Правила отхода (СИ)
Лично мне на это было плевать. Просто у меня, в этой реальности, даже знакомых мало. А уж Джо Оттам, и вовсе друг. И помочь ему я считаю своей обязанность. А для этого и черные должны получить свою серьгу. Ну, я уже говорил…
Как бы то ни было, меня практически принудили не расслаблятся, а организовать встречу по вопросам Выставки Кхмерских Сокровищ. И я часа три провисел на телефоне…
Я, бывало, задумывался о благотворительности. В основном, когда с ней сталкивался. Мысли были противоречивые.
Понял лишь, что ничего не понимаю. Как я смог увидеть, американская благотворительность — тоже занятная штука.
В той реальности я исполнился скепсиса. Помнится , в конце— концов, заявил одному весьма хорошему человеку, собиравшему деньги для чего то там. Старик, без обид, если увижу сиротку, и пойму, что могу помочь — помогу. А давать деньги всем этим фондам…
Нет, поначалу я много и охотно жертвовал. Пока однажды, известная пожилая актриса, режиссер, очень и очень талантливая тетка, мне не сказала:
— Ну вот чего ты, Петя, с этой Чулпан так носишься?
— Хорошее дело она затеяла. Реальное. Девчонки молодцы.
Мы сидели у нее дома. Я иногда заскакивал к ней на чай, и поболтать. Она курила Мальборо, и была цинична и великолепна. По ТВ показали благотворительную рекламу.
— Скажи, Петя. — усмехнулась пожилая звезда подмостков –этот фонд, автомобиль с водителем Чулпан выделил?
— Ну да, и что?
— И все.
Это был первый звоночек. Нет, я не разуверился. Хотя актриса тогда меня ехидно спросила, какая разница, кому принадлежит авто, что тебя возит? Но я задумался.
А потом друзья меня притащили на благотворительный концерт, в помощь фонда Доктора Лизы. Все было здорово. Еще живая Доктор Лиза, Налич, Шевчук, Земфира, еще куча классных исполнителей. Крупный федеральный политик, со сцены, тепло поблагодарил доктора, и вообще все были в умилении. Я был в восторге.
Но, спустя пару лет, я ехал с приятелем по Тверской. Рядом с метро «Маяковская», он показал мне на строящееся здание.
— Это, тому федеральному политику, землеотвод под «Фонд Лизы Глинки» выделили. Неплохо, да?
Я прикинул на глаз.
— Если продавать — миллионов тридцать бакинских?
— Ха! Стали бы из за такой мелочи заморачиваться! Уже сейчас пара сотен.
И я, при всей симпатии, как то подуспокоился. Ну да, и так люди себя обеспечивают. В конце — концов работа благотворителем тоже должна оплачиваться…
Встреча организаторов « Выставки Кхмерских Древностей и Сокровищ Индокитая» состоялась уже в четыре часа дня. Я, честно говоря, был в бешенстве. Почему все так быстро? Чувствовал себя, словно на диком жеребце, что несет меня по лесу, не разбирая дороги, и непонятно куда. То есть, совершенно не контролировал ситуацию.
Встреча состоялась в отдельном кабинете ресторана отеля « Плаза». Все остальные участники переговоров не то что считали такой темп событий нормальным, но были намерены еще ускориться.
На встрече присутствовали:
— миссис Айрин Паттерсон — дочь конгрессмена, выпускница Гарварда, видный участник «Международного женского союза за мир и свободу», инициатор, и идеолог предстоящего мероприятия, ответственная за переговоры с муниципальными и властными структурами.
— мистер Эдгар «Тед» Миллер — предполагаемый куратор выставки, выпускник и профессор Смитсоновского Колледжа, округ Колумбия. Близкий знакомый Жаклин Кеннеди. Человек, специализирующийся на древней культуре Индокитая.
— мистер Франклин Вестертон — тридцатилетний археолог, выпускник Принстона , обнаруживший и раскопавший наш древний клад в дебрях северо-западной Камбоджи.
— мистер Питер Готти — юрист, выпускник Принстона, представитель Гарри Карапетяна. Гарри Карапетян — крупный бизнесмен оплативший экспедицию в Индокитай, и являющийся владельцем сокровищ.
Я был представлен как хороший знакомый миссис Паттерсон, и мистера Готти. Человек, благодаря которому и родилась идея выставки, и организатор встречи.
Сказать что я был в шоке— ничего не сказать. С Айрин все понятно, она придумала и подготовилась. Но то, что мафия, за пару дней, нашла не только кандидата в формальные владельцы, но и кандидата на Индиану Джонса— добытчика кладов, меня потрясло. Тем более что, перекинувшись с археологом парой слов, я понял что он и вправду недавно из Камбоджи!
Дальше были обычные, хоть и интенсивные переговоры, сдабриваемые неплохими напиткам, что таскал официант. Ну, обычная фигня — страховка, помещение, что выделяет музей, каталогизация, сроки выставки, презентация и еще миллион вопросов. Все были собраны и деловиты. Разве что, мистер Миллер горел глазами, и настаивал на немедленной возможности пожамкать настоящие древности.
Перед каждым лежал сделанный нами еще в Лос-Анджелесе каталог, какие-то бумаги, и все пылали энтузиазмом. Я чувствовал себя лишним.
Неожиданность случилась уже в конце встречи. Мистер Готти, в ответ на вопрос, какова дальнейшая судьба экспонатов, ответил:
— Мы предполагаем, еще до официального открытия выставки, три дня закрытых показов по приглашениям. Потом провести закрытый же аукцион. Среди нескольких близких нам по духу бизнесменов. Победитель этого аукциона — подарит Метрополитен музею, и городу, эти сокровища. С освещением в прессе, все как положено. После этого, я думаю, это станет постоянной выставкой.
Тут я уже откровенно при@уел. Уже даже найдена жертва, что расстанется с огромными деньгами по приказу Дона Гамбино! Я еще только собирался поинтересоваться предполагаемой выручкой. Но меня опередила Айрин:
— Отлично, мистер Готти! Мне кажется— мило улыбнулась она — десять процентов от этой суммы, продавец обязательно пожертвует «Международному женскому союзу за мир и свободу».
И внимательно посмотрела на Питера Готти. Он крепкий парень, но все же не сдержался и воскликнул:
— Айрин! Это же … если не рэкет, то уж точно вымогательство!
Несколько мгновений за столом стояла тишина, а потом все грохнули. И я понял, что все присутствующие все понимают. Возможно, даже гораздо лучше меня.
А еще, я зауважал мистера Готти. Я думал, он пойдет звонить боссу. Но он подумал, покурил, и согласился с Айрин. Да, миссис Паттерсон, прессе это понравится…
Пресса подуспокоились. Не толпились на входе в отель. Но, на всякий случай, мы с Айрин вышли через боковой выход. Тот, что ближе к Пятой авеню. Пойдем, пройдемся, Питер. А то вы так накурили…
Совещание закончилось тем, что мистер Готти увез с собой мужчин, а я, взялся посадить Айрин на такси. Мы перешли Западную, свернули налево, и совсем скоро зашагали по Пятой.Темнело, повсюду загоралась реклама. Было тепло. Она взяла меня под руку, и поинтересовалась планами.
— Я сейчас в Бруклин поеду. Нужно с Ти побеседовать, а то с утра не было времени.
— Я не про сегодня, — засмеялась она — а вообще.
— Ну, — я пожал плечами — слетаем на Тортолу. А потом я намерен осесть во Франции. Найду себе какое-нибудь занятие. Женюсь. Как думаешь, миссис Девенпорт про меня не забыла?
Она остановилась и развернулась ко мне.
— Ты знаешь, сколько я сил потратила, что бы Линдси оставила свои фантазии насчет тебя?
— Но за что ты меня так, Рин?! — засмеялся я.
Только она была серьезна. И, снизу вверх, уперла взгляд в мои глаза.
— Когда у Джо есть такой друг, мне спокойнее. А если ты женишься на Линдси, то мы с Джо потеряем и друга и подругу. Я-то ее отлично знаю.
— Какая ты собственница! И что, я теперь так и останусь одиноким и всеми забытым?
Я махнул проезжающему такси. Водитель прижал машину к тратуару, оббежал авто, и предупредительно открыл заднюю дверь. Айрин чмокнула меня в щеку, и сказал:
— Когда ты найдешь ту самую, ты ни у кого не будешь ничего спрашивать. Не благодари, Питер. Ты заметил, где мы с тобой остановились?
Я огляделся, и вопросительно на нее уставился.
— Это Bergdorf Goodman, Грин. Универмаг. Купи себе приличный костюм! Не позорься!