Признание этого мужчины (ЛП)

— Я не в восторге от этого. Я забираю тебя домой, где смогу присмотреть за тобой. — Он берет меня за руку, но я выдергиваю ее, немедленно ощетинившись от его слов. Он не в восторге? Хочет присмотреть за мной? Что, проверить, идет ли у меня кровь?
— Со мной ты вечно не в восторге. — Смотрю ему прямо в глаза. — Я всегда делаю что-то, что тебя расстраивает. Ты не думал, что, возможно, был бы счастлив без меня?
— Нет! — он выглядит испуганным. — Я волнуюсь, вот и все.
— Что же, не стоит. Я в порядке, — рявкаю я, выходя из туалета и оставляя его в полном недоумении.
От кабинета доктора направляюсь сразу же в аптеку и передаю рецепт через стойку, затем сажусь в кресло и наблюдаю, как Джесси, засунув руки в карманы брюк, расхаживает снаружи взад и вперед. Подавшись вперед, замечаю, что фармацевт время от времени поглядывает на меня, и тогда понимаю, что он, вероятно, думает, что я питаюсь своими таблетками. Искушение объясниться почти заставляет меня встать и подойти к стойке, но он зовет меня по имени, и я подхожу, чтобы взять у него бумажный пакет.
— Спасибо, — улыбаюсь я, прежде чем сбежать, но только для того, чтобы выйти и встретиться лицом к лицу со своим задумчивым мужчиной.
— Что это? — его взгляд прикован к пакету.
— Запасные таблетки, — шиплю я ему в лицо. — Теперь, когда мы знаем, что я не беременна, я хочу такой и остаться.
Его плечи сникают, голова опускается. Борюсь со всепоглощающим чувством вины за его реакцию на новости, но я должна игнорировать это. Обойдя его, направляюсь к выходу, ноги немного дрожат, сердце безжалостно колотится.
— Ты ведь не вернешься домой, да? — кричит он мне вслед.
Я проглатываю комок в горле и иду дальше. Нет, я не вернусь домой, но мой план рассчитан всего на пять дней, чтобы не попасться на лжи, а потом не беспокоиться о визите в больницу, когда меня запишут на прием. Но в его словах сквозит окончательность, и, что еще более тревожно, он не требует, чтобы я осталась с ним. Вычеркнув ребенка из своей жизни, я, совершенно очевидно, вычеркну из нее и Джесси тоже. От одной этой мысли меня накрывают эмоции. Жизнь без Джесси?
С мокрым от слез лицом, я побрела в сторону дома.
Глава 9
Ощущение пустоты, одиночества и несчастья было неизбежным. Но подавляющее чувство вины, охватившее меня, — не таким ожидаемым. Я боролась с ним, когда он стоял передо мной, выглядя таким побежденным, но теперь вина поглотила меня. И я в ярости из-за этого. Отсутствие новостей о назначении УЗИ также не дает мне покоя.
Сегодня пятница. Четвертый день без Джесси. Неделя прошла в сплошных пытках, и я знаю, что со временем лучше не станет. Сердце постепенно распадается на кусочки, с каждым днем его биение замедляется и, в конце концов, все закончится тем, что я, вероятно, перестану существовать. Я уже близко. Но больнее всего — безызвестность, она заставляет думать меня о том, не тонет ли Джесси в водке, что также, может означать, что он тонет в женщинах. Выскочив из-за стола, со всех ног бегу в туалет, меня тут же выворачивает, но я не думаю, что это тошнота из-за беременности. Это горе.
— Ава, иди домой. Тебе всю неделю нездоровилось, — доносится из-за двери кабинки обеспокоенный голос Салли. Я со вздохом поднимаюсь и спускаю воду, прежде чем выйти, ополоснуть лицо и вымыть руки.
— Дурацкий вирус не отпускает, — бормочу я.
Смотрю на Сэл и восхищаюсь ее серой юбкой-карандаш и черной блузкой. Она действительно преобразилась. Безвкусные юбки-трапеции и рубашки с высоким воротом остались в далеком прошлом. Я не спрашивала, но судя по новым нарядам, предполагаю, что свидания проходят хорошо.
— Ты все еще встречаешься с тем парнем из Интернета? — Я бы назвала его по имени, но понятия не имею, как его зовут.
— С Миком? — она хихикает. — Да.
— У вас все хорошо? — Я поворачиваюсь и прислоняюсь к раковине, наблюдая, как она разглаживает юбку, а затем поправляет волосы, зачесанные в высокий хвост.
— Да! — взвизгивает она, заставляя меня подпрыгнуть. — Он просто идеален, Ава.
 
Я улыбаюсь.
— Чем он занимается?
— Ой, не профессия, а какая-то бессмыслица. Не буду притворяться, что понимаю.
Я смеюсь.
— Ясно.
Как раз собиралась сказать «будь собой», но, судя по всему, данный комментарий излишен. Это, определенно, больше не прежняя Сэл. Слышу, как с моего нового стола звонит телефон.
— Извини, Сэл.
Оставляю ее перед зеркалом обновить красную помаду.
Подходя к новому деревянному столу Г-образной формы, игнорирую глубокое разочарование, потому что слышу не «Angel», но не могу сдержать раздражение, видя, что звонит Рут Куинн, моя утомительная, но заразительно восторженная клиентка, на которую я потратила слишком много времени на этой неделе.
— Привет, Рут.
— Ава, ваш голос все еще звучит ужасно.
Знаю, и выгляжу я, скорее всего, тоже ужасно.
— Я чувствую себя намного лучше, Рут. — Потому что только что в очередной раз опорожнила желудок.
— О, хорошо. Мы можем договориться о встрече? — Похоже, она больше не так беспокоится обо мне.
— Какие-то проблемы?
Молю Бога, чтобы это было не так. Я стараюсь вести дела по этому проекту как можно более гладко, потому что, хотя Рут кажется достаточно приятным клиентом, если все пойдет не так, как ей захочется, все резко изменится.
— Проблем нет. Я просто хочу уточнить несколько деталей.
— Мы можем сделать это по телефону, — подсказываю я.
— Я бы предпочла увидеть вас, — сообщает она мне.
Я сажусь в кресло. Ну, конечно, ей хочется встретиться. Она всегда предпочитает вести разговоры лично. Я выставлю ей астрономический счет. Час здесь, два часа там. Она потратит больше денег на мое время, чем на саму работу.
— Сегодня, — добавляет она.
Оседаю в кресле со слышимым стоном. Я заканчиваю свою дерьмовую неделю с Рут Куинн. Я практически начала ее с Рут во вторник, а в среду у меня был перерыв. В любом случае, сейчас три часа дня. Неужели она думает, что она мой единственный клиент? Я бы не возражала, но она потратит десять минут на выяснение того, что уже было обговорено, а затем, весь следующий час будет наливать мне бесчисленные чашки чая, пытаясь убедить пойти выпить с ней по бокальчику.
— Рут, сегодня я действительно не могу.
— Не можете? — в ее голосе звучит раздражение.
— Как насчет понедельника?
Зачем я это сказала? Я снова начну свою неделю с Рут Куинн.
— В понедельник. Да. Понедельник подойдет. В одиннадцать, да?
— В одиннадцать я могу. — Пролистываю ежедневник и записываю встречу карандашом.
— Прелестно, — веселая Рут вернулась. — Есть какие-нибудь веселые планы на выходные?
Я перестаю писать, внезапно почувствовав себя очень неловко. У меня нет никаких веселый планов на выходные, кроме как нянчиться со своим разбитым сердцем, но прежде чем могу по-настоящему обдумать то, что собираюсь сказать, выпаливаю:
— Нет, ничего особенного.
— Да? У меня тоже. — Судя по всему, она собирается сделать это снова. — Мы должны выпить!
Я ударяюсь лбом о стол. Она либо не может, либо просто не хочет понять намек. Я поднимаю отяжелевшую голову.
— Вообще-то, Рут. Я сказала ничего особенного, имея в виду, что поеду навестить родителей в Корнуолл. На самом деле, это не так уж и весело.
Она смеется.
— Главное, чтобы ваши родители не услышали этого!
Я заставляю себя смеяться вместе с ней.
— Они не услышат.
— Что же, желаю хорошо провести выходные, не делая ничего особенного со своими родителями, и увидимся в понедельник.
— Спасибо, Рут. — Я отключаюсь и смотрю на часы. Еще час, и я смогу сбежать.
***
Я тащу свое измученное тело вверх по лестнице квартиры Кейт и направляюсь на кухню, открываю холодильник и сразу же натыкаюсь взглядом на бутылку вина. Стою и пялюсь на нее. Не представляю, как долго, но мои глаза не отрываются от этой чертовой штуковины. Требуется звук очень знакомого голоса, чтобы прервать контакт, и повернуться к Кейт, но не ее голос привлек мое внимание. Там Дэн. Оба выглядят греховно виноватыми.