Спасите меня, Кацураги-сан! Том 8 (СИ)

— Японец в Индии говорит со мной на немецком с русским акцентом, — протараторил он. — Очевидно, что я брежу.
Ого! А я и не знал, что в моём немецком прослеживается русский акцент. Должно быть, в совершенстве я владею только японским и русским, а в остальных языках иногда фальшивлю.
— Отдыхайте, — посоветовал я. — Скоро вас приведут в порядок.
Лечения от вируса Чандипура не существует. По крайней мере, специфического лечения. То есть никаких противовирусных препаратов для таких больных не предусмотрено. С вирусом организм человека должен справиться самостоятельно. Единственное, что могут сделать врачи — это вводить больным поддерживающую терапию.
Противорвотные, противовоспалительные, дезинтоксикационные препараты.
На этом всё.
Но справедливости ради стоит отметить, что большинство больных этим вирусом переносят заболевание очень легко. Лишь немногие оказываются в больнице. Но, как правило, если вирус вызвал тяжёлую форму, то покажет она себя сполна. В моём мире, когда вирус появился впервые, во всех статьях писали о высокой летальности.
Но у меня есть универсальное лекарство для всех пациентов. Я пройдусь по палатам и орошу всех лекарской магией в режиме «антисептики». Уверен, через два-три дня всем станет намного лучше.
Я заполнил документацию и перешёл к следующему пациенту. Так я прошёлся и не только по своим, но и по больным, которых уже осмотрели другие врачи. Мне хотелось посмотреть, как моя магия воздействует на новый вирус. И интуиция подсказывала мне, что вышло очень даже неплохо.
Только силы опять пришлось израсходовать аж на десять человек. Остатки надо сэкономить, всё-таки сегодня вечером я должен осмотреть сына того брахмана, с которым мы отужинали прошлой ночью.
Однако, когда я добрался до одиннадцатого человека, меня кое-что смутило. Поскольку я уже овладел тканевым — «гистологическим анализом», я прекрасно мог видеть любые дефекты в коже пациентов. В том числе и комариные укусы.
И у одиннадцатого их не было. Хотя клиническая картина была схожей с состоянием остальных пациентов. Однако кое-что всё же отличалось. Он жаловался на те же мышечные боли, диарею и рвоту. Однако…
— Что-то ещё вас беспокоит? — спросил я.
— Да, насморк и кашель, — ответил пациент, один из сопровождающих индийцев, который вёл группу немцев в лес. — И… Если не считать высокую температуру, наверное, на этом всё.
Этого больного доктор Сидхарт Рам Рави уже осмотрел. И поставил ему тот же диагноз, что и остальным. Вирус Чандипура. Но он совсем не похож на остальных. И это, как ни странно, очень плохо!
— Скажите, а вы точно помните, как вас кусали комары? — спросил я.
— Сложно сказать… — вздохнул он. — Я обычно использую все меры предосторожности. Рубашки с длинными рукавами и специальные спреи от комаров. Всё-таки уже не первый десяток лет тут живу! Ха-ха!
Сознание у него тоже не подавлено. Он чувствует себя относительно неплохо. Я бы даже сказал, что ему и вовсе не пришлось бы госпитализироваться в инфекционное отделение, если бы не частота стула.
Когда больной гастроэнтеритом ходит в туалет пять и менее раз в день — это не критично. Такого пациента можно спокойно лечить на дому. Но в данном случае у пациента кратность стула возросла до пятнадцати раз в сутки. А это риск сильнейшей дегидратации — то есть потери большого объёма жидкости.
Из-за этого страдает вся сердечно-сосудистая система, кровь становится густой из-за снижения количества воды, и после этого страдают абсолютно все органы. Поскольку снижается качество кровоснабжения.
— Одну минуту, мне нужно обсудить кое-что с вашим лечащим врачом, — предупредил пациента я и вышел в коридор.
Там меня уже ждал Сидхарт.
— Доктор Кацураги! — воскликнул он. — Мы, может быть, неправильно друг друга поняли? Я думал, что вы осмотрите только половину пациентов, а вы осмотрели всех!
— Почти всех, — поправил его я.
— Видимо, всё же проблема в языковом барьере, — вздохнул он.
— Нет, доктор Рави, мне просто захотелось ознакомиться со всеми клиническими случаями, — объяснил я.
  
А вот теперь лучше подбирать слова аккуратно. Очевидно, что с последним осмотренным мной пациентом Сидхарт Рам Рави ошибся. Там вовсе не вирус Чандипура.
— Доктор Рави, можете изучить описанный мной анамнез заболевания? — предложил я. — Меня смущает один пациент. Боюсь, нам стоит отделить его от остальных.
Но и слишком уж мягко здесь действовать тоже не стоит. Поскольку этот больной может оказаться потенциально опасным для остальных пациентов и врачей.
— Давайте взгляну, я последних пациентов осматривал бегло, — объяснился Сидхарт. — Мне уже было понятно, что у всех одна и та же проблема.
— С последним не всё так очевидно, — подметил я.
Сидхарт Рам Рави подробно изучил мои записи, а затем тяжело вздохнул, обратив внимание на мой предварительный диагноз.
— Думаете, что это — ротавирус? — спросил он.
— Я уверен в этом, — добавил я. — Если не он, это в любом случае один из кишечных вирусов, которые иногда вызывают признаки ОРВИ — кашель, насморк и повышение температуры.
— Вы правы, доктор Кацураги, — кивнул Сидхарт, закончив изучать описанную мной историю болезни. — Это точно не вирус Чандипура.
— А значит, эта инфекция может передаваться другими способами. В том числе и воздушно-капельным, — заключил я. — Пациента из одиннадцатой палаты нужно перевести в отдельный бокс.
— Точно подмечено, — согласился Сидхарт. — Так и сделаем, доктор Кацураги. Спасибо большое, что обратили на это своё внимание. Вирусы далеко не всегда объединяются в одном организме, но если это всё же случается…
— Возникает ко-инфекция, — подметил я. — Знаю. Два вируса сразу, и предсказать, как они будут влиять на больного очень трудно. Лучше обезопасить остальных.
— Остаётся только надеяться, что никто не успел заразиться, — нахмурился он. — В том числе и мы с вами.
Насчёт этого Сидхарту переживать точно не стило. Я обработал лекарской магией всех пациентов и почти каждого работника стационара, в том числе и нас двоих. Как минимум, в наших дыхательных путях сейчас нет ни одного микроорганизма.
— Вы мне здорово помогли сегодня, доктор Кацураги, — сказал Сидхарт после того, как мы закончили осмотр пациентов. — Я тут мечусь «туда-сюда» между терапевтическим отделением и своим кабинетом в поликлинике. Не всегда удаётся держать внимание на должном уровне.
— Я вас очень хорошо понимаю, доктор Рави, — кивнул я. — Я работаю в том же режиме, только ещё заведую отделением профилактики, образованием коллег и иногда дежурю на скорой или в хирургии. Могу себе представить, что такое — быть в двух местах сразу.
— Ого… — искренне удивился Сидхарт Рам Рави. — Ну здесь вы меня точно переплюнули.
— Я так не думаю. У вас пациентов в десять раз больше, — ответил я. — Можем считать, что мы в одной весовой категории.
— Кстати, доктор Кацураги, про вас уже спрашивали наши хирурги… — вспомнил Сидхарт.
— Пластические?
— Они самые.
— Придётся им несколько дней потерпеть, — ответил я. — Всё-таки, у меня отпуск. За пределами клиники «Дживан» у меня ещё очень много дел. Я хочу познакомиться с Индией и местной культурой, пока есть такая возможность.
— О-о-о! — протянул коллега. — Тут есть на что посмотреть. Знаю, что и Япония не бедна на достопримечательности, но в нашей стране тоже много интересного. Одна история буддизма чего стоит.
— Как раз с этой историей я и хочу ознакомиться, — кивнул я.
— Кстати, доктор Кацураги, вас коллега разыскивала. Уж простите, не могу запомнить с ходу японские имена. Кажется, Та-чи… В общем, гастроэнтеролог.
— А, Тачибана Каори? — догадался я. — Странно, я думал, что она сегодня не придёт на работу.
— Наши гастроэнтерологи её ждут, но она сказала, что сегодня хочет отдохнуть, а потому ждёт вас, — улыбнулся Сидхарт Рам Рави. — Знаю, что в наших странах разные отношения с женщинами, а потому думаю — вам не стоит заставлять её ждать.