Война (СИ)

— У нас сейчас заняты все, люди естественно на ключевых постах, но все при деле, кроме тебя дармоеда. Хотя ты у нас самый сильный, поэтому тебе никто ничего и не говорит.
— Вот как? — Я улыбнулся.
— Лида, ну не издевайся ты над ним! — Клавдия Ивановна за меня вступилась. — Сама же знаешь, что это не так!
— Знаю! Ну так я же шучу! — Она засмеялась.
— В каждой шутке, есть доля шутки, но я тебя услышал! — Я серьёзно на неё посмотрел.
— Да ладно тебе, знаешь же, что я пошутила! — Она в миг стала серьёзной.
— Знаю! Ладно, забей! — Я снова улыбнулся, но только ей и ободряюще.
Серёга ещё раз попытался навязать нам в поездку охрану, но я в очередной раз отказался. Пусть видят, как мы им доверяем. Никифоровна сказала, что убрали весь виноград с полей, успели таки. Сейчас на винзаводе идёт тотальное изготовление вина. Анжела с Джексоном ничего нового не сказали. Данил поделился новой аэросъёмкой, которую наснимали его подопечные из кружка безпилотников. Клавдия Ивановна сказала, что детишки к отъезду готовы, которые поедут учиться. Их всего-то девять. Парни и девчонки от пятнадцати, до восемнадцати лет. Ксюша сказала, что нашла себе помощниц, в княжескую канцелярию. Они подобрали себе кабинет и помощницы уже работают.
Узнав об открытии бывшего Гудзона, сегодня в обед, я позвал желающих присоединиться. Серёга отказался, они поедут устанавливать генератор. Правда к вечеру обещал прибыть, нас проводить. Димки на планёрке не было. Он уже с утра на радио свалил, на автобусе с работягами. Славик меня заверил, что по его части всё без изменений. Реактор работает в штатном режиме и проработает ещё четверть века, правда потом надо что-то думать. На мой вопрос Ксюше, о том, кто же теперь возглавил секретариат, она, посмотрев на Данила, сказала, что там теперь его жена — Вера, а у неё две помощницы. Ну что ж, вроде всё обсудили, на часах было почти одиннадцать. Я решил закруглять собрание. Если у кого-нибудь возникнут неотложные вопросы, меня всегда можно найти. За всё время планёрки, что Андрей, что Серёга, очень подозрительно на меня косились, но они ничего не спросили, и сам я ничего не стал говорить. Перед расходом определили состав посольства. Это были мы с женой и малым, плюс наши питомцы, Катя с Женей и Димкой, Нориус с семьёй, армяне, студенты и технолог-нефтянник. Я и армяне отказались лететь без машин, и мы попросили их заправить, а так же приготовить шмелей для транспортировки. Вспомнив о желании Нориуса, я распорядился приготовить для него ещё одного шмеля, думаю он обрадуется возможности быть на машине. И того летело три шмеля с грузами, одна стрекоза для армяней, студентов и технолога, а другая для всех остальных. Армяне везли с собой ещё и своих джоринок.
После собрания, до открытия оставалось ещё полтора часа, я потащил жену на верх, выполнять супружеский долг. А после, к назначенному времени, мы с Настей сиганули к центральному входу торгово-развлекательного центра.
Народу было не много, но зато представители всех трёх расс. Все были нарядные, все счастливые. Алла с Леной лучились улыбками. Мы разрезали ленту, вскрыли шампанское и поздравили девушек. Они, по моей просьбе, назвали Гудзон «ТРЦ Семейный». Мы прошли внутрь, прошлись по первому этажу, здесь были открыты магазины, в основном шмотки, на втором сделали кафешки, национальной кухни трёх расс. На третьем также остались кинозалы с боулингом, а на четвёртом фитнес центр. Короче переделали только второй этаж. А вот в «РЦ Южный» шёл ремонт. Девчонки планируют открыть в нём детский центр, правда он станет актуальным когда у всех родятся дети, а пока ремонт. В кинотеатре обещали показать фильм, одновременно во всех залах и бесплатно, чтобы все желающие могли придти.
Так, в общем то не заметно, пролетело время до вечера. Мы с Настей сиганули домой собираться и в семь вечера уже были на парковке. Клавдия Ивановна, поймав меня, сказала, что забыла на планёрке сказать о свадьбах. Дело в том, что многие пары, да что многие — все, захотели узаконить свои отношения, в связи с многочисленной беременностью женщин. Поэтому необходимо провести торжество. Я покивал согласно и попросил приготовить всё на субботу. Документы поимённо, чтобы не задерживать процесс.
 
Потом мы сели в машины и поехали в аэропорт, уже перестроенный из Магнита. На ВПП уже сидел наш транспорт, ожидая полёта. Мы погнали машины сразу к шмелям. Машины нам не только заправили, но и намыли, и натёрли воском. Так что мой чёрный, тонированный таурег, ярко блестел в лучах заходящего, зелёного солнца. Как я и думал, Нориус тоже поехал на своём мерине, ещё бы, такой комфорт. Армяне были на двух бэхах. За нами приехал грузовичок, с водителем — джорини и разгрузил кучу канистр с топливом.
Отправив машины, мы прошли к зданию аэропорта, с гордой надписью «Аэропорт Княжества Новоросс», к толпе провожающих. Долго прощаться не стали, я лишь сказал ещё раз прапору, что он главный и мы пошли к стрекозам. Это не первое моё путешествие в этом мире, поэтому ощущений не было никаких. Я просто развалился на диване и приготовился спать. Прибыть мы должны были в десять утра. Через час Женя не выдержал и предложил выпить. Короче, мы изрядно выпили и я благополучно проспал весь полёт. Утром меня отпаивала наша служанка.
Комитет по встрече был внушительным, на взгляд, несколько тысяч разумных. Наши ветролёты присели на землю и комитет, во главе с Джориусом и Нарвусом, подошли вплотную к нашему транспорту. Мы вышли, поздоровались, обнялись и помахали толпе. Джориус пригласил нас всех рассаживаться по экипажам, но мы отказались и выгнали свои машины из шмелей. Нас пригласили сначала в Магистрат, для обсуждения дальнейших планов. Мы, выстроившись в колонну, медленно поехали в направлении города.
Мне было интересно посмотреть, как здесь живут разумные и я, пользуясь моментом, глазел по сторонам. Город был большой, даже очень. По кругу обнесён высокой стеной, видно, что свежей. Рва с водой не было, а таверны и другие здания у стены стояли. Мы проехали в открытые ворота и по улице направились к центру. Постройки меня не впечатлили. Стиль очень похож на митовский. Каменные и деревянные здания, высотой в один-два и три этажа. Какой либо впечатляющей архитектуры я не заметил. Цвет домов был либо белым, либо бело-голубым, но некоторые дома были тупо песочно-бетонного цвета. Правда дороги были накрыты брусчаткой. Вдоль улицы, по которой мы проезжали, по обеим сторонам стояли жители и приветливо махали нам руками.
Хорошо, что таурег гасил все неровности дорожного покрытия, а то я не знаю как меня бы растрясло в их экипаже. Конструкция этого транспорта, была похожа на смесь лады приоры и кареты. Большой зализанный дилижанс на каретных колёсах, правда двигался он сам и заметно шустро. Шин на колёсах не было, но они были чем-то оббиты, что вероятно тоже гасило неровности, но судя по внешнему виду, этому транпорту до таурега, как с Краснодара до Москвы ползком, невероятно далеко.
Мы выехали на пустую, в смысле без зданий и сооружений, центральную площадь. Проехав по кругу, мы остановились около большого, высокого здания, с широкой лестницей, широченным фасадом и колоннами. На верху лестницы была сооружена трибуна, я так понимаю, для торжественного объявления. Рядом с трибуной стояла тётя Валя, в элегантном брючном костюме, в окружении воинов в алых плащах и каких-то монахов в белых балахонах с капюшонами. Тётя Валя приветливо улыбалась.
Нориус подал мне знак выходить, его отец со свитой уже стоял на нижних ступенях. Я вышел из машины, обошёл её и открыл дверь Насте и Мишке, оставив служанку с животными внутри. Нефтянник, ехавший в моей машине, выбрался сам. Мы втроём, взявшись за руки, начали неспешный подъём. Джориус, дождавшись когда мы с ним поровняемся, тоже начал подниматься. Наверху лестницы, тётя Валя вышла на встречу и, дождавшись когда мы подойдём, улыбаясь начала нас обнимать. Начала она с меня, а закончила Джу Ли, не забыв про китайца и двух его дочерей. Нефтянник и армяне с нами не пошли, они остались внизу, молодёжь была там же. Джориус подошёл к трибуне, а мы толпой стояли чуть в стороне. Я оглядел с высоты площадь, народу было очень много. Вся, далеко не маленькая площадь, была забита толпой.