Ком 6 (СИ)
* * *Дорогие читатели! Авторы будут крайне благодарны за поддержку лайком и бодрым словом. Бодрым добрым словом, да. И пистолетом. Возможно))
02. ПОЧТИ ДОБРАЛИСЬ
СВОИ
По полю метнулись всадники. Кажись, наши казачки.
— Люди русские! Не стреляйте, наши мы! — проорал я в громкоговоритель. Накинул щит и выскочил из машины. А то щас зарядят мне в шагоход пушками Рябушинского… Будет неприятно. Капитан на государственном финансировании не слабо развернулся, и в войска — пока тоненькой струйкой, но потекли — на диво лёгкие чудо-пушки. Вот как бы не словить из них чего…
— Наших — эт чьих будете? Машинки больно на русские не похожи! — раздалось из-за ближайших кустов.
— Так шагоходы дойчевские, трофейные! Зато сами мы казаки иркутские!
— Аж из Иркутска?
— Ага, прям с Ангары-реки.
— И кого в Иркутске знаешь? — продолжал допытываться дотошный допросчик.
— А кого надо? Долговых знаю, Потаповых, Шастиных, Шихановых — тебе кого?
— А сам-то кто?
— Да ты задолбал! Коршунов я!
— А и брешешь, однако! Коршуновы почти все на севера подались, медведи оне! Северные! А старший-то их вообще в Новосибирске в университете с князьями братуется!
— Обалдеть! С чего это я старший? Папаня и маманя живы, дай Бог им здоровья! — Этот дурной разговор начинал меня утомлять. — Слышь, ты, спрашиватель неведомый, а если я сейчас облик приму, не обоссышься?
— А давай! Только ты не обессудь, я тоже облик приму, лады? И тоже давай не ссать!
— А давай!
Мы самые! Кто тут ещё есть?
Давай!
Я принял облик, а из тех кустов, с которыми мы разговаривали, выметнулся тигр. Крупный, ага. Только до моих размеров он совсем не дотягивал. Вот вообще совсем.
— Что, Тигра, нашелся зверь крупнее? — внезапно грохнуло хохотом. И, что характерно, совсем не от тех кустов, что вначале.
А я их даже не учуял!
Готовились специально. Запах отбивали да затаились как следует. Охотничьи уловки. У японцев да у корейцев, говорят, каких только оборотней нет — ко всему готовым надо быть.
Тигр пошёл вокруг меня, метя хвостом.
— Что, правда Коршунов? Высший северный медведь?
— Да, ядрёна колупайка! Я самый и есть! Я ж сказал!
— Тут многие говорят. Разное.
Вот же у него неприятный голос в теле зверя! Шелестящий, как бумагой по стеклу.
Он нас боится. Сильно.
Снимем облик?
Пока нет. Подождём!
Лады, подождём. А что, есть сомнения? Он что — чужак?
Не-е, он наш! Просто не привык быть слабее. Пусть человеческий облик примет, там посмотрим, кошки — они такие… Такие внезапные…
Значит, по-дурному подставляться не будем. Доказывай потом, что ты медведь, а не верблюд…
— Слышь, Тигра, ты облик-то скинь, а то разные неприятные случаи могут произойти.
— Это ж какие-такие случаи?
— Тут ведь, видишь как, один неловкий профессор чихнул неосторожно — у него сосулька меж глаз возьми и вырасти! Оченно я за тебя переживаю. Аль ишшо бывает — то лапы скрутит, то хвост отвалится. Или ещё какая неприятность…
— Отставить, хорунжий! — раздалось из третьих кустов.
Я чуть не подпрыгнул.
Вот это я понимаю — маскировка! До последней минуты никого и ничего! Красавцы!
— А я и не хорунжий давно, сотник, если б чё!
— А я и не вам скомандовал, сотник! — из тщательно замаскированного укрытия вставал незнакомый есаул. Я по привычке сбросил облик и стал во фрунт:
— Сотник Сводного Дальневосточного Механизированного отряда Илья Коршунов прибыл! Имею трофей и задержанных пленных, коих должен доставить до высшего командования! Предварительный доклад закончил!
— Вольно, сотник! Тут о ваших похождениях в среде пленных уже сказки друг другу пересказывают. «Злая „Пантера“ своих бьёт нещадно и убегает!». По-любому, ваша работа.
— Ага, мы! — я улыбнулся.
— А эту дуру как умыкнуть умудрились? — есаул кивнул на замерший «Кайзер». — Я вообще такой шагоход впервые вижу.
— Не могу сказать, господин есаул. Прошу понять — государственная тайна! А вот что важно, что по нашим следам погоня придёт. Подготовить бы встречу, а?
— Неужто с минуты на минуту?
— Того не обещаю, могут и через час-два или даже и попозже, но что притащатся — гарантирую.
— Погоня, говоришь? — Есаул оценивающе оглядел поляну, явно примеривая к новой задаче имеющиеся у него в распоряжении силы. — Встречу организовать?
— Это пока мои домыслы, но не могут же они безнаказанно «Кайзер» про… кхм… потерять?
— И сколько ожидается? — Он уж вовсе не улыбался, а был предельно серьёзен.
— Стандартное охранение этой машины — минимум пять шагоходов. Ориентировочный класс — СБШ.
— Вот ты молодец, сотник! Не мог на соседей вылезти⁈
— Ну уж как получилось. Извиняйте, братцы!
Правда, неудобно вышло. Мы тут такие все герои, а ребята за нас отдуваться будут…
— Не-е, ты не куксись, раньше времени нас не хорони. Боекомплект в эту громадину загружен?
— Конечно! Под завязочку!
— Вот и славненько! Щас кружочек вон там сделай, сообща встретим твоих погонщиков…
Есаул показал, как, сделав круг по руслу, выйти на рубеж атаки. И действительно! Солдатики не просто воевали, а знали своё дело туго. И «Пантеру», и «Кайзер» укрыли в низинке — в кустах. И даже сетки маскировочные натянули.
Оно конечно, в стационарном положении шагоходы были. На «полуприседе», как у нас говорят. Но то такое, встать-то не проблема. А ты вначале попробуй среди этих всяких веток даже такую махину, как «Кайзер», обнаружь. А она тебя уже выцеливает. Неприятно, ага?
Вот и мне было неприятно. Оно ведь как? Шагоход на поле боя — царь и бог! Так? А не так. Вообще. Пехота — она «царица полей» не просто так зовётся. А теперь с пушками Рябушинского и подавно. Коих в конкретно этом подразделении оказалось аж две штуки! Правду сказать, тех чудо-бронебойных снарядов было всего по два на ствол. Я ж ему ещё в университете говорил: «Оченно дорогие!». Но даже при наличии обычных, это я так скромно говорю, боеприпасов, эти шайтан-трубы становились огромной головной болью для неприятеля. Ихние МЛШ-то вообще брони не имели…
Пока маскировали «Кайзер», я огляделся. Окопы грамотно прикрыты, а те лошадки, что я из «Пантеры» обнаружил, как бы не специально на выпасе стоят. Вот они побежали «в страхе», враг за ними, а ему — в бочины с двух сторон! Туго своё дело знает есаул, красавец, а? Главное щас на ноль помножить догоняющих, и тогда можно дальше идти, с этим принцем разбираться. Чует мое сердце, это всё аукнется мне огромными проблемами.
А вы что думали? Привёл Ильюша свет Алексеевич трофейный шагоход ко своим. Молодец?
Ага! Два раза!
Да наши казачки иногда за бесценок захваченное трофейным командам сплавляли, лишь бы в бюрократии не утонуть! Это ж невозможно огромадное количество бумаг нужно написать, подписать, заполнить, согласовать и прочее!!! Словно ты не трофей боевой, а угрозу для государства российского притащил!
Я это ещё с «Саранчой» в своё время оценил. Оно, конечно, когда это твой первый трофейный шагоход, там всё проще. Всех мыслев — только чтоб не отняли с бою взятое! Бумажки — то пустяк. А вот когда второй-третий, это прям труба! Я уже заранее опасался, что мне за «Кайзер» грозит. А ещё есть такой фактор как принц. Это прям всем факторам фактор. Чувствую, за него мне такое дадут! И догонят, и добавят…
ТОРЖЕСТВЕННАЯ ВСТРЕЧА
Пока мысли разные гонял, солдатики выставили «Пантеру» с «Кайзером» на боевые рубежи. И опять же подивился — насколько грамотно всё оборудовано. И тебе ниша под шагоход, и колья высоченные, чтоб сеть маскировочную натягивать. Как там у Хагена, интересно? Спросил у Швеца:
— Антоха, справишься в одного?
— Пару бы помощников, просто чтоб снаряды в пушку кидали…
— Щас попросим.
Я высунулся в окошко: