Чужой спор 2 (СИ)

— Гольдж, пакость такая, а ну вылазь! — шипел горгул, расстегивая пуговицы на рубашке парня.
Я помогала.
— Он может остаться… в нем? — с беспокойством спросила.
— Да кто его знает. Это же дух-хранитель. У них свои причуды, — рычал горгул. — Что на него вообще нашло?! В парне ни капли из императорского источника! Какого он в него…
Распахнул рубашку, открывая торс парня. Почувствовала, как щекам стало тепло.
— Анабель, не тормози. Гольдж сейчас слаб. Если застрянет в этом парне, нам Ир головы поотрывает.
— Так Гольдж у меня из-за источника? — продолжила я тормозить.
— Да, — хмуро отозвался страж, быстро и профессионально ощупывая парня. Настолько профессионально, что возникли подозрения. — Гольдж привязан к своему источнику. Он слаб после… неважно. И ему нужна подпитка. А в тебе чувствуются отголоски магии источника. Поэтому он может через тебя и эти отголоски быть, скажем так, в тебе. Хотя фактически в своем источнике. Ты вроде как проводник.
— Но в Мартине магии источника нет…
— В этом и проблема, — зло выдохнул горгул. — Гольдж не может в нем… эм, раствориться, как в тебе. Поэтому вообще не понимаю зачем он к нему полез?!
— Это опасно?
Что-то во всем этом меня напрягало.
— Ну как сказать… Если Гольдж уснет в нем… на нем… короче, отключится, не успев отделиться, то у тебя будет возможность увидеть перерождение духа-хранителя. И кончину этого парня соответственно.
Холодок пробежал вдоль спины.
Пришлось преодолеть смущение и скользнуть ладонями по прохладной, если не сказать холодной, коже парня. Мартин был боевиком. И не смотря на худое телосложение мышцы у него были… И даже кубики. Хотя у Ира фигура помощнее будет.
Про всякие кубики, голые мужские торсы и прочие глупости я забыла моментально, когда ладони дотронулись до линий.
— Чувствуешь? — напряженно вопросил страж.
Кивнула.
Серебристые линии прилипали к ладоням и отделялись от тела Мартина.
— Так. Хватаем и тянем. Поняла?
Снова кивнула.
— Давай!
Я схватила за линии, что были под рукой и потянула. Выглядело все это странно. Но главное вытащить дракончика. Но тот явно этого не хотел.
Серебристые нити истончились, дернулись и выскользнули из дрогнувших пальцев. Быстро уползли выше, на плечи.
— Лови их! — прошипел горгул.
Его дракончик и вовсе обжег холодом. Но стража это не смутило, он рьяно полез под рубашку парня.
Я тоже.
Линии были юркими и никак не желали попадаться. Когда я водила ладонями по бледному боку боевика, то в центре кабинета возникла вертикальная лужа. Внутри нее закружились круги, как в водовороте.
Мы с горгулом замерли, дружно повернув головы.
От лужи посыпались снежинки с мелкими льдинками и оттуда высунулась голова снеговика.
— О-о! О-о-о! А что вы тут делаете?
Я смутилась.
Почему вопрос прозвучал невинно, а почувствовала я себя как застигнутая на месте преступления?!
Через мгновение я поняла почему.
Под ладонями прохладное тело дрогнуло. Резкий чужой вдох. Серебристая вязь на коже зазмеилась, стала шире и… выпуклее. Мартин застонал сквозь зубы и сон.
Линии, похожие на морозные узоры, ласково проскользнули под ладонями и двинулись вниз.
— А я тебя искал, холодный, — протянул снеговик, обратившись к стражу.
— Зачем? — напряженно спросил горгул.
— Да хотел пригласить третьим… Ир в Ледяную пропасть смотался. Все ледяные твари от него по щелям попрятались. Те, что успели. Кстати, у нас одного ледяного склона больше нет. А сейчас уже третью «Холодной искры» приговаривает, — хмыкнул снеговик. — Если так продолжится, то он скоро снова в Ледяную пропасть отправится. Пожалей тварюшек. Они же не виноваты, что у него настроение паршивое. Кстати, не знаешь почему?
Горгул почему-то посмотрел на меня.
— Третью «Искру» пьет говоришь, — странно переспросил мужчина.
Снеговик оглянулся.
— Четвертую, — уточнил. И нетерпеливо поторопил: — Так что?
По ту сторону портала послышался неясный что-то спрашивающий голос. Снеговик обернулся.
— Я Рага нашел. Он… Ледейшиство, а давайте вы не будете…
 
Послышался шум, завывание вьюги, хлопок. Снеговик пробормотал едва слышно:
— Бедные тварюшки. Не повезло им сегодня.
И тут послышался усталый, хриплый голос Ириара:
— Найди Ану.
Лица вытянулись у всех.
Снеговик оглядел нашу композицию — меня, горгула, Мартина — и без угрызения совести сдал:
— Так… Я уже нашел. Она тут. С Рагом.
Тишина.
— Что она там делает? — напряженно как-то спросил ледяной.
А снеговик возьми, да и ответь:
— Да ничего интересного. Руками под одежду какого-то мужика залезла и лапает. Говорю же ничего интересного!
Тишина по ту сторону портала стала такая… опасная.
  
Глава 21
 
Мы с горгулом переглянулись. Потом, так же дружно перевели взгляды на наши руки. Снова друг на друга и разгневанно уставились на снеговика. 
Тихий, полный ярости рык:
— ЧТО?! ОНА?! ДЕЛАЕТ?!
От ледяной драконьей ярости даже в кабинет ворвались снежинки. Колючие и злые. 
А снеговик решил добить:
— Да вы не переживайте. Она не одна лапает. Ей ваш ледяной страж помогает… Наверное учит как правильно лапать голых мужиков. Мелкая же. Наверное, не знает, — сделал задумчивое предположение снеговик через паузу. 
Я смотрела на стража. И впервые видела, чтобы белое стало… еще более белым. 
— Льды, я же завещание написать не успел, — еле шевеля белыми губами, прошептал страж. 
— Голых… мужиков, значит, — раздалось вкрадчивое по ту сторону портала. 
А потом через портал появилась драконья лапа. В серебристых чешуйках такая. Со смертельно поблескивающими когтями. И потянулась эта лапа к посеревшему стражу. 
Тот, сглотнув, ловко отпрыгнул в сторону.
— Ир, да все не так… 
Острые когти промелькнули в паре сантиметров от белой шеи. 
— Да не учу я ее ничему! Сам научишь, если надо…
Зря последнее сказал. 
Это стало ясно, когда серебристая чешуя засияла. Да так ослепительно, что пришлось зажмуриться. 
— Да ты взгляни кого она лапала! Там даже ревновать не к чему! Только жалеть! — завопил горгул. 
Лапа исчезла, разлетевшись тысячами-тысячами холодных снежинок. Послышались уверенные шаги и в портале показался невозмутимый, безупречно холодный ледяной. 
— Добрый вечер, леди Анабель, — безукоризненно вежливо поприветствовал Ириар, чуть склонив голову. 
— Скорее ночь, — растерянно отозвалась я. 
Дракон, без камзола, в одной рубашке с расстёгнутыми верхними пуговицами и закатанными рукавами до локтей, не стал спорить:
— Как скажете. 
И внимательно осмотрел Мартина. 
— Действительно не к чему, — отстраненно и как-то странно сказал ледяной. — Хм, где-то я его видел…
— Так, это Мартин, — зачем-то сказала я. И тут же прикусила язык под впившимся в меня пристальным зеленым взглядом. 
— Вы его знаете? — все тем же учтивым голосом поинтересовался ледяной. Но вот тон… 
Инстинкт самосохранения требовал сказать твердое «нет». А совесть…
— Да…
Страж, убедившись, что Ириар его не видит, покрутил пальцем у виска. 
— Жив? — продолжил ледяной допрос, который маскировался под вежливую светскую беседу. 
— Да. Но, судя по всему, ненадолго, — буркнул горгул. И глубокомысленно добавил: — Жаль парня. 
Я недоуменно на него посмотрела. Ледяной просто проигнорировал, уделяя все свое внимание Мартину, точнее его телу. Он же спросил:
— Что за пыльца на нем? 
— Что? 
Мы со стражем уставились на Мартина. 
Ириар не тратя времени на слова, протянул руку. Ледяной ветер вихрем закружил вокруг кресла, уплотнился, став непроницаемым. Мелькнули льдинки. И вихрь вернулся к ледяному, свернувшись на его ладони, как котенок. 
 
Дракон внимательно рассматривал что-то на ладони.