Война (СИ)

— Милый, ты мне серьги, с брюликами подарил!
— Сними их, у меня есть мысли. — Она начала снимать, а я сходил в прихожую и принёс посох с кристаллом, набитым энергией жизни.
Она протянула мне серёжки, я взял одну и перекачал в неё всю энергию. Что и требовалось доказать! Наш бриллиант намного больше в себя вмещает энергии, чем их кристалл. Если в кристалле посоха было битком, а сам кристалл размером с яблоко, то бриллиант размером с горошину, не заполнился даже наполовину.
Я опять сходил в прихожую и взял ещё один посох. Прям там провёл операцию со второй серёжкой и поставил оба посоха назад. Хорошо что я догадался на выходных переделать энергию. Те посохи, что были с жизнью, я сразу отдал Никифоровне. Нориус не объяснил, почему энергию жизни так просто переделать в смерть и наоборот. Дело в том, что между ними очень тонкая грань. Когда ты отбираешь жизнь, она превращается в смерть. А когда смертельно раненного накачиваешь жизнью, смерть отходит в сторону. Вот так всё просто. Это стихии невозможно переделать. Их и смешать считалось тяжело, не считая огня с воздухом и воды с ним же, до нашего появления. Мы им тут все стереотипы сломали своей магией. Эво как Нарвус удивлялся, когда у меня воздух сам по себе горел.
Я вернулся к жене в гостиную и вернул ей серьги. Брюлики приобрели оттенок магии жизни, который было видно обычным зрением. Энергия в них, плескалась при движении, как волны на море. Настя была в восторге. Я объяснил ей что я сделали сказал, что в случае необходимости, у неё есть накопленная жизнь. Бриллианты, как и кристаллы, сами запечатывали в себе энергию, не давая ей выйти наружу.
— Ну что, солнце, смотаемся?
— Давай! А что конкретно тебе нужно?
— Ты шапку Мономаха помнишь?
— Да!
— Вот нечто подобное, мне и нужно! — Я взял её за руку и сиганул в хранилище.
Хорошо, что нам ненужно возиться с замком и отвлекать охрану. Мы прыгнули сразу в хранилище. Настя подвела меня к ящикам, где лежали все камушки. Поиски не обвенчались успехом. Придется искать ювелира. Я выбрал то, из чего можно было спаять конструкцию и взял на пробу два рубина и три изумруда. Потом мы сиганули в фойе здания, к охране.
— Здорова, бойцы! Как служба? — Те вздрогнули от неожиданности. Стоит отдать им должное, они не были заняты чем-то неправильным.
— Вы так не пугайте!
— Вы ко всему должны быть готовы?
— К вашему появлению, невозможно подготовиться, я чуть в штаны не наложил! Извини, Насть!
— Да ничего! — Настя пожала плечами.
— А вы к нам чего, с инспекцией? — Боец посмотрел на своих напарников.
— Нет, мы в хранилище были, вот и вас тоже решили проведать!
— Спасибо за внимание! — Бойцы выдохнули с облегчением.
— Вам ничего не нужно?
— Нет, спасибо!
— Ну мы пойдём тогда, спокойного дежурства, пацаны!
— Пока, пока, мальчики! — Настя улыбнулась охранникам и мы исчезли.
Дома за десять минут, ничего не изменилось, разве что ужин был готов и нас позвали кушать. Молодёжь, на удивление, уже были в столовой и уплетали кашу, все трое.
— Мишань, как дела у тебя?
— Хорошо!
— Ты сегодня даже не поздоровался со мной, в конюшне! — Я уселся за стол.
— Извини, я забегался. — Мишка склонил голову.
— Ничего. Так а дела у вас как?
— Хорошо, дядя Нориус сказал, что нам ещё стуков привезут. — Девчонки на его слова, синхронно кивнули.
— Это хорошо, а Димка где? — Я потрепал Мишку по голове.
— Да он на радио опять. Сказал, вечером будет.
— У нас радио работает?! — Я удивился.
— Да. А ты что не знал?
— Нет, я знал что его наладили, но что оно в эфире, я не знал! — Мне поставили тарелку с макаронами по-флотски.
— Да, он теперь все время там пропадает. — Мишка кивнул сам себе и засунул ложку каши в рот.
— Ну так а вы, чего не на радио? Собрались бы втроём и сделали передачу для детей, международную. В дневное время.
— А что, можно?
— Конечно можно! Вон дядя Нориус, пусть возит вас туда сюда. А чего, час-полтора, классно же!
— Круто, спасибо, Сергей! — Девчонки, с непониманием переглядывались.
 
— Да не за что! — Я потрепал его опять по голове. — Вы только придумайте сценарий, музыку подберите. Передача то для молодежи должна быть, чтобы приветы передавать, звонить, песни заказывать. Так что доедайте и чешите готовить сценарий. Я с Димкой договорюсь, чтоб помог и объяснил вам всё. Договорились?
— Угу! — Мишка ускорил движения ложки. — А как мне представляться в эфире?
— Ну не знаю, придумай! Можешь моей фамилией представляться, ты же наш сын, как никак. Думай короче, ты уже парень взрослый.
— Я понял! — Он как-то прям по взрослому мне ответил, я аж обрадовался.
— Ты вон, девчонкам объясни что к чему, а то ни как не поймут о чём мы!
— Угу. — Они доели и убежали в комнату. Мы с женой тоже покушали и переоделись. Я в офис решил чуть пораньше прийти. Нужно ещё с секретаршей поговорить. Мы с Настей переместились в приемную офиса. Ксюша была на месте, Настя перешла в конференц-зал, а я остался.
— Привет, Ксюш!
— Ой, привет, Сергей! Мне тут Клавдия Ивановна, оставила бумагу тебе на подпись, вот посмотри. — Она протянула мне лист бумаги, отпечатанный на каком-то навороченном принтере.
На листе, сверху, был наш новый герб, а на фоне нашего нового флага, был написан текст приказа, о переименовании, золотыми буквами. Снизу, по-фамильно, были указаны все соратники, с местами для подписи и моя фамилия стояла во главе списка, с приставкой «Князь». Вот, дожился, простой строитель, а князем стал. Просто сказка какая-то.
— Я это с собой возьму, сейчас на совещании, все сразу и подпишут. — Многих подписей ещё не было.
— Хорошо, только мне потом верни, нужно будет за ламинировать.
— Хорошо. Ксюш, у меня есть просьба.
— Ой, конечно, Сергей, что угодно!
— Нам нужна книга, родовая или метрическая, не знаю как правильно. Нужно туда всех, попарно записать, кто уже семьи создал, а потом их детей и так далее, чтобы избежать кровосмешения дабы максимально соблюсти чистоту людской крови. Я конечно не против союзов с джорини, их должно много к нам скоро перебраться, но чтобы наша кровь, оставалась максимально чистой. Сделаешь?
— Конечно, но на это потребуется какое-то время.
— Сколько угодно — но не затягивай. Обсуди с Клавдией Ивановной, пусть поможет тебе. Ты кстати, чего тут так поздно сидишь?
— А что мне дома делать. Я же с Сергеем встречаться начала, а он вечно пропадает где-то!
— Ясно, ну крепись тогда. Эти вояки, вообще не домоседы! Ладненько, пойду я!
— Ой, хорошо! Скоро остальные уже придут. Вам что-нибудь нужно?
— Нет, Ксюш, спасибо! — Я развернулся и открыл дверь кабинета. Настя сидела в моем кресле и, закинув ног на стол, что-то читала в планшете.
— Слушай, это же теперь нам и моду самим придумывать! — Она оторвалась о планшета, как только я вошёл.
— Чего это ты вспомнила?
— Да вот, нашла старую подписку, на журнал «Бурда», от старых хозяев планшета, вот и вспомнила. — Я подошёл к ней сзади и положил руки на плечи.
— Ясно. Но у нас же Никифоровна есть, вот пусть и будет законодателем моды.
— Ты не много на неё нагружаешь? — Настя посмотрела на меня через плечо.
— Ничего, она три срока ни хрена не делала, вот пусть и занимается!
— Да уж! — Настя опять уткнулась в планшет. В этот момент зашёл Данил.
— Привет!
— Здорова! Проходи, падай! На вот, подпиши!
— Что это?… А, понял! — Он взял ручку, поставил подпись и вернул приказ мне.
— Настюш, тебя тоже касается! — Я подвинул ей бумагу.
— Ага! — Настя бросила взгляд на приказ, потом положила планшет и подписалась.
Начали подходить все остальные, я передал бумагу по кругу, Настя уступила мне кресло, я уселся и стал ждать, когда соберутся все. Бумага ко мне вернулась со всеми подписями, когда вошли наши гости. Я жестом пригласил их рассаживаться, а сам, поставил, наверное главную подпись в своей жизни.