелся в их с Костей комнату переодеваться. Запасных кроссовок у него не было, но запасные носки, футболку и спортивные штаны он взял — мало ли где спать придется, а вдруг на полу? Он же не знал, что им выделят нормальную комнату. Кое-как развесив свою одежду на батарее, он вернулся к остальным.
- Полезли в реку все-таки, стервецы! - бурчал дед Гриша, разжигая печь.
В доме было проведено отопление от газового котла, но дед считал, что настоящее живое тепло можно получить только от печи. Возле нее теперь и устроили Костю, замотанного в грубое шерстяное одеяло, на столе сушились ключи и разобранный мобильник.
- Да нормально все, - бормотал Костя, - давайте я просто в постель залезу и там и согреюсь.
- Вот, - показала принесенную бутылку с самогоном баба Маша, - сейчас тебя разотрем, напоим горяченьким чаем с медом, сразу и согреешься. Давай, - она сунула бутылку в руки Антона, - разотри друга, как раз и сам согреешься, а я белье теплое принесу, ага.
Антон крутил в руках бутыль, стараясь не смотреть на Костю — как он, на фиг, сейчас растирать его будет? Подошла Таня:
- Давай, Антон, не тормози, вытаскивай пробку, и разотрем уже нашего моржа.
Антон с трудом вытащил плотно скрученную бумажку, затыкавшую горлышко бутылки. Таня сдвинула с плеч Кости колючее одеяло, плеснула в руку самогонки и начала растирать плечи.
- А ты давай займись передом, - бросила она Антону.
Ага, передом. Антон налил в ладонь самогона и быстро начал размазывать по руке Кости, начиная с ладони.
- Хорошенько три, не жалей, чтоб аж кожа покраснела, - посоветовала подошедшая с комплектом исподнего баба Маша.
☐ ☑ ☒
- Это еще что? - с отвращением глядя на голубые кальсоны и футболку с длинными рукавами, спросил Костя.
- Бери-бери, это дедово, новое совсем, - баба Маша положила белье ему на колени.
- Это не то ли, что я отцу еще лет пятнадцать назад дарила? - с подозрением уточнила Таня.
- А если и то? - с вызовом ответила баба Маша. - Как раз Костику пригодилось! Давай, сынок, сейчас мы тебя разотрем хорошенько, и наденешь. Да кто ж так трет? - тут же возмутилась она на Антона. - Вот так нужно!
Она схватила Костю за руку и с силой стала быстро растирать самогон, да так, что Костя ойкнул:
- Полегче, баб Маша.
- Молчи и терпи! - отрезала она и снова к Антону: - Понял? Три, чтоб кожа разогрелась, что ты его гладишь? Он тебе не кошка.
Антон, занавесившись волосами, чтобы скрыть порозовевшие щеки, начал активнее растирать правую руку, пока баба Маша растирала левую.
- Фух, - выдохнула она. - Пойду чаю тебе с травками заварю, - она сняла полотенце, накрученное на голову Кости, и потрепала его по волосам. - Ничего, сейчас быстро возле печи согреешься. А ты, Антоша, активнее, активнее. Это быстро нужно делать!
Антон, боясь поднять глаза, стал работать немножко быстрее, он чувствовал, как под пальцами холодная влажная кожа согревается, краснеет. Он перешел на грудь, плечи уже растерла Таня и теперь вовсю занималась спиной. У Кости было красивое тренированное тело, не раскачанное, но достаточно рельефное, такое, что и рукам приятно, и глаза радуются.