Убит тобой (СИ)

– Дим!
А когда он оборачивается, запускаю в его сторону бумеранг из мобильного, ни секунды не сомневаясь в том, что он его поймает. И уже меньше, чем через минуту, подняв в воздух квадрокоптер, он находит беглеца.
– Понял, – срывается с места Мирон, вставший по правую руку от Дмитрия и наблюдающий за движением квадрокоптера на экране мобильного. По пути поднимает с пола чье-то оружие, ловко перепрыгивает через препятствия и кричит: – Задержи его!
  
– Ладно, – пожимает плечами Дима и начинает снижать квадрокоптер. И буквально через несколько секунд врезается им в лицо Вадима.
Потом звучит выстрел и орет во все горло Мирон, а его голос эхом разносится по округе:
– Достал!
Тихон выдыхает и крепко обнимает меня. И только в этот момент, по ощущениям, мое сердце вновь начинает биться. Я обхватываю его за торс и неожиданно начинаю реветь взахлеб.
Успокаиваюсь я только ближе к машине, да и то лишь от того, что Тихон несет меня к ней на руках. Как-то отрешенно думаю о том, что ему, должно быть, больно. Его полдня пытали не понарошку. И то, что на его лице лишь по паре синяков и ссадин на скулах, не говорит о том, что тело в порядке. Но раз несет, значит, может. Значит, эта ноша ему не в тягость. А для меня сейчас нет ничего важнее, чем чувствовать на себе его руки. Чем получать ежесекундное подтверждение, что он в порядке.
Рукава моей толстовки становятся мокрыми от пропитанного влагой капюшона Тихона. В бочке была дождевая вода, я обнюхала и даже лизнула его шею, чтобы убедиться. А теперь любопытно другое.
– Ну и что за концерт ты там устроил? – сержусь на Диму, вышагивающего рядом.
– Да как бы вариантов особо не было, – хмыкает Дмитрий, бросив на меня веселый взгляд. – А ты крута-а-я, – тянет он с хитрым прищуром. – Так и думал, что придешь. И ножичек прихватила, – крутит его в руках, – знакомый какой-то.
– Это Максима, – отвечаю я со вздохом, а Дима беззвучно смеется и зажимает переносицу двумя пальцами.
– Вадим заметил квадрокоптер, – рассказывает Тихон. – Приказал всем спрятаться и ждать. И позвонил тем, кто ждал в квартире Руслана.
– Не прокатило, – фыркает Дмитрий преувеличенно весело. Складывает и убирает нож в свой карман, похлопав по нему ладонью через ткань джинсов. – Хотя, в этом тоже был свой плюс. Вадим сам кипиша нагнал. И когда мы прошли и начали палить, один из них сдрейфил и удрал. Ну а когда в кольцо взяли, мы прикинули и решили, что, если хотя бы один из нас останется с пушкой – уже хлеб. Тянули время сколько могли, выбирали момент, а потом я увидел, как ты вываливаешься из двери.
– Увидел? – удрученно покачиваю я головой.
– Спецом там крутился. Но ты как мышка. Даже не пикнула. Весь страх в убежище растеряла, походу, – посмеивается, а я прыскаю. – Если бы не этот ножичек, Мирону бы прострелили башку. Потом мне, потому что я бы всех не успел убрать. Тебя бы достали очень быстро и еще быстрее Тихон назвал бы пароль. Так что респект Максу. – Он улыбается, а на моих глазах вновь наворачиваются слезы.
Понятно, что логика его хромает на обе ноги, но даже Тихон не спорит, позволяя тихой грусти проникнуть в мое сердце. Только к себе прижимает теснее.
– Что самое паскудное, – продолжает Дима, поморщившись, – он с этой мразью постоянно зависал. Макс, в смысле. То и дело на дачу с телками гоняли, банька там, все дела. Я шлюх на дух не переношу, хоть где-то принципы сыграли не против меня. Если бы я тусил с ними, прикинуться за своего не прокатило бы. Он бы был в курсе, что я давно вышел.
– У него же жена, – кривлюсь я.
– Видимо, пополнять выводок погодками он все же не планировал, – с презрением комментирует Тихон. – Если бы знал, что эта падаль в группировке, никогда бы в клуб не пустил.
– Прикидывается от мастерски, – задумчиво отвечает Дмитрий. – Мы с Максом думали, он тоже не у дел.
– Хер там, – кривит губы Тихон. – Поболтать немного успели. Оказывается, он давно вошел в управляющий состав. Поэтому разрешили семью. Разнарядки раздавал молодняку.
– Понятно, откуда столько падали, – осуждающе качает головой Дмитрий. – И наверняка мимо общей кассы.
Мужчины переглядываются и начинают ухмыляться, явно что-то задумав, но задать вопросы я не успеваю.
– А помочь?! – раздраженно выкрикивает Мирон.
Мы сворачиваем головы на звук и видим, как он волочет бесчувственного Вадима за ногу. Тот начинает приходить в себя, Мирон останавливается, отпускает конечность и пробивает Вадиму в челюсть. Того снова ведет, а Мирон продолжает путь.
– Он жив? – растерянно моргаю я.
– Он сядет, – с блаженной улыбочкой, нараспев тянет Тихон, глядя перед собой. – За все убийства. Пожизненно. А его семья его возненавидит.
– Не хочу портить веселье, – тяжело дыша, говорит Мирон, наконец-то дотащив Вадима до машины. – Но мы по-прежнему не знаем, где искать Кристину.
– Сейчас спросим, – мило улыбается Тихон, продолжая держать меня на руках.
– Чет сомневаюсь, что он станет откровенничать, – с сомнением отмечает Мирон.
– Станет, – кровожадно ухмыляется Дмитрий. – Иначе Сабур узнает о его шалостях. И ненавидеть его станет уже некому.
Я передергиваю плечами, почувствовав исходящую от него опасность. Но мозгами все же понимаю, что все это – очередной спектакль. Он никогда так не поступит, никто из них, я уверена, но Вадим должен думать обратное. Поэтому помалкиваю.
– Я не знаю, где она, – хрипит Вадим с земли. – Даже не видел ее ни разу.
– Дай телефончик позвонить, – ехидничает Дима и протягивает руку к Мирону. Тот достает из кармана телефон, по-видимому, Вадима, и он выкрикивает нервно:
– Я не знаю, где эта курва зарылась! Не трогайте детей! Сука, не трогайте детей, клянусь, я даже не видел ее…
– Раньше надо было о детях думать, – произносит Дима холодно.
– Именно этим и занимался, – отрешенно отвечает Вадим.
– Какая чушь, – брезгливо кривлюсь я.
Оправдываться детьми – самое ничтожное, что я когда-либо слышала.
– Полностью согласен, – говорит Тихон. Спускает меня с рук, хватает приподнявшегося на локтях Вадима за грудки и с чувством бьет кулаком в нос, разбивая его в кровь. – Пакуем и валим.
  
Глава 20
 
Атмосфера в коллективе, несмотря на победу в неравном поединке, царит безрадостная. Уже почти стемнело, мы с Тихоном и Васькой сидим на ступеньках, Дмитрий курит, встав от нас в нескольких метрах, Мирон ходит вдоль дома, пытаясь таким незамысловатым образом разогнать мыслительный процесс.
– Я не знаю, – выдает Мирон, остановившись напротив нас с Тихоном и расставив руки в стороны. – Без понятия, где ее искать. Тих, твоя бывшая. Идеи?
– Мать ее умерла, – вяло отвечает Тихон. – Квартиру она продала сразу же. Других родственников, насколько мне известно, нет. Да никто бы и не пустил к себе, с таким-то отношением к людям и жизни.
– Может, папик ее сжалился? – предполагает Мирон, но делает такое выражение лица, что очевидно – сам не верит в сказанное.
– Если были бабки, могла снять хату посуточно, – рассуждает Дмитрий. Затягивается и выпускает клубу дыма. – А вообще, не особо понимаю, нахера нам ее искать. Если жива – вернется. За тряпками, как минимум.
– А если она успеет ввязаться в очередную авантюру? – хмуро говорит Тихон. – Пообещает кому-нибудь эту чертову флешку и снова начнется. Не готов.
– Я так-то тоже, – морщится Дима. – Отвык уже от этого дерьма. Анфис, а ты чего притихла? – хмыкает Дмитрий.
– Да я что-то… – мямлю, не отрывая от Тихона головы. – Пригрелась так и… все.
Тихон беззвучно смеется и целует меня в голову.
  
– Анфиса сегодня перевыполнила план по спасению, – говорит он с теплом. – Надо как-то уже и самим извилинами поработать. Мирон этому даже учился.
– Прекрасно, – недовольно закатывает глаза Мирон, Тихон ухмыляется, довольный своей остротой, я фыркаю, а Дима оправдывается:
– На меня не рассчитываете. Я в бабской логике не секу. Наука, мне неподвластная.