Изнанка Прекрасного (СИ)

– Бэмби, – позвал он. – Можно я тебя обниму? – спросил и, не дожидаясь моего разрешения, сделал шаг вперёд, аккуратно прижимая меня к груди и обнимая за талию.
Я непроизвольно лбом уткнулась в его грудь.
Вот это да!
У него сердце так стучало, что, казалось, выпрыгнет наружу. Я и сама растерялась от его поступка. Почувствовала, что кольцо его рук сомкнулось еще сильнее, и он уткнулся мне носом в макушку, глубоко вдыхая. Как тогда в институте, когда подловил меня за беседой с его друзьями.
– Согласен, дерьмовая была затея, – прошептал он, будто не мне.
– Можно все отменить.
– Ну, уж нет! – оторвался от меня, взял мою сумку и открыл пассажирскую дверь машины. – Погнали!
Джентльмен прям! Ухмыльнулась, и забралась в его автомобиль. Вознесенский уселся за руль, с минуту помолчал, а потом, не стесняясь меня, поправил...
Вот черт! Поправил член, который оттопыривал его джинсы.
– Тесновато, знаешь ли! – ответил на мой немой вопрос, выезжая со двора.
К щекам еще больше прилила кровь. Я не знала, что сказать, поэтому перевела тему:
– Какова легенда?
– Что?
– Легенда нашего знакомства? – пояснила. – Родители же думают, что мы встречаемся. Если будут спрашивать, что говорить?
– А-а-а, – отмахнулся он. – Все, как есть: увидел в универе, подкатил. Ты отшила, потом опять отшила и так еще раз двадцать. Когда я уже начал медленно умирать от онанизма, ты снизошла до меня и поняла, какой я классный, – весело закончил он в своей пошлой манере.
– А те пол года, где ты глумился надо мной, умолчать? 
– Не помню такого! – красиво съехал он.
– Сколько самомнения... – не удержалась я.
– Не много. Просто стараюсь побыстрее открыть тебе глаза, – оправдался он. – А вообще, не беспокойся. Они не будут задавать вопросов. Понимают же, что у нас конфетно-цветочный период, и нам сейчас не до разговоров, – засмеялся.
Провокатор чертов.
– Ты сказал, что будут друзья.
– Да! Приедут парни, с ними ты знакома, – начал он перечислять, но я его перебила:
– Но они же знают, что мы не вместе!
– Знают и подыграют. Они для массовки и убедительности.
– То есть ты решил в эту авантюру еще и друзей втянуть?
– Ой, не будь такой занудой! Вы делаете доброе дело – спасаете мою личную жизнь, – так себе аргумент.
– Почему ты так не хочешь быть с этой девушкой? – слова сами вырвались. Что там за Вероника такая, что он так хочет отделаться от нее.
– Потому что мне нравится другая, – не задумываясь, ответил и глянул на меня. – Но она меня отшила и оставила страдать одного, – изобразил он скорбь на лице.
Вот актёрище!
– А кто еще, кроме ребят, будет? – решила вернуться к предыдущему вопросу.
– Родители, Никитос и его девушка. Я тебе про него рассказывал, – я припомнила что-то. Кажется, футболом вместе занимались. – Еще подруга Тима и Лехи – Наташка. Девчонки классные, вы понравитесь друг другу.
С чего бы? Помня женское окружение «фантастической четверки», вряд ли я найду общий язык с этими силиконовыми стервами. Одна Осипова чего стоит. А ведь я думала, что именно она плотно держит Стаса за яйца, а вышло, что какая-то Вероника.
– И еще... – он глянул на меня снова, – там будет Ника! – здрасьте, приехали. – Но ее не я звал, это все предки без моего ведома, – виновато пожал он плечами.
Только отбиваться от его поклонниц не хватало мне.
– Она мне глаза не выколет? – спросила с опаской, когда же он засмеялся.
– Нет, я не позволю, – какой защитник. – Но она своеобразная. Возможно, будет говорить гадости, не обращай внимания, ладно?
Возможно? Да она с помоями меня смешать захочет. Какая девушка захочет отпустить такого парня от себя?
– Постараюсь, – ответила ему. И не вмазать ей постараюсь.
Стас переключил скорость, резко дернув рычаг, на что я нахмурилась. Ну зачем так дергать? Я же недавно только все привела в норму.
– Если честно, я удивлён, что ты согласилась.
– Поверь, я тоже.
– Я так понимаю, ночевать мы будем в одной комнате? – задала интересующий вопрос, и он та-а-ак посмотрел на меня.
 
– Ага, – облизнул губы. И о чем он там подумал?
Мы не обговаривали с ним этот факт, но близнецы были правы. Иначе какой смысл?
– И кровать там одна, конечно же?
– Ага.
– И на пол ты откажешься ложиться?
– Ага, – как болванчик повторял он, широко улыбаясь.
Все-таки счастливый Вознесенский мне нравился больше, чем с лицом-кирпичом. Дышалось даже легче.
– Приставать будешь? – спросила прямо в лоб, поздно подумав о сказанном.
– Пфффф… – смешно надул он губы, а я расслабленно выдохнула, а зря. – Конечно буду! слишком эмоционально выпалил.
– Я еще могу отказаться от этой затеи?
– Ни за что!
Кто бы сомневался.
– Бэмби, – позвал меня Стас. Его выражение лица на удивление приняло серьёзный вид. Он замолчал, обдумывая, что хотел сказать. – Тот парень, который тебя привозил… Вы вместе?
– Нет.
– То есть ты не спишь с ним? – быстро спросил.
– Что? Нет, конечно! – не задумываясь, ответила.
Я скривилась, представив... фу... Стас даже понятия не имел, о чем говорил.
– И он не твой парень? – все не унимался он.
– Нет!
– Отлично! – его лицо озарилось довольной улыбкой. – Есть смысл спрашивать, что ты делала ночью в лесу одна? 
– Нет, – уже тише ответила.
Он беззаботно пожал плечами, совсем не расстраиваясь моему ответу. Кажется, мое подтверждение, что Максим не мой парень, его удовлетворило по полной, и остальное уже было не таким важным.
Мы ехали около часа и с каждой минутой я все отчётливее понимала, что знаю дорогу, по которой мы направлялись, как свои пять пальцев. Когда машина въехала в дорогой посёлок, я увидела знакомые дома. Именно здесь жил Покровский Андрей, к которому я приезжала уже минимум шестьдесят девять раз.
Машина остановилась около огромного трехэтажного дома. Хотела присвистнуть от изумления, но сдержалась. Родительский дом у Вознесенского был похож на особняк.
Автоматические ворота открылись, и мы въехали на территорию. Глаз у меня был наметан, и я сразу заметила под навесом смутно знакомый автомобиль. За ним внедорожник Меркулова, а после машину Вольного.
Тут меня снова трехануло – Антон уже неделю молчал о моем секрете, и я надеялась до последнего, что и сегодня он меня не сдаст.
– Не беспокойся, все будет хорошо! – положил Стас руку на мое плечо, вырвав меня из потока своих мыслей. – Идем? Все уже на месте. Ждут только нас!
Я опасливо покосилась на него.
Это плохая идея!
На кой черт я согласилась?
Когда мы вышли из автомобиля, Стас взял меня за руку и уверенно сжал ладонь. На секундочку мне показалось, что он тоже нервничал, но тянуть не стал. Уверенно открыл дверь, и мы оказались в огромном холле. Он сразу потащил меня в центр него.
– Народ, мы приехали! – крикнул на весь дом, и я услышала топот и шорох с разных сторон.
– Бэ-э-эмби, приве-е-ет! – первым появился Леша Меркулов. Как обычно, весёлый и довольный. И почему-то уверенной походкой ломанулся ко мне. Заграбастал меня в свои медвежьи объятья и смачно чмокнул в щеку, как старую знакомую. – Рад тебя видеть, подруга!
Еще один актёрище!
– Вот козел, – услышала я скрип зубов Стаса, и тихое Меркуловское мне на ухо:
– Пусть говнюк поревнует!
Жучара! Издевается над собственным другом. И это его «говнюк»… Такое ощущение, что рядом стоял один из близнецов.
Алексей отодвинулся от меня, здороваясь с Вознесенским, когда же перед собой я увидела ухмыляющегося Антона.
– Привет, – произнёс здоровяк, а потом наклонился к моему лицу, тоже целуя в щеку и добавляя шепотом, – Рыжая!
Я сглотнула на его провокацию.
Не успела и слова сказать, как Стас меня тут же оттащил от друзей.
– Охренели совсем? Хорош к ней лезть! – зашипел на них, на что они засмеялась в голос.
– А меня поприветствовать? – услышала я голос Карамельного Тимура.