Дикая Роза-3. Лабиринт Хаоса
– Упаси меня Фэйла от этого, – выдохнула я.
– И все же… Он так себя обычно и ведет, когда не может что-то получить. А после того, как по академии поползли слухи о вас с советником Вайлдом, его поведение и вовсе становится понятным. Похоже, это ревность.
– Умоляю, давай больше не будем о твоем брате, – попросила я. – Лучше скажи, ты знаешь, где находится комната Бриг?
– Если не ошибаюсь, то ее спальня угловая, в самом конце коридора, – подумав, ответила принцесса. – На ее окне еще шторы в алые цветочки.
Мы остановились у буфета и стали выбирать блюда. Я взяла мясной пирог, а Камилла – тыквенную кашу.
– А зачем тебе Бриг? – спросила она потом.
– Хочу заглянуть к ней на пару слов.
– Бриг не любит, когда ее отвлекают в свободное время, – предупредила подруга. – Да и не в духе она последние недели. Может, завтра поговоришь в учебное время?
– И все же попробую сегодня. Тем более разговор касается ее кузена. – Я принялась ковырять пирог. После болезни аппетита у меня почти не было, так что иногда приходилось есть через силу.
– Хочешь, пойду с тобой? Постою за дверью, – как всегда, охотно предложила Камилла.
– Ну пошли, – я усмехнулась. – Моральная поддержка не помешает.
Мы кое-как покончили с ужином и сразу отправились в крыло, где жили преподаватели. Мимо комнаты Саймона я прошла со щемящим чувством в груди, едва сдержалась, чтобы не проверить: не открыта ли? Вдруг он уже вернулся?
Но это были глупые надежды, которые стоило сразу выкинуть из мыслей и сердца.
– Кажется, эта. – Принцесса остановилась у крайней двери.
Я кивнула и, сделав глубокий вдох, постучала.
Бриг распахнула дверь почти мгновенно и замерла, вопросительно глядя на меня. И в этом взгляде не было ни доброжелательности, ни любопытства, скорее напряжение и раздражение.
– Можно с вами поговорить? – спросила я, несколько растерявшись. И добавила: – Пожалуйста.
Камилла успела предусмотрительно спрятаться, поэтому Бриг ее не видела.
Она еще раз пронзила меня взглядом и все же открыла дверь шире:
– Ну, проходи.
Я зашла, и дверь за мной сразу захлопнулась.
– Вижу, тебя уже выписали, – констатировала Бриг. Ее голос по-прежнему звучал холодно. – Тебе лучше?
– Да, спасибо, – ответила я, оглядывая ее спальню: много красного цвета и бархата. И шторы действительно в алые маки.
– Так что ты хотела? – Она не предложила мне сесть, хотя в комнате были и стул, и кресло, и даже небольшая софа. Сама подошла к окну и переплела руки на груди.
– Я хотела… Спросить вас о господине Вайлде, – сказала я, вернув себе решимость. – Может быть, вы знаете, куда он отправился и как скоро вернется?
Кэролайн нервно хохотнула:
– И ты еще смеешь об этом спрашивать? Ты, которая во всем виновата не меньше, а может, и больше остальных!
– Я не понимаю, о чем вы, – выдохнула я, вновь растерявшись.
– Конечно, не понимаешь! – выплюнула Бриг. – Потому что тебя всегда заботила только ты! А мой брат имел неосторожность влюбиться в такую эгоистку, как ты!
Ее глаза полыхнули чистой яростью, и я невольно отшатнулась.
– Это ведь из-за тебя он потерял контроль над ситуацией, – продолжала бросаться обвинениями Бриг. – Как только ты появилась, он перестал быть тем, кем раньше. Ты постоянно отвлекала его от важного, попадая в глупые ситуации, подставляя его под удар, а он каждый раз, откладывая свои важные дела, бежал тебе на выручку. Он ошибся, когда вытащил тебя из твоей дыры и решил, что ты сможешь помочь. А потом взял над тобой опеку, заботясь о твоей неуправляемой магии, и пристроил в Академию, еще и сам стал преподавать, чтобы приглядывать за тобой. Глупец! Это стало роковой ошибкой не только для него, но и для всех нас. Вначале он так отчаянно боролся со своими чувствами к тебе, что сделал только хуже, а после, когда их отпустил, потерял все. Вместо того чтобы полностью сосредоточиться на выслеживании Клиферда и защите Слезы, он думал о твоей безопасности, о том, чтобы ничего не случилось с тобой! А ты упорно продолжала лезть, куда тебе не следовало! Если бы ты, как истинно любящая женщина, хотя бы прислушивалась к нему, к его просьбам не мешать, то, возможно, все бы случилось иначе и Клиферд был бы пойман. Но тебя ведь никогда не заботило, какой груз ответственности лежит на нем! Что именно с него требует королева! Нет, ты продолжала раз за разом доставлять ему проблемы. И главное, ты сделала его уязвимым. Думаешь, тот, прежний, Саймон пошел бы на поводу у Клиферда и так просто отдал бы ему свой ключ, а потом и сам снял защиту? Да никогда в жизни! Но нет. Ты опять сунулась туда, куда не следовало, и ему пришлось пожертвовать почти всем ради тебя. Ради той, которая даже не осознает, насколько серьезный и опасный это был шаг! Не осознает, как его мучила вина после всего. Как придавило его к земле доверие, которое он не оправдал. И ответственность, которую он ощущал в первую очередь перед самим собой.
Бриг ненадолго замолчала, переводя дыхание, я же стояла, словно окаменев. Ее слова были похожи на иглы, которые вонзились в меня и проникли до самого сердца, исколов его в кровь.
– Он ушел, чтобы выполнить свой долг и поймать Клиферда самому. Для него теперь это вопрос жизни и смерти, – вновь зазвучал голос Кэролайн, только теперь он был тихий и уставший. Ее взгляд потух, а плечи поникли. – И теперь, если Саймон погибнет, это будет на твоей совести. Уходи. Мне больше нечего тебе сказать.
На одеревенелых ногах я шагнула к двери и молча вышла.
– Я все слышала, – тут же ко мне подбежала всполошенная Камилла и взяла за руку. – Она не права в своих обвинениях. Это ведь Бриг, она никогда не отличалась чуткостью. Она часто бывает такой резкой и ядовитой на язык. Ты ни в чем не виновата, Роуз, ни в чем…
– Нет. – Я высвободила руку из ладони подруги и, обхватив себя за плечи, устремилась к выходу. – Она полностью права. Это я во всем виновата. Во всем…
Глава 2
– Поздравляю со сдачей очередного экзамена. – Камилла положила передо мной конфету в блестящей обертке.
– Спасибо, – отозвалась я, равнодушно глянув на конфету. Я любила шоколад, но сейчас не смогла бы проглотить и кусочка. Как и обед, остывающий на столе.
– Роуз, – принцесса села напротив, – так не пойдет. Посмотри на себя: ты исхудала, осунулась, и эти… некрасивые синяки под глазами.
Уверена, она хотела сказать «кошмарные» или «безобразные», но, как всегда, деликатно заменила их на «некрасивые».
– Ты должна хоть что-то поесть. – Она подвинула ко мне тарелку с жарким. – Нельзя питаться одной водой. Тем более ты сейчас столько учишься! И отложи учебник, он никуда от тебя не убежит! Ешь. – Вилка насильно была всунута мне в руку. – Не выйдешь из-за стола, пока все не съешь. Иначе позову Джошуа.
– Его еще не отправили в гарнизон? – отрешенно поинтересовалась я.
– Нет, бабушка решила его и других солдат оставить в Академии до каникул. Мне кажется, она боится, что Клиферд вернется, – Камилла говорила, а сама мечтательно улыбалась, явно радуясь такой отсрочке для Джошуа. – Да и неужели ты думаешь, что твой друг уехал бы, не попрощавшись с тобой, а?
Действительно, наверное, не уехал бы. Да и раньше я сама бы не позволила ему так поступить. Но для меня последние недели слились в один серый туманный день, чувства притупились, и я едва замечала людей вокруг себя.
– Ты права. – Я вздохнула и под строгим взглядом принцессы все же отправила в рот кусочек мяса.
– Так-то лучше, – похвалила она. – Ты должна набираться сил, у тебя ведь остался последний экзамен по физподготовке, как собираешься сдавать нормативы?
– На голом энтузиазме, – отозвалась я. На самом деле мне было все равно, даже если и провалю его. Какой теперь в этом смысл?
Камилла покачала головой, но продолжила внимательно наблюдать, как я ем.
Когда я все-таки с горем пополам разделалась с обедом, учебник она мне все равно не вернула, вместо этого заставила подняться и выйти на улицу: