Наследник звездного маркизата (СИ)

— Не стреляйте! — Вопил он, и у меня непроизвольно опустилась рука с оружием. Ну, в самом деле же, стрелять по пленному, даже не смертельными зарядами как-то некомильфо. Да и парень этот вполне безобидный, вон как преданно ест нас глазами….
«Зафиксировано ментальное воздействие!», — вдруг зазвучал в моей голове пронзительный «голос» ментального симбионта.
И сразу же из безобидного и вполне симпатичного образа успевшего подойти к нам практически вплотную парнишки в моем восприятии проступило сосредоточенное крысоподобное лицо немало уже успевшего пожить типа. Кажется, мне довелось повстречаться с очередным довольно редким среди людей уникумом, обладателем парапсихических способностей. В частности, конкретно этот способен вмешиваться в мыслительную деятельность других людей.
— Прочь из моих мозгов, тварь! — Закричала вдруг принцесса Рея, крайне неуклюже попытавшись наставить на него ствол своего бластера. Я, еще не выработал до конца решения, что же мне делать с бандитом, проявившим столь редкие способности, потому несколько мгновений как бы со стороны наблюдал за борьбой принцессы самой с собой. Ствол бластера в ее руке гулял, вычерчивая вензеля, и никак не мог установиться на своей цели.
И тут вдруг оживился совсем почти позабытый мной самозваный паладин. Ур Ган, проявив неслыханную до этого момента ловкость одним движением выхватил имеющийся у него бластер и… наставил его в сторону принцессы.
«Уй, бля!», — только и промелькнуло в моем сознании в тот момент, как я, стреляя из стопера в прыжке в сторону проклятого менталиста, своим телом прикрыл принцессу. А просто поступить по-другому у меня не получилось. На это же время было необходимо, чтобы хоть пару мгновений подумать, а времени нет совсем, да и мои способности к самостоятельному мышлению еще до конца после ментального воздействия, похоже, не восстановились.
В себя я пришел от ощущения того, что мне мокро. И нет, это не из-за известного конфуза, который может приключиться с человеком. Столько жидкости в мочевом пузыре просто в принципе не может поместиться. Да и окружающая мою ванну сложная аппаратура, посверкивающая разноцветными огонечками и издающая разные звуковые сигналы, всем своим видом намекала, что я попал. Не в значении, что куда-нибудь в другой мир попал или снова в будущее, а просто попал в больницу. Еще и память о моем сногсшибательном прыжке под выстрел бластера вдруг проснулась.
Очевидно, в сверкании лампочек с моим пробуждением что-то изменилось, потому что откуда-то из-за края моего зрения ко мне быстрым шагом подошла молодая женщина в форменном одеянии бледно персикового цвета.
— Вы уже очнулись, молодой человек? — Обратилась она ко мне таким вопрошающим тоном, словно и сама не сильно верит в подобное чудо.
— Давно я у вас тут валяюсь? — Вопросом на вопрос ответил я, ощупывая свою грудь, куда, как я помнил, попал заряд бластера, выпущенный Ур Ганом в принцессу.
— Вас вчера около полудня привезли, а сейчас утро, — проинформировала меня местная фея каким-то обвиняющим тоном, и тут же спохватилась, — я сейчас доктора Смайта позову.
Пока не подошел этот самый доктор, я мысленно обратился к своему симбионту: «Каково состояние моего организма на данный момент?». Конечно, я тот еще менталист, по меркам присоединенного ко мне тора, так вообще практически глухо-немой инвалид, но пару раз мне удавалось до симбионта все-таки докричаться.
К моей несказанной радости, симбионт меня услышал и даже сумел мне ответить: «Состояние тела на сто процентов соответствует занесенному в память эталону. В среде, окружающей ваше тело, обнаружены активные вещества, при использовании которых есть возможность произвести начальные изменения организма с целью повышения его ментальных характеристик. Необходимо ваше согласие на начало изменений».
«Каковы внешние проявления предполагаемых изменений?», — поинтересовался я у непривычно разговорчивой сегодня железяки. Ну, да, знаю я, что мой симбионт вовсе даже не из железа сделан, но вот так, немного негативно, его воспринимаю. Что-то вроде восприятия ребенком строгой няни, могущей в любой момент уложить дитятю спать, даже если он сам того вовсе не хочет.
 
«Внешних изменений не будет. Изменения внутренние будут замаскированы под окружающие ткани и даже при применении специальной аппаратуры будут очень слабо заметны».
«Согласен. Приступай!», — протелепатировал я симбионту, испытывая огромный энтузиазм. Да это просто праздник какой-то! Признаться, я очень завидовал той же Лие, которая хоть и находилась всего лишь на D-уровне ментальных способностей, без труда управлялась довольно большим отрядом абордажных роботов.
Мои переговоры с симбионтом прервал притопавший к моей ванне с питательным раствором дядька, своей сияющей безупречной внешностью легко могущий посрамить даже древнегреческого Аполлона, являвшегося, как известно, по совместительству еще и богом красоты.
— Сита сообщила мне, что вы, молодой человек, очнулись, — начал он свой разговор со мной. — Признаюсь, меня очень заинтересовала феноменальная скорость вашего излечения. Мы, конечно в нашей клинике используем вытяжку из железы анобуса, но обычно заживление таких глубоких термических ран меньше недели не занимает.
— Может, рана была не такой глубокой? — Попытался я избежать ненужных мне расспросов. — На мне же был надет десантный комбинезон из абсолютно негорючей ткани.
— Ткань не горючая, но поражение ваших собственных тканей за ней все же имело место быть, — принялся объяснять мне доктор. Однако в процессе объяснения он все же обдумал мои слова и частично с ними согласился: — Впрочем, возможно вы и правы, первоначальную глубину поражения тканей мы особо не оценивали.
— Опять же место, куда пришелся этот выстрел, у меня еще болит, — соврал я, чтобы хоть как-то залегендировать свое дальнейшее пожелание, несмотря на внешнее выздоровление, полежать еще чуток в этой замечательной регенерационной жидкости.
— Хозяин барин, — легко согласился продлить мое лечение доктор Смайт, — деньги за пребывание в этой ванне платите вы, я со своей стороны вовсе даже не возражаю.
  
Глава 14
 
После разговора с доктором Смайтом еще, казалось, часа не прошло, ко мне подбежала очень взволнованная принцесса Рея. Точнее, не она одна, медсестра… как там ее доктор Смайт называл? Сита вроде? Так вот, эта Сита тоже следом за Реей притопала. Но стеснение от своей наготы я испытал почему-то только перед принцессой.
— Как ты себя чувствуешь, Яр? — Вот вроде, вполне стандартный вопрос, но из уст красавицы, да еще в сочетании с упоминанием моего имени, просто бальзам на душу. Так бы и смотрел на нее всю жизнь, не отрываясь.
— Поправляюсь. В этой клинике просто таки чудодейственные лекарства, — говорить о том, что к завтрашнему утру уже, вроде как, планирую отсюда выписываться, не стал. Прежде надо дополнительно попытаться этот вопрос у моего симбионта уточнить, вдруг ему на улучшение моей тушки времени не хватит. Как-то с того момента, когда смог с ним пообщаться, вызвать его у меня больше не получалось.…С другой стороны, если он смог явно практически смертельную рану за сутки полностью исцелить, еще суток на заявленное «начальное» улучшение моего организма ему тоже должно хватить. Или нет?
— А я смогла с мамой связаться, — вдруг совершенно непоследовательно поведала мне Рея. — И вовсе не нужно было для этого в наше торговое представительство заявляться, все равно наши люди оттуда тоже пользуются услугами местного пункта межзвездной связи.
— Ну, слава богу, а то я, признаться, уже подумывал, что это само мироздание против того, чтобы вы, ваше высочество, смогли это сообщение на Антарес отправить. — Улыбнулся я, вспоминая свои мысли по этому поводу.
— Яр, давай без этих вот титулований, — в ответ поморщилась моя собеседница, — ты меня уже несколько раз из очень неприятных ситуаций выручал. Называй меня просто Реей.
— Хорошо, Рея. А что у нас с бандитами и полицией, и почему ты без своего паладина ходишь?