Мамба и храм Баала (СИ)

Чтобы меня в ночи не смогли заметить, пришлось снять часть брони из-за её светлого цвета. Надо будет завтра измазать её в грязи полностью, а то, находясь в ней, я серьёзно рисковал. Да ещё и яд эти пигмеи используют неизвестный, сразу не удастся подобрать к нему противоядие, но будем стараться, будем.
Второго низкорослика я поймал буквально тут же и сразу спрятался. Кажется, и Ап кого-то убил, швырнув со страшной силой дротик. Ап это умел. Третий пигмей успел меня заметить прежде, чем лезвие пробило ему череп. Я брезгливо выдернул копьё и злобно уставился в темноту. Где-то бродила ещё парочка врагов, или даже больше. Увидел я их чисто случайно, просто потому, что сейчас отлично всё мог рассмотреть в темноте, а заметив, стал осторожно подкрадываться к ним. Первого я убил броском метательного ножа, а второго заколол копьём, выбив у него из рук трубку с ядовитой стрелкой. На этом пигмеи и закончились, видимо, не все решили нас атаковать, или отряд изначально состоял из их малого количества.
Остановившись, я втянул воздух носом, пытаясь понять, остался ли ещё кто-то в живых, но ветер доносил до меня только запахи моря да свежей крови. Запах мокрой травы и остальные ароматы местности я пропускал мимо сознания. Пахло ещё озоном, от непрерывно полыхавших молний, но грозовой фронт ушёл вперёд, в сторону города, поэтому я больше не опасался отдалённых раскатов. И, кажется, мы упустили одного. Подошёл Ап.
— Отрежь голову одному из убитых, унесём её с собой. Скольких ты убил?
— Двоих, Мамба.
— Молодец. Больше никого нет?
— Нет, Мамба.
— Тогда выполняй, а я пока проверю их ядовитые стрелы.
Я заметил, где упала духовая трубка одного из врагов и, найдя её, стал внимательно осматривать, для чего понюхал и даже, смочив слюной кусок ткани, обтёр ей лезвие, а потом попробовал на вкус. Сразу я не понял, с каким ядом имею дело, но через несколько минут истина открылась. Яд оказался обыкновенной вытяжкой из змеиного яда, ничего особого и экзотического. Возможно, добавили ещё к нему настой ядовитых трав, для пущего эффекта, а может, обошлись и без него, на вкус точно трудно определить, нужна целая лаборатория.
Мне вспомнилась старая пословица, которую я решил переделать на свой лад: «На вкус и цвет, а товарища — раз, и нет…»
«А я-то думал, — сам себе сказал я и зло сплюнул набранный для оценки яд. — Злобные, тупые карлики!» — и снова сплюнул.
Пока Ап пилил голову одного из врагов, а ночь постепенно уходила прочь, я обыскал тех, кого застала смерть рядом со мной. Нашёл несколько медных обручей да довольно неплохие кинжалы. Для этих коротышек они явно служили мечами, а для меня имели размер среднего тесака или обычной длины кинжала. Я забрал их, оружия много не бывает. Почти у каждого сражённого врага нашлась духовая трубка.
Выбрав себе подходящую, я внимательно осмотрел её со всех сторон, потом вымыл под дождём и обтёр тканью, а то, мало ли, кто знает, чем они питаются, может, падалью какой или вообще могут оказаться носителями любой инфекции, я уже ничему не удивлюсь. Не зря они превратились в карликов, деграданты. Надо бы спиртом протереть, что у меня оставался ещё в небольших количествах, но это потом.
А ещё я у них нашёл интересные медальончики, по виду и тяжести похожие на золотые, причём они присутствовали у каждого. На них я смог рассмотреть изображение бога Баала на фоне гор. Набрав целую кучу ядовитых стрелок, их я собрал в один тубус, сделанный из древесины, что нашёл на поясе одного из убитых.
— Ап, жди меня здесь, я пойду к тем, которых убила молния.
— Я с тобой, хозяин.
— А голова?
— Вот она! — и Ап вздёрнул её прямо передо мною.
Я хмыкнул, мёртвая голова мне нужна, чтобы детально рассмотреть и понять, с кем мы имеем дело, а заодно продемонстрировать её Раму. Пусть, падла, посмотрит, вместе с Кришем, на тех, кто орёт по ночам и спать нам не даёт.
— Тогда пошли, — сказал я Апу и шагнул вперёд. — Скоро уже утро, да и шторм поутих.
Когда мы дошли до места, в которое ударила молния, то не обнаружили ни мёртвых, ни живых. Они просто исчезли, неизвестно куда. Я поискал по окрестностям, надеясь всё же найти тела, а заодно и музыкальный инструмент, на котором они так жёстко наяривали всю ночь, но безрезультатно. Выходит, пигмеи забрали трупы с собой. А кто же тогда нападал на нас и почему их тела не забрали? Не успели? Группа прикрытия или отвлекающая группа? Да и ночью атака произошла, что нетипично для негров. Хотя, негр негру рознь.
 
Постепенно наступало утро. Походив вокруг и больше ничего не найдя, мы отправились обратно. Дойдя до прежнего места стоянки нашего лагеря, мы ожидаемо никого не нашли, и попытались понять, куда ушли Рам и Криш. Искать пришлось долго, чуть ли не до самого обеда. Разозлившись, я уже реально хотел этих двоих «замочить» и выбросить их тела в океан, так они меня достали своей бестолковой хитрожопостью. Пусть их акулы да осьминоги жрут, а сирены мозги им выносят.
Спасло этих двух дураков (о чём они даже не догадывались) только то, что их нашёл не только я, но и то самое прибрежное племя, о котором я столько слышал, но ни разу не видел. Здрасьте, что называется. И это резко изменило весь расклад сил в их пользу.
Рам занял оборону в месте, с одной стороны которого находился обрыв, заканчивающейся великолепным пляжем, а с другой — ровная, хорошо просматриваемая местность, с редкими деревьями и невысокой чахлой травой, потому как почва здесь оказалась глиняной, где трудно расти любому сорняку.
Наверное, они долго искали подходящее место, а мы долго искали их. Отрезанная голова пигмея у Апа к обеду уже начала пованивать. Я, кстати, рассмотрел её очень подробно. Племя, к которому принадлежал этот человек, оказалось не чисто негроидным, возможно, что к этому причастны те самые финикийцы, а возможно, что и нет.
Единственное, что бросалось в глаза — это простите, за тавтологию, глаза трупа, они казались выпуклыми, как бы навыкате, с огромными зрачками, что практически сливались с чёрной же радужной оболочкой. Белки глаз имели не белый, а скорее, серый цвет. Всё остальное на лице карлика выглядело если не нормой, то где-то рядом.
Судя по реакции Криша и незнакомых людей, что обступили со всех сторон Рама, они не ожидали увидеть нас живыми. М-да, сююююрприз… Завидев нас, Рам удивился и шагнул вперёд, зачем-то выставив перед собой копьё. То же самое начали делать и незнакомцы.
— Ты решил напасть на меня, Рам? А как же наш договор?
— Это ты, Егэр? Точно⁈
— Точнее не бывает. А кто это ещё может быть, кроме меня?
— Это могут оказаться пещерные карлики, что служат тёмным богам. Они тебя убили, а потом подняли из мёртвых и натравили на нас.
«О-па, тут ещё и некроманты есть», — мелькнула у меня мысль, но сказал я другое.
— Нет, с карликами мы разобрались, вот, посмотри! — забрав у Апа мёртвую голову, я швырнул её к ногам Рама.
Он не дрогнул, а спокойно подобрал голову и стал вглядываться в её черты.
— Так вот они какие, оказываются!
«Южные олени», — добавил я про себя.
Незнакомцы тоже с интересом рассматривали голову, но издалека. По их лицам я смог заметить, что они боятся этих парней, даже мёртвых.
— Сколько их оказалось?
— Не знаю, но я лично убил столько, сколько пальцев у меня на руках, и Ап ещё парочку прихватил.
— Неплохо, я начинаю тебе верить, Егэр. Ты славный воин, и мы с тобой победим пещерников. Нас нашло прибрежное племя и готово оказать помощь своими воинами, но они боятся пещерников, поэтому не ходят в храм старых богов, что построили когда-то здесь финикийцы. Это славный храм, и мы должны в него проникнуть, но это сложно. К нему вёл ход из города, но ни я, ни ты его не нашли. Может, это и к лучшему. Придётся идти напрямую к храму по проклятой дороге, но там нас ждёт очень много опасностей.
— Почему дорогу называют проклятой?
— Потому что на ней пропадает много людей, а тот, кто доходит до храма, никогда не возвращаются назад.